Читаем без скачивания Злобные чугунные небеса - Глен Кук

– Поставь свои лапы на эти хреновины, – сказал Плеймет, ткнув носком сапога на стержни в форме буквы «L», прикрепленные к обоим концам передней оси. – Правую – с правой стороны, а левую – с левой. Поставил? Хорошо. А теперь начинай давить. Правой… Левой… Правой… Левой…

Я последовал указаниям, механизм пришел в движение и двинулся по кругу.

– Вот здорово! – восхитился я, и тут моя ступня соскользнула с закорючки. Загнутый металлический конец оцарапал мне щиколотку. Я произнес несколько свирепых слов, услышав которые, мама Гаррет залилась бы краской стыда. И я ее понимаю, поскольку закончил я свою тираду и вправду со смаком.

– Мы работаем над устранением дефекта, – сказал Плеймет. – Это действительно неприятно. Кип предполагает просверлить отверстие в центре деревянной…

Я очень быстро освоил трехколесник, но развернуться по-настоящему в кузне было негде.

– Что скажешь, если я попробую прокатиться по улице?

– На твоем месте я бы этого не делал. У нас уже были неприятности. Кип выезжал покататься на свободе, но несколько человек пытались отнять у него механизм. И вскоре после этого в наших краях стали появляться довольно странные типы.

Я еще несколько минут покатался по конюшне, а потом сполз с седла, поскольку не получал удовольствия от езды в замкнутом пространстве.

– Ты, случаем, не планируешь начать массовое производство трехколесников? – поинтересовался я. – Если так, то я один беру. Если средства позволят.

Глаза Плеймета загорелись энтузиазмом: он унюхал возможность выплатить мне гонорар, не расставаясь с деньгами.

– Не исключено. Но присущая мне честность вынуждает признать, что у нас с этой машиной возникнут большие сложности. Особенно с колесами и поворотной палкой с вилкой.

Свиное сало, судя по всему, плохой смазочный материал.

– И кроме того, приманивает мух, – заметил я.

Мухи там вились огромными роями. Впрочем, возможно, дело было вовсе не в свином сале. Ведь мы все же находились в конюшне.

– Да, – согласился Плеймет. – Но и это еще не все.

Твердые породы дерева, необходимые для производства, встречаются крайне редко. Кроме того, нам потребуется масса деревообработчиков, если мы хотим удовлетворить хотя бы небольшую долю потенциального спроса.

Похоже, мой большой друг давно и серьезно размышлял над проблемами массового производства, – Найми команду безработных ветеранов войны, пусть они на Тебя работают.

– И сколько же среди них, по-твоему, квалифицированных столяров или мебельщиков?

– М-да… Не говоря уж о колесниках. – Я обошел вокруг машины. – Неужели эту штуку действительно придумал твой юный друг-недоносок?

– И эту, и множество других, Гаррет. Если мы сможем сообразить, как соорудить все то, что он придумал, то в механике произойдет революция.

– А как вы намерены назвать эту машину? – спросил я.

– Как я сказал – трехколесником.

Лично мне казалось, что изобретение заслуживает более яркого имени.

– Вношу предложение. Ты можешь обучить ветеранов делать трехколесники. Это легче, чем научить их столярному мастерству или изготовлению мебели.

– Гильдия столяров и мебельщиков учинит такой хай, что мало не покажется.

Я посмотрел на трехколесник и тяжело вздохнул:

– Гарантирую, что кого-нибудь эта штуковина просто озолотит.

Мои пророческие способности ограничены, но на сей раз я был уверен, что предсказание сбудется. Я без труда представил богатые кварталы нашего города, кишащие трехколесниками.

– Человека с не столь крепкими моральными устоями, как у меня, ты хочешь сказать?

– Моральные устои тут ни при чем. Я просто констатировал факт. Как только первые механизмы появятся на улицах, появятся и люди, желающие украсть идею. – Мне в голову пришла интересная мысль – единственная, которой я был способен осчастливить мир в этот день:

– Значит, ты говоришь, что кто-то пытался отнять у Кипа машину, как только он вывел ее на улицу?

Плеймет кивнул.

– Может, у парня возникли проблемы потому, что кто-то вознамерился украсть его идеи? – продолжал я, прекрасно понимая, что я – не единственный подданный нашего короля, у которого хватило мозгов оценить потенциал изобретений мальчишки.

