Подняв удивленный взгляд на Виндора, кивнула, произнеся одними губами благодарность. На что мужчина заметно расслабился и улыбнулся.
— Ты можешь сказать мне это здесь, — с улыбкой произнес он, указав на блокнот.
Осторожно взяв в руки палочку-карандаш, я попыталась написать «спасибо», но как ни странно, вышло у меня это на русском. И написала ведь! Эта странная палочка и вправду писала, как обычный простой карандаш. Зачеркнув слово так, чтобы его невозможно было прочесть, попробовала написать на местном языке и у меня получилось.
Но прежде, чем показать это мужчине, я накатала целый текст, где благодарила его за помощь в поиске нужного мне здания и поимку моих неугомонных малышей, за блокнот (бумага которого была не белой, а серой), и за то, что не бросил там, на рыночной площади, что не наказал меня за мое безрассудное поведение на дороге, за то, что сумел занять на время моего пребывания на почте малышей и даже потратился на них, покупая свежую выпечку…
Мужчина читал мою благодарность с улыбкой, пока его взгляд не упал на мою протянутую руку с монетами.
— Что это? — улыбка сползла с лица и между темных бровей залегла хмурая складка.
«Я хочу вернуть вам потраченные на нас с малышами деньги» — быстро написала и неуверенно показала мужчине, глаза которого сейчас были прищурены.
— Уберите! Деньги вам и самим пригодятся. Идемте, я провожу вас до постоялого двора, — произнес, уверенно подхватывая на руки Аннис и направляясь к проезжей части, где ждал свободный экипаж.
Мы с Андрисом, взявшись за руки последовали за мужчиной.
Ну, ведь я ни хотела его обидеть! Просто не люблю оставаться должной. Конечно, деньги — это меньшее, чем я могла отплатить за его помощь, но как видно, он считает иначе. Возможно, здесь так не принято, или я ненароком нарушила какие-то местные традиции…
Эх…Вроде, хотела, как лучше, а получилось… что получилось…
Сначала я не поняла, куда мы направляемся. Выезд с главной площади, насколько я запомнила, был совсем в другой стороне. А по этой улице, кстати, очень чистой и уютной, с красивыми кустарниками вдоль дороги, мы сейчас ехали впервые.
И когда я уже было начала паниковать, возница остановился у трехэтажного здания гостевого двора.
— Это надежное место. Если по вечерам здесь и собираются выпить по кружке горячительного, то в основном местные. Да и беспорядков здесь никогда не бывает. Сказывается близкое расположение ведомства правопорядка, — помогая нам с малышами выбраться из экипажа, произнес мужчина.
И почему у меня складывается ощущение, что неспроста он решил поселить нас именно здесь. Даже несмотря на хвалебные отзывы Виндора о гостинице, мне совершенно не нравилось, что его забота о нас стала настолько навязчивой.
Моя благодарность никуда не делась, но, по-моему, это уже слишком! Мы и сами могли найти гостиницу, тем более, у меня еще и лошадь с повозкой, а вдруг здесь нет конюшни! А постоялых дворов, мы проехали по пути на почту, великое множество. Правда, о их надежности или ненадежности, я действительно ничего не знаю.
Но, наверное, больше всего мне не нравилось, что мужчина считает себя вправе навязывать мне свое мнение. Несмотря на мой нынешний возраст и на то, что в этом мире я человек новый, у меня огромный жизненный опыт и уж со своими проблемами в прошлой жизни, я разбиралась исключительно своими силами.
Возможно, он просто хотел помочь, но слишком уж все это подозрительно! Да и ни к чему мне такое повышенное внимание от человека, которого, возможно уже завтра, мы не увидим. А вот дети имеют свойство привязываться к взрослым! И доказательство тому то, как Аннис не найдя на почте мужчину, побежала его искать.
Пусть я кажусь неблагодарной даже сама себе, но уж лучше привыкать ни на кого ни надеяться, чем вот так…
— Цены здесь ненамного выше, чем в том постоялом дворе, где вы остановились, — не замечая моего недовольства, продолжал мужчина, ведя нас с малышами к зданию.
