С обнаружением ещё одной жертвы психической манипуляции, эта мера оказалась излишней. Зачем тогда вообще было проходить через психологическую оценку?
— Психологическая оценка проводится в начале каждого месяца. С высокой вероятностью Сэкимото попал под влияние уже после этого.
— Хорошо выполнено... на нём применили какие-то медицинские средства?
— Пока неизвестно. Ни я, ни Маюми не эксперты в этой области, — ответила Мари.
Хотя Тацуя подумал «неужели?», он воздержался от дальнейших вопросов.
— Психолог этого не говорил, но это определенно сделали не с помощью обычных средств. Может быть, это настоящий «Злой глаз», — выразила своё мнение Маюми, оно было более-менее глубже слов Мари.
— Значит, они послали естественного волшебника Внешней системной магии.
В отличие от «Злого глаза», созданного Россией перед формированием Нового Советского Союза и передаче его сепаратистским террористическим ячейкам, волшебники, которые могли естественно владеть психическим вмешательством Внешней системной магии, имели силу полностью переписать личность человека. Обладатели «истинного» Злого глаза могли полностью изменить деятельность человека за короткий промежуток времени, когда жертва и другие люди по-прежнему остаются в неведении.
— Хм, не имеет значения, как сильна магия психического вмешательства, в большинстве своём успешно применить её не удастся без правильного подсознания у цели.
Это как гипноз. На первый взгляд человеческое сознание кажется легко податливым, но на самом деле является невероятно стойким. Манипулирование неопределенными эмоциями и порывами — другая история, но магия, которая вмешивается в установленное физическое поведение, пытаясь вмешаться в сознание и манипулировать добровольными решениями, невероятно сложна.
— Сэкимото был с самого начала не согласен с тем, как эта страна обращается с магией за закрытыми дверями. Он считал, что все последовательности магии и последовательности активации всего мира должны быть общедоступны и что это единственный путь для магии достичь истинной эволюции. Подводя итог, он сторонник открытых ресурсов, — добавила несколько собственных горьких слов Мари, когда услышала объяснение Маюми.
— Это может быть верно с научной точки зрения, но учитывая, что в реальности по-прежнему существует международная вражда, мне трудно сказать, что он прав. — В голосе Маюми слышались следы сочувствия.
— Скорее, это явно неправильная позиция, — пришел к окончательному заключению Тацуя. По крайней мере, для него, теории, которые не вяжутся с реальностью, вообще не имеют целесообразности.
— ...Как строго, Тацуя-кун.
— ...Так или иначе, они нашли брешь в идеалах Сэкимото. Затем внушили ему, что страны, прогрессивные в магии, просто обязаны передавать свои передовые исследования слаборазвитым в магии странам.
— Слаборазвитые страны, это которые? — спросил Тацуя.
У Мари не было жизнерадостного ответа.
— Мы не смогли это из него вытянуть. Не похоже, что он вообще знает.
— ...Значит, в его сознание поместили блокировку.
Ясно, так вот как они поняли, что его психически контролировали, предположил Тацуя.
— Вот почему следующий шаг вышел за пределы наших первоначальных прогнозов, — с оттенком тревоги проговорила Мари, отражая беспокойство в тоне Маюми.
— Есть вероятность, что произойдут враждебные действия за пределами нашего воображения. Ханзо-кун попросил передать всем это сообщение. Рин-тян, закончи свою задачу. Мы будем здесь и будем внимательно следить за конференц-залом. Тацуя-кун, пожалуйста, также будь осторожен.
— Хорошо. — Хотя Тацуя никогда не снижал настороженность после того, как получил совет Фудзибаяси, он искренне принял беспокойство других.
Пока Тацуя и компания обсуждали явно не мирную тему, Сузуне продолжала редактировать проект, и глазом не моргнув.
В комнате связи в том же здании Фудзибаяси использовала специальный трюк, чтобы получить жизненно важную информацию. Она усердно искала пустую комнату, когда получила экстренный вызов и приняла входящую передачу через информационное измерение, что исключало риск быть подслушанным.
— Люй Ганху сбежал? Извините, но эта информация точна?
— Знаю, вы не хотите в это верить, но это правда, — совершенно серьезно сказал Казама. К тому же такая шутка для него была бы плохим вкусом. — Транспорт был атакован на пути в Йокогаму. Никто не выжил.
— Что означает, что трупа Люй Ганху не было на месте... Кстати, почему его решили перевести именно сегодня?
— Так называемый Конкурс диссертаций должен быть лишь событием уровня старшей школы, — логически ответил Казама.
— Мои искренние извинения! — услышав его, Фудзибаяси наконец поняла, что неосознанно жалуется вышестоящему офицеру и сразу же извинилась.
— Тем не менее, в одном ты права: почему для транспортировки этого конкретного заключенного был выбран именно сегодняшний день? — Разумеется, Казама не был таким щепетильным, чтобы его заботило такое её отношение. — Должна быть причина, почему враг выбрал сегодняшний день, чтобы начать спасательную миссию. Мы должны это учесть. — Как военный, Казама с самого начала служил командующим с линии фронта, так что ценил практичность гораздо больше, чем другие. — К счастью, мы уже сделали приготовления для тестирования нового оборудования завтра на Цутие. Покинь свою позицию немедленно, наше расчетное время прибытия приблизительно 15:00.
— Поняла. Я проявлю осмотрительность к местным условиям.
— Благодарю, лейтенант.
Получив приказы Казамы, Фудзибаяси отдала честь, хотя знала, что он не может её видеть в связи с их способом общения.
Что касается изменений в параметрах миссии, принесенных Маюми, Хаттори взял с собой Кирихару, чтобы сообщить Катсуто изменения и результаты допроса (в это время Саяка и Эрика пошли на обед).
— Понятно. Кирихара и Хаттори, объединитесь и начните патрулирование внешнего периметра.
— Вас поняли!
Так совпало, что Катсуто разделил с ними стол во время обеда, они пообедали простыми бутербродами. Выслушав рапорт Хаттори, он без колебаний отдал новые приказы. Как правило, они бы на этом и попрощались, так как Катсуто редко просил о помощи младшеклассников.
— Хаттори, Кирихара. Исходя из текущей обстановки, у вас нет ощущения, что что-то не так? — Однако сегодня Катсуто сломал формат и задал вопрос.
— Что-то не так? — Кирихара посмотрел на Хаттори, на котором был взгляд потрясения, затем тот открыл рот:
— ...Даже если принять во внимание уникальные особенности Йокогамы, всё равно вокруг слишком много иностранцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
