- Неужто вы от них ждали благодарности? - с удивлением спросил Билл.
- Нет, конечно, какая глупость с моей стороны! Спасибо, что вправил мне мозги, Билл, из тебя еще выйдет настоящий солдат. Все, чего от них можно ожидать, - это преступное пренебрежение служебными обязанностями, которое я смогу использовать в своих интересах через общество ветеранов; в ход можно пустить взятки, поддельные приказы, махинации и прочие штучки. Просто я и впрямь немало сил положил на вас, болванов, в лагере и надеялся, что за это меня хотя бы оставят в покое и позволят заниматься своим делом - так нет же, дудки! Придется подсуетиться теперь, чтобы добиться перевода.
Он соскочил с койки и запер в сундучок леденцы вместе с очками в золотой оправе.
Билл, реакция которого в критические моменты была явно замедленной, усердно тер ладонью лоб, время от времени постукивая по нему кулаком.
- Какая удача, что вы родились этаким уродом... Я хочу сказать - у вас такие выдающиеся зубы...
- При чем тут удача! - воскликнул Смертвич, щелкнув ногтем по одному из клыков. - Да знаешь ли ты, сколько стоит пара двухдюймовых, генетически мутированных, искусственно выращенных и хирургически пересаженных клыков? Черта с два ты знаешь! Мне пришлось отказаться от трех очередных отпусков, чтобы оплатить операцию! Но, скажу тебе, она того стоила: имидж - это все! Я просматривал снимки с изображениями доисторических громил: в своем роде они были парни что надо. Конечно, их подбирали по физическим данным и низкому уровню интеллекта, но дело свое они знали туго. Непрошибаемые головы, чисто выбритые скулы со шрамами, железные челюсти, отвратные плотоядные рожи - все было при них. Я подумал: небольшое капвложение вначале принесет мне в дальнейшем недурной доходец. Это была настоящая жертва, можешь мне поверить - не так-то много вокруг людей с имплантированными клыками, и не случайно. Жевать ими жесткое мясо, конечно, удобно, но в остальном... Поди попробуй, поцелуй свою первую девчонку... А теперь - исчезни, Билл. Дела у меня. Увидимся еще...
Последнюю фразу Билл еле расслышал - мгновенно сработавший инстинкт самосохранения унес его вдаль по коридору. Когда прошел внезапный приступ ужаса, Билл вразвалку двинулся дальше, словно утка с подбитой лапой: именно так, считал он, ходят бывалые космонавты. Он уже воображал себя закаленным старым воякой и полагал, что о военной службе знает все. За свое жалкое самомнение он был немедленно наказан. Громкоговорители на потолке сначала икнули, а затем гнусаво возвестили на весь корабль:
- Внимание! Внимание! Слушайте приказ самого Старика - капитана Зекиаля! Вы этого приказа давно уже ждете не дождетесь! Мы идем в бой! Немедленно навести полный порядок на корме и на носу, чтобы ничего не болталось, как дерьмо в проруби!
Глубокий, от сердца идущий стон эхом отдался во всех отсеках исполинского корабля.
Глава 6
Насчет первого полета "Фанни Хилл" ходили разные сортирные сплетни и слухи, но все это было вранье. Слухи распускались тайными агентами военной полиции и потому гроша ломаного не стоили. Верно было только одно: корабль куда-то отправлялся, поскольку они явно готовились к отправке. Даже Тембо не мог не признать этого, выгружая снаряды в цейхгаузе.
- С другой стороны, - заметил он, - может, все это придумано для обмана шпионов: они считают, что мы куда-то идем, а на самом деле туда придут совсем другие корабли.
- Куда - туда? - раздраженно спросил Билл, который содрал ноготь указательного пальца, развязывая веревочный узел.
- Господи, да куда угодно, не в этом дело! - Вопросы, не имевшие прямого отношения к религии, мало волновали Тем-бо. - Зато, Билл, я точно знаю, куда попадешь ты лично.
- И куда же? - последовал жадный вопрос охочего до слухов Билла.
- Прямехонько в ад, ежели не спасешь душу.
- Да хватит тебе! - взмолился Билл.
- Взгляни сюда, - соблазнял его Тембо, показывая через проектор небесную сценку с золотыми вратами среди облаков, сопровождавшуюся тихими звуками тамтамов.
- А ну кончай свою душеспасительную трепотню! - загремел заряжающий 1-го класса Сплин, и изображение тут же пропало.
Билл почувствовал какую-то тяжесть в животе, но не обратил на нее внимания, поскольку истерзанный желудок постоянно подавал ему отчаянные сигналы, полагая, что его хозяин помирает с голоду, и никак не желая смириться с тем, что такой чудесный перемалывающий и переваривающий механизм обречен на жидкую диету. Но Тембо тоже бросил работу, склонил голову набок и ткнул себя ладонью в живот.
