Читаем без скачивания Последний фей - Светлана Багдерина

- И… я не умею танцевать…

- Не умеешь?.. Как - не умеешь? Что, серьезно?..

- Д-да… - виновато развел руками Лес.

- Ну, ты валенок… - обиженно припечатал его уничижительным взглядом маг. - Темнота некультурная!

Ну почему, почему этому убийце деревьев обязательно надо всё усложнять!..

Неумение танцевать - нелепая вроде мелочь - в его положении становилась громадным непреодолимым препятствием, потому что танцевать он не умел тоже, равно как и обучать танцам других посредством магии.

Особенно своей.

- Но ведь что-то ты умеешь делать? Лучше других, желательно? - взял себя в руки и с остатками надежды воззрился на открытое честное лицо Лесли школяр.

- Валить деревья, - уверенно ответил парень.

Крестный фей задумался.

Единственное применение умения своего подопечного, которое приходило ему на ум, исключалось решительно: вряд ли принцесса загорится желанием выйти замуж за того, кто подрубил в ее дворце все колонны…

- Тогда… тогда…

Студиозус рассеянно попытался затолкнуть не нужную пока палочку в карман, но та не шла, словно упиралась во что-то.

- Что за… - его премудрие раздраженно сунул туда пальцы в поисках помехи, и с удивлением ощутил, что они уперлись во что-то помято-бумажное.

Шпаргалки?

Были бы сейчас весьма ко времени… если в тему…

Но, торопливо расправив на стволе дуба измятый листок размером с две ладони Лесли, он изумленно прочитал:

- 'Программа… королевского турнира… посвященного выдаче замуж дочери короля Шантони Луи Второго… несравненной Изабеллы Пышноволосой… Проводится впервые… в столице Шантони Монплезире… Победитель получает всё… Предварительная запись благородных рыцарей заканчивается за полчаса до начала турнира… Мероприятие состоится третьего июня… в десять часов утра… на главной площади перед дворцом… в любую погоду… Приходите, будет интересно!..'.

Это же сунула кто-то из фей перед самой его отправкой сюда!..

Вот спасибо-то!

- Какое сегодня число? - хищно впился загоревшимся взором в растерянную физиономию Леса Агафон.

- В-второе… - отступил на шаг тот.

- До Монплезира отсюда далеко?

- Если выехать до обеда… через Гуляки, не через Черешневый Мост… и в Верхних Ясенях переночевать… - наморщил лоб и принялся водить по воздуху указательным пальцем, словно прочерчивая для наглядности весь маршрут, - и оттуда выехать в шесть… то утром часов в восемь-девять будем там.

- Ну, так чего же ты стоишь?! Бегом!!! Мы должны успеть!!!

- А разве… - дернулся было по команде бежать, но тут же остановился Лес.

- Что? - насторожился Агафон.

- А разве ваше волшебство не может переместить нас прямо туда?

Волшебник закашлялся.

- Может. Естественно, может. Что за нелепый вопрос! Но…

- Но что? - доверчиво уставился на крестного покровителя Лесли.

- Но… мне надо… по дороге… еще кое-что обдумать… - скроил высокомерную и таинственную мину тот.

'И попробуй только спросить, почему это 'кое-что' нельзя обдумывать, сидя на постоялом дворе в Монплезире', - договорил его красноречивый взгляд.

Лесоруб намек понял и язык прикусил.

- …Как сломалась?! Что значит - сломалась?! Какого лешего сломалась?!

На Агафона было больно смотреть.

Кругами, словно кот вокруг клетки с хомячком, ходил он безостановочно вокруг телеги с неестественно оттопыренным колесом, кособоко застрявшей посреди двора дровосекова дома, и заглядывал ей под днище то так, то эдак, словно стоило ему как следует разглядеть место поломки, и предательски развалившийся воз починился бы сам собой.

Выпряженный и забытый мерин скромно пристроился у любимой цветочной клумбы матери Лесли, но время от времени переставал жевать и опасливо косился на мечущегося туда-сюда незнакомого человека в развевающемся черном балахоне.

Молодой дровосек, каждый раз любезно уворачиваясь с пути возбужденного фея, растерянно разводил руками.

- Так это… ось ведь сломалась… крестный… Что я-то сделаю?..

- Это ты специально!!! - взъярился на него школяр.

- Нет, что вы!.. - парень испуганно шарахнулся от яростно подавшегося к нему чародея. - Я не знаю, отчего она сломалась! Телега почти новая, года не прошло, как купили!..

- Года! Деревенщина! Оси каждые шесть месяцев меняют!.. А профилактика при такой нагрузке, как ваша, вообще каждые две недели должна быть! Чему вас только тут учат, дикарей! - взвился отчаянно студиозус, словно не телега - вся жизнь его и судьба поломалась посреди чужого двора.

- А погодите, крестный… - неожиданно пришла гениальная мысль во взлохмаченную голову Лесли. - Вы же фей…я… фея… Значит, вы и ось починить сможете!

- Я?.. - от неожиданности чародей перестал причитать и метаться и тупо уставился на подопечного. - Так я же фея… фей, в смысле… а не кузнец!

- Да не заварить ее… а палочкой волшебной раз - и готово! - сияя как все новые оси Белого Света вместе взятые, пояснил свою идею лесоруб.

- Если бы Бог хотел, чтобы оси ремонтировались волшебными палочками, он бы не придумал кузнецов! - напыщенно изрек Агафон и глянул на скукожившегося парня так, словно тот сморозил Бог весть какую несусветную глупость.

- Я понимаю… крестный… - осознал всю глубину своего невежества и покраснел лесоруб, - но иначе мы не меньше дня потеряем…

- К-кабуча… - поник маг и принялся прикидывать возможные результаты опоздания на турнир и результаты применения магии там, для чего были предназначены кузнецы.

По возможной катастрофичности последствий для одного отдельно взятого студента первое перевешивало второе с лихвой.

- Ну, хорошо. Я попробую, - сдался он без боя и потянулся было за палочкой…

Рука его остановилась в сантиметре от кармана.

- Отвернись.

- Что? - непонимающе глянул на опекуна дровосек, но через секунду лицо его просветлело: - А-а, секреты ремесла!..

- Именно, - сурово кивнул школяр.

- Ну, хорошо, конечно…

И юноша, от всей души недоумевая, какие такие секреты могут быть у крестного фея Агафоникуса Великого, которые лесоруб Лесли бы мог у него невзначай перенять, послушно повернулся лицом к коню.

Великий подозрительно покосился на неподвижно застывшую, словно сложенную из кирпича, спину крестника, вытянул из кармана волшебную палочку и присел на корточки перед скособоченным колесом, подметая дворовую пыль подолом моментально порозовевшего и обросшего пайетками балахона.

Потом выругался, вздохнул, прилег, опираясь на локти, и засунул голову за раненное колесо.

За спиной его, поднимая небольшой, но приятный в жару ветерок, сами по себе работали полупрозрачные крылья.

Кабуча…

Хорошо, хоть кроме мерина никто не видит…