«А конюшня есть?» — решила все же поинтересоваться, раз уж мы все равно здесь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Прочтя вопрос, мужчина поднял на меня удивленный взгляд. Видно, не ожидал, что у нас еще и свой гужевой транспорт имеется.
— Конечно. Правда, она находится не на территории двора, а немного дальше. Не волнуйся, — заметив мое желание возмутиться, произнес он, — как только вы сообщите о своем желании отбыть, вам тут же приведут вашу лошадь.
— Кстати об отбытии, — мужчина пропустил нас внутрь, придержав входную дверь, — насколько вы планируете задержаться в Браонге?
«Пока не закончим все дела», — неопределенно ответила. Если бы я сама знала ответ на этот вопрос, все равно бы не сказала. И вообще, какое ему до нас дело? Он что, решил контролировать нас до самого отъезда? Зачем ему это?
— День добрый, — звонким голосом поприветствовала нас улыбчивая женщина, как только мы вошли в здание. Уж не знаю, хозяйка ли она или просто служащая, но вела себя очень уверенно и доброжелательно.
— Мы хотели бы снять комнату, желательно на втором этаже, — уверенно произнес Виндор. А я лишь зубами скрипнула. Ну вот что за наглый мужчина?! Может я не собираюсь здесь останавливаться?
Пока мужчина утрясал все вопросы с проживанием и с надлежащим устройством нашей лошадки, мы с малышами прошлась по первому этажу. Стоило мне осмотреться, как мое недовольство сошло на «нет». Ладно! Пусть будет по его.
Но вот оплатить наше проживание я ему не позволила, вовремя подойдя к прилавку, протянула женщине несколько монет, за что получила полный негодования взгляд мужчины.
Глава 10
Как бы я ни пыталась убедить мужчину, что дальше мы справимся сами, он упорно не желал меня слушать. Наняв экипаж, снова отвез нас на постоялый двор, где наши соплеменники уже готовились к отъезду домой.
Ну как готовились… Я увидела их в зале, где они, весело переговариваясь, попивали что-то алкогольное, планируя отправиться в обратный путь, завтрашним утром. Значит, им удалось продать все, что планировали.
Узнав, что я уезжаю, они тепло со мной простились, уж не знаю, толи вино на них подействовало, толи то, что им, на обратном пути не придется со мной возиться, толи от радости, что скоро вернуться домой, но я все равно была им благодарна, что были рядом.
Оставив малышей с Виндором, на свой страх и риск, быстро забежала в комнату и подхватив обновки в одну руку, тюк с нашими вещами и корзину, в которой от провизии уже ничего не осталось, в другую, поплелась к лестнице.
Да уж, взялся за гуж не говори, что не дюж.
Медленно спускаясь по крутым ступеням, думала лишь об одном, как бы с них не навернуться. И зачем все разом схватила? Нет чтобы оставить хотя бы часть в комнате, потом подняться еще раз. Нет, у меня там дети без присмотра… Пусть они и с Виндором, но как по мне, так за ним самим глаз да глаз нужен. И почему я не спешу ему доверять?
Наверное, потому, что в этом мире мне слишком быстро пришлось осваиваться и я не спешила верить первому встречному, даже если он старается помочь бескорыстно. Вот это самое бескорыстие меня и пугало.
Черт! Обувь то я так и не купила!
И время обеда уже прошло. Ладно я, но малыши то одними булками сыты не будут. Значит, придется перенести посещение рыночной площади на завтра, Аннис вон уже носом клюет, встали-то ни свет, ни заря.
Еле волоча поклажу, с усилием толкнула дверь и чуть не вывалилась наружу, прямо в руки Виндора. Который тут же перехватил у меня тюк и связанные обновки, одарив сердитым взглядом, направился в сторону повозки.
— Ваша? — я глянула на лошадь, повозку, уже сидящих в ней детей и кивнула.
— Запрыгивай, — бросил он, сам уже сел на облучок.
Невыносимый человек! Упертый! Ну, как?! Как до него донести, что его помощь нам больше не требуется?!
И ладно бы привез, сдал лошадь конюху, нас проводил до комнаты и ступай себе с миром…Так нет! Он заказал нам обед и отправив за нами служащую, остался дожидаться в трапезном зале!
