Читаем без скачивания Олимпийские игры - Надежда Навара

Молодая светловолосая женщина в элегантном деловом костюме спокойно ответила на немой вопрос:

– Майор Кузнецов ещё не совсем оправился от полученной в бою тяжелой контузии. Иногда он испытывает необходимость побыть в одиночестве.

– Если госпожа Ларсон утверждает, что именно меланхолия заставила господина Кузнецова покинуть гостиницу в пять утра в спортивном костюме, то я… – Данкельд сделал вид, что умывает руки.

– Черт! – встрепенулся Мак-Кинли. – Вы уверены, советник?

– Абсолютно.

Красивое лицо Светланы Ларсон помрачнело, и она потребовала:

– Суперинтендант, мы должны немедленно начать поиск майора. Возможно, советник прав, и с Алексом что-нибудь случилось!

– Да знаю я, что с ним случилось, – Новый год, – пробурчал Фарроу и всё же нажал несколько кнопок на селекторе. – Интересно, что вы скажете, если мои люди найдут вашего контуженного в каком-нибудь тепленьком местечке?

– Выбирайте выражения… – вскинулась Светлана.

Он не дал ей договорить:

– Послушайте, милая девочка, у меня собственных проблем по горло. По мне, чем быстрее вы закончите дела и уберетесь с Олимпии, тем лучше!

Мак-Кинли сразу уловил направленность атаки – последняя тирада шефа УБ адресовалась именно ему, а не остальным членам комиссии.

В глубине души он понимал чувства опытного и властного спеца, недовольного тем, что Новая Ганза сумела навязать ему в консультанты своего представителя, а потому до сих пор снисходительно терпел брюзжание суперинтенданта. Однако сейчас Фарроу перешел границы приличия. Кого-кого, а Светлану Ларсон ему оскорблять не стоило. Женщина откровенно нравилась Алу, а потому он счёл долгом, пусть и косвенно, осадить хама, указать его место.

– Напоминаю вам, господин суперинтендант, его высокопревосходительство председатель фон Штауфен лично заинтересован в проекте «Возрождение». Правительство Олимпии гарантировало Лиге приоритет её интересов и ваше безусловное содействие.

– Знаю, знаю. – Фарроу дипломатично убавил тон. – Поймите и вы меня. Начало чемпионата, в городе черт знает что творится! А тут…

Он безнадежно махнул и вновь уткнулся в комм-пульт.

Ал воспользовался моментом, встал, подошёл к Светлане и деликатно взял ее за руку.

– Капитан Ларсон, примите мои извинения. Уверен, с вашим другом все в порядке, и мы скоро найдем его.

– Спасибо. – Женщина слегка ответила на пожатие и тепло улыбнулась.

И тут снова встрял неугомонный Данкельд:

– К сожалению, наши проблемы не ограничиваются поисками майора. Через три дня президент Баринов и полковник Кузнецов прибывают на Олимпию для подписания договора. – Подвижная физиономия советника приняла таинственное выражение. – Я предлагаю усилить меры безопасности!

Фарроу оторвался от переговоров по селектору и ехидно заметил:

– Мне нужны более веские основания, дорогой советник.

– Есть некоторые обстоятельства… – туманно начал посланник Ямбурга.

Ал вперил в зануду требовательный взгляд.

– Вчера я получил сообщение… Собственно, я хотел обсудить его с майором… – Данкельд собрался с духом и выпалил: – На Ямбурге прошли демонстрации протеста. Население обеспокоено прибытием эмигрантов.

Светлана Ларсон убрала ладонь из руки Мак-Кинли и жёстко объявила:

– Протесты – ваше внутреннее дело. «Кузнецов Энтерпрайзис» платит Ямбургу четыре миллиарда в валюте Хранителей. Сумма превышает валовой доход планеты за десять лет. Мы создаем рабочие места не только для эмигрантов. Кроме того, Хенрик фон Штауфен выступает гарантом наших инвестиций.

– Все так, – извиняющимся тоном ответил Данкельд. – Но у проекта достаточно противников. И не только на Ямбурге.

Капитан Ларсон не нашлась что возразить и поджала губы.

«Тут советник прав, – констатировал про себя Ал. – Чертовски прав».

Восстановление военных заводов на Ямбурге, разрушенных еще во время Войны Распада, сулило Новой Ганзе немалую выгоду. Лига вкладывала в проект неликвидные земли и недвижимость, а корпорация «Кузнецов Энтерпрайзис» – деньги, современные технологии и квалифицированных специалистов. Предварительные переговоры по проекту держали в секрете, но какая-то часть информации все-таки просочилась. Основная проблема заключалась в том, что, по соглашению, планету обязывали принять около двухсот тысяч беженцев из ОРГ. Началось глухое брожение вечно оппозиционной новоганзейской аристократии – дескать, Штауфен превысил полномочия, продаёт чужакам исконные вотчины Лиги. Проект вызвал и явное недовольство в Гиадах – Кузнецовых обвиняли в предательстве национальных интересов республики. За прошедший год шумиха вокруг сделки постепенно улеглась, но теперь, когда проект «Возрождение» вышел на финишную прямую, страсти снова накалились.

Обеспечение безопасности при подписании договора стало для Мак-Кинли первым самостоятельным заданием такого масштаба, и любая осечка означала неминуемый крах дальнейшей карьеры.

– Я учту ваше пожелание, советник, – заверил он Данкельда. – Мы примем все необходимые меры.

– На этом, господа, предлагаю закончить совещание, – резюмировал не допускающим возражений тоном Самуэль Фарроу. – Пора и делом заняться.

Суперинтендант развил кипучую деятельность и бросил на поиски Александра Кузнецова лучших агентов. Алиссон Мак-Кинли нисколько не сомневался в успехе его начинаний. И всё же, покидая кабинет главы УБ, он мысленно пожелал беглецу подольше оставаться вне поля зрения «Грозы Олимпии».

Исчезновение майора открывало перед Мак-Кинли заманчивые перспективы. Очаровательная Светлана Ларсон представлялась ему несравненно более интересным партнером по работе, нежели замкнутый в общении Кузнецов-младший.

Тонкий аромат её духов кружил голову представителю Новой Ганзы, а при взгляде на фигуру и ноги… Короче, сейчас или никогда!

Для начала Ал намекнул Светлане, что в деловом аспекте вряд ли стоит полагаться на Данкельда и Фарроу. Один вечно сомневается, другой – спит и видит, как бы поскорей избавиться от надоевшей ноши. Следовательно, всю ответственность придётся брать на себя. А посему им крайне важно совместно ещё раз обсудить сложившуюся ситуацию и план мероприятий по обеспечению безопасности предстоящей встречи в верхах. Дело серьезное, и откладывать его не стоит.

Три часа плодотворной работы имели упоительное завершение в виде позднего ужина в ресторане гостиницы «Метрополь». Мак-Кинли ударно блистал красноречием. Кухня тоже не подкачала.

Таинственный полумрак, легкое вино, тихая музыка и… Наметившийся было успех свело на нет беспокойство Светланы о пропавшем Кузнецове.