Плеймет снова кивнул и, не ограничившись на сей раз кивком, добавил:

– И это, наверное, тоже. Но появление странных эльфов явно имеет отношение к возникновению наших трудностей.

И сейчас меня больше всего тревожат эльфы. Побудь здесь и последи за мальчишкой. Я пойду заварю чаю.

В этом – весь мой друг Плеймет. Весьма цивилизованная личность. Несмотря на творящийся вокруг него бардак, он находит время для всех тонкостей светского обращения.

9

Когда Кипу надоело обрабатывать металлический диск, он отложил его в сторону и принялся вертеть в пальцах нечто деревянное. Я следил за ним краем глаза, одновременно перебирая рисунки Плеймета. Этот парень, оказывается, еще и классный художник! Особенно удавался ему перенос на бумагу идей мальчишки. Некоторые рисунки сопровождались пояснениями, написанными явно не рукой Плеймета.

– Как ты до всего этого доходишь? – спросил я у Кипа, вовсе не рассчитывая получить ответ.

Если бы он и расслышал вопрос, то скорее всего попросту бы разозлился. Творческие типы, как правило, ведут себя именно так. Их выводят из себя постоянные вопросы, которые подразумевают, что они не способны ничего почерпнуть из собственного черепка. Я бы ни за что этого не спросил, будь Кип художником или, не дай бог, поэтом.

Однако парень продолжал меня изумлять.

– Не знаю, мистер Гаррет, – сказал он. – Все это просто само собой приходит мне голову. Иногда во сне. У меня всегда голова была забита всякими историями и идеями. Однако в последнее время они становятся все более и более интересными.

Произнося это, Кип не отрывал взгляда от куска дерева, который вертел в пальцах.

Попав в свою мастерскую, мальчишка стал совсем другим. Теперь он был спокоен и уверен в себе.

Интересно, подумал я, насколько его половая зрелость связана с успехами в творчестве? Не имея ответа на этот вопрос, я снова углубился в рисунки Плеймета.

На сей раз мне на глаза попались те, что вначале почему-то ускользнули от моего внимания. Наброски были выполнены на крошечных листках бумаги. Передо мной находились изображения «эльфов».

– Скажи, это те существа, которые тебя донимали? – спросил я.

Кип оторвал взгляд от деревянной детали, посмотрел на наброски и сказал:

– Вот эти двое, слева и справа – Нудисс и Ластир. Они очень хорошие. Двух других я не знаю. Возможно, они были среди тех, которых прогнал Плей.

– Именно так, – сказал Плеймет, внося в мастерскую чай.

– Я же сказал тебе, что твой талант может стать классным оружием в борьбе со злом. Смотри сам. Тебе уже удалось идентифицировать двоих злодеев.

– Не увлекайся, Гаррет. Ничего мне не удалось.

Да. Скорее всего он прав. В нашем распоряжении – приблизительные изображения двух предположительно нехороших существ. Об этих существах мы ничего не знаем. Я даже не мог понять, принадлежат ли они к тому же виду эльфов, что и первые два. Если верить таланту Плеймета, то они скорее всего представители другой породы.

– А у меня тоже возникла конструкторская идея, – заявил я, меняя тему.

Плеймет и мальчишка обратили на меня взгляды. Это были, как мне показалось, не простые взгляды, а скептические.

– Почему вы мне не верите?! – возмутился я. – Посмотрите, сколько труда надо затратить, чтобы сделать механизм, который поворачивает переднее колесо, и ручки для этого механизма. В качестве ручек можно употребить воловьи рога.

А рога без всяких затей вы приобретете на бойне.

Мое предложение, похоже, повергло их в шок. Во всяком случае, на их физиономиях появилась гримаса отвращения.

Но я, впав в раж, продолжал развивать идею:

– Вы можете попросить сохранять целиком черепа с рогами. Таким образом вам удастся наладить производство новой модели трехколесника под названием «Мертвая голова».

Представляете, какой фурор среди богатых покупателей с Холма произведет эта эксклюзивная модель?!

– Пей чай, Гаррет, – грустно покачал головой Плеймет. – И постарайся сегодня лечь спать пораньше.

Я ожег этого так называемого друга возмущенным взглядом.

Думаю, что над совершенствованием такого рода взгляда мне еще предстоит поработать, поскольку сейчас Плеймет никак не прореагировал. Только улыбнулся и к первому оскорблению добавил еще одно:

– У тебя начинается сопровождающийся галлюцинациями бред.

– Что же, вам специалистам, виднее… – пытаