— Что я с Земли? — Уточнила тихонько, глядя, как хвост растащил драчунов по разным «колечкам». — Что я человек?
— Хм… — Они снова как-то синхронно переглянулись, — да.
И в этот момент как грохнет! Где-то в районе Академии. Сначала грохнет, потом рыкнет, потом раздастся звук, как будто пропеллер жужжит. Парни подхватились, побежали к окнам, а я с ними заодно.
Если существует на свете сказка — чистая, светлая, ясная. Сказка, которая завораживает, околдовывает, заставляет верить в добро и настоящие чудеса — то это она! Вернее, он. Дракон. Огромный, с чешуей, отливающей серебром, с алыми шипами на хребте и весьма яростным нравом, судя по очередному раздавшему рыку. Крылья взмели воздух — и дракон взлетел, удаляясь от Академии все дальше и дальше, пока не превратился в совсем крохотную точку.
Сердце кольнула тоска. Ужасно захотелось вдруг оказаться в небе и взлететь с ним! Выше и выше! Мимо облаков, мимо гор, замков, когда вся земля проплывает под крылом…
Привел меня в себя возглас:
— Ничего себе ректора раздраконило!
— Мне даже как-то неловкос-с, — змеисто ухмыльнулся Шайесс, отнюдь не выглядевший недовольным.
— Он же Изменчивый, — выдохнула, — почему он дракон?!
В ответ синхронно пожали плечами.
— Этого никто не знает, — ответил неожиданно Маррот. Мне он казался более молчаливым, несмотря на огненный колер, — все адепты, поступая в Академию Серебряной Крови, дают клятву о неразглашении её тайн. Так что мы знаем только факт. Ректор тоже полукровка. Но почему так, и чем это нам всем грозит…
Академия Крови. Я тихонько перевела дух. Что это такое и с чем её едят?
— В любом случае, тебе пока не о чем беспокоиться. Ты мой друг, Эстер. Я ценю твои словас-с, — заметил великолепный змей, — и хвостс-с… можеш-шь потрогать!
Ну, если хвост можно… сам напросился, змей!
Спустя полчаса шебуршения, мешка потраченных на почес зверушек нервов, поглажа, покуся, и прочей возни мы, наконец, пришли к некоему консенсусу. И сотворили на коленке промежуточный план по моему обживанию в этом мире.
Мне на самом деле повезло с первыми знакомыми. Таких друзей, наверное, у меня никогда не было. Парни, при этом, не проявляли чисто мужского интереса — я бы заметила, а относилось, скорее, как к младшей сестренке. Может, это потому, что я проговорилась о возрасте, а двадцать три для них — это ещё соску сосешь?
Оно и к лучшему. Ещё не хватало мне ухаживаний и приставаний… уже с избытком досталось!
Кстати, про свои тревоги и первого Изменчивого я рассказала. Шайесс посоветовал, как налажу отношения с ректором (мечтатель!), обратиться к нему за помощью. Эрцгерцог считался лицом в Империи Изменчивых очень влиятельным, другом императора, и наказание за подобные игры с порталами в закрытый мир и похищение грозило авантюристам серьезное.
— Этот Изменчивый тебя не найдет здесь, не волнуйся, — добавил Маррот. А Мрякс согласно промяукал.
Так вот, первое и самое главное — моя «история». Как сказали парни, не попадают в Академию Сангрэ, она же Академия Серебряной крови, просто одаренные маги! Нет. Здесь учатся полукровки (чаще всего), с мощным, но нестабильным даром, и обязательно одной из граней их дара должна быть магия холода, льда, снега или мороза.
Если во мне этой силы нет — поступить я не смогу, и они будут бессильны. Да и взяться здесь, на территории самой Академии, из ниоткуда, я тоже не могу. Мне нужно прийти сюда снова на Испытания, как будущей адептке. И прийти замаскированной… потому что ректор меня видел, да и кое-кто из преподавателей, увы.
Мысленно я покраснела. Было неловко.
— Жалко я не Изменчивая, — впервые высказала эту еретическую мысль, — так бы р-раз — и поменяла цвет глаз и волос, а то и черты лица!
Парни как-то подозрительно довольно переглянулись, а потом Шай, вернувший себе ноги — и быстренько натянувший брюки, уединившись за дверцей шкафа, довольно прошипел:
— Этосс-с мы можем ус-строить! Одевайс-ся! Пойдем тебе заводить родственника!