- Поехали! - сказал он. - Началась-таки космическая прогулочка! Они врубили межзвездный двигатель.
- Мы что же, выходим в подпространство? Теперь, значит, каждую клеточку тела начнет выворачивать наизнанку, да?
- Нет, от этого способа передвижения давно отказались: слишком много кораблей вошли с убийственной вибрацией в подпространство, но ни один из них не вынырнул обратно. Я читал в "Солдатском Таймсе" объяснения одного математика: что-то такое об ошибках в вычислениях, о более быстром течении времени в подпространстве; так что, может, пройдет целая вечность, прежде чем эти корабли появятся оттуда.
- Значит, пойдем надпространством?
- Такого вообще не существует.
- Так, может быть, нас распылят на атомы и занесут в память гигантского компьютера, который усилием мысли перебросит нас в другое место?
- Господи! - воскликнул Тембо, и его брови доползли почти до самой кромки волос на лбу. - Для деревенского парнишки-зороастрийца у тебя довольно-таки странные представления. Ты что - наклюкался или накурился какой-нибудь дряни?
- Да объясни ты мне толком, - взмолился Билл, - если и то и другое - чушь, то как же мы пересечем межзвездное пространство и сразимся с чинджерами?
- А вот как... - Тембо оглянулся, чтобы убедиться, что заряжающего 1-го класса поблизости нет, и сложил ладони с согнутыми пальцами в форме шара. - Представь себе, что это наш корабль, вышедший в большой космос. Потом врубается бухой двигатель.
- Чего-чего?
- Бухой двигатель. Он так называется потому, что надувает предметы, и они начинают разбухать. Ты же знаешь, что все вокруг состоит из маленьких частичек, протонов, электронов, нейтронов, тронтронов и прочих штучек, которые удерживаются вместе силами притяжения. Если тяготение ослабить - а я еще забыл сказать, что все эти козявки вертятся, как сумасшедшие, - так вот, если ослабить между ними связь, то частички начнут удаляться друг от друга, и чем слабее будет притяжение, тем дальше они разлетятся. Дошло?
- Дошло вроде, но не очень-то мне это по душе...
- Не волнуйся, дружище. Смотри на мои руки: по мере того как сила притяжения слабеет, корабль начинает разбухать. - Тембо широко раздвинул ладони. - Он становится все больше и больше, достигает размеров планеты, Солнца, целой Солнечной системы... Бухой двигатель доводит нас до нужных размеров, а потом его врубают в обратную сторону, мы съеживаемся - и вот, пожалуйста, мы уже там!
- Где это там?
- Да где нужно, - терпеливо ответил Тембо. Билл отвернулся и стал усердно наводить блеск на один из снарядов, заметив прогуливающегося неподалеку заряжающего 1-го класса Сплина, который бросил на них подозрительный взгляд. Как только Сплин завернул за угол, Билл наклонился к Тембо и прошипел:
- Как же мы можем оказаться где-то в другом месте? Ни разбухание, ни съеживание нас не передвинет в пространстве.
- Видишь ли, этот бухой двигатель - хитрая штука. Вроде того, как если бы ты взял резиновую ленту и растянул ее за оба конца. Скажем, левая рука у тебя неподвижна, а правой ты растягиваешь ленту. Потом ты выпускаешь ее из левой руки, понятно? Ты же не передвигал резину, а только растянул ее, а потом дал ей съежиться, но она переместилась в пространстве. То же самое происходит и с нашим кораблем. Он разбухает, но лишь в одном направлении. Когда нос корабля достигнет точки назначения, корма все еще будет на месте старта. Потом мы сократимся и - трах! - мы уже там, где надо. С такой же легкостью, дружок, ты бы мог попасть и на небеса, если бы...
- Кончай проповеди в рабочее время, Тембо! - пролаял заряжающий 1-го класса Сплин с другой стороны стеллажа, откуда он просматривал окрестности с помощью зеркальца, укрепленного на стержне. - Будешь целый год чистить зажимы на стеллажах! Я тебя предупреждал!
Они молча занялись своей работой, но тут сквозь переборку в крюйт-камеру вплыла планетка размером не больше теннисного мяча. Прекрасная маленькая планетка с крошечными ледяными шапками у полюсов, океанами, облачным покровом и даже селениями.
- Ой, что это? - взвизгнул Билл.
- Никудышная навигация, - поморщился Тембо. - Накладка. Корабль одним концом пошел немного назад, а не вперед. Нет-нет! Не трогай ее - это чревато! Это та самая планета, с которой мы стартовали, - Фигеринадон-2.