От такой постановки вопроса я сначала опешила, а потом… Колбочки-мешочки, как же интересно в этом мире жить!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я за день испытала столько, что, кажется, уже месяц здесь! И это ещё не конец!
А то, что перед глазами то и дело встают синие глаза… бессовестные, холодные, красивые… лорд Неймир очень красивый мужчина. Наверное, и руководитель отличный, о нем явно отзываются с уважением.
Но мне нельзя позволить себе им увлечься. Вот нисколечки! Хватит уже, наигрались в отношения на Земле! Жаль, что вернуться в Перелом года никак не получится, хоть всех магов обойди — это я из парней уже вытрясла. Ну не работают порталы — и все тут! Как бы по частям не переместиться при попытке, а нам такого счастья не надо!
Часть 4. От дракона не избавишься!
Мы уже собрались было выдвинуться из комнаты на поиски того самого Изменчивого, которого мне обещал наг (хотя, признаюсь, Изменчивых я все ещё опасалась, и встречаться с одним из них, пусть даже таким же адептом Академии, как мои новые знакомые, не слишком хотелось). Но надо. Либо так, либо плакала моя маскировка — всякие краски-парики у нелюдей были не в чести, потому как отслеживалась за долю секунды.
Любая неестественность ими воспринималась как ложь, а ложь большинство посчитало бы едва ли не личным оскорблением. Непросто здесь жилось, одним словом.
— Ну ты ещё там долго копаться будешь, а? — Возмущённо поинтересовался Маррот, и по его огненным волосам вдруг поскакали искорки. Более того, я заметила то, что раньше все время ускользало от внимания, оставаясь будто нарочно за гранью восприятия.
Словно мерцающая кожа молодого мужчины. Слишком пронзительные, глубокие, ясные глаза, в которых мелькало пламя. И… ушки. Заострённые и вытянутые кверху. Не так, как у киношных эльфов, а как-то совершенно естественно, этот кончик даже шевелился как будто отдельно от остального уха.
— Сейчас, — поспешно закинула в рот ещё одну печеньку, — что ты так кричишь, как будто на пожар бежим, опаздываем… — пробормотала, глядя на то, как Ихме и Мрякс о чем-то важно беседуют, развалившись на подушках на постели парней. Вот уж кто правда никуда не собирался!
— Устала. Спать-есть-гулять-отдыха-ать? — Предложил черненький нахал Ихме, и песец согласно помотала головой, хлопнув его дружески хвостом по боку.
— Не откажу-ась, муррм.
Они-то спелись, а мне-то что делать? Бедные парни, не знают, каких хвостатых и наглых монстров у себя приютили!
Из коридора послышался какой-то шум. Мне показалось, что слышу чей-то знакомый голос — не парней, нет, потом шорох, короткий вскрик, и…
— Шай, Мар, что-то случилось? Я уже бегу, извините пожалуйста!
Досадливо прикусила губу. Никогда не была копушей, а тут… еле мысли шевелятся, такая лень напала, хочется свернуться клубочком на диване и подремать. Никуда не идти, ни с кем не общаться, не думать, не волноваться… Отходняк?
Додумать эту мысль не успела.
Дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился… ректор?!
Сейчас волосы Неймира Айто отливали темной вишней, а глаза казались совершенно черными. Движения были как будто немного равными, дергаными. Мне очень хотелось закричать, но с перепугу горло перехватило. Виделось, что вокруг ректора кружится хоровод из снежинок и льдинок, а руки его покрыты изморозью.
В следующую секунду, прежде чем я успела придумать себе хоть какое-то оправдание и вообще сделать что-то осмысленное, меня вдавило в стену. А сверху нависла она… кара моя за неосторожность! Или это просто происки местных зимних духов? Сказали же, что они в канун перелома любит пошутить, и далеко не всегда безобидно!
Миг, другой, третий. Ладонь мужчины весьма нескромно ложится на мою грудь, словно отсчитывая вместе со мной удары сердца. Погладил. Чуть сжал. Меня окатило жаром. Хотелось до боли вырваться, возмутиться, высказать все, что думаю по поводу такого отношения — и никогда, никогда не вырываться из объятий этого мужчины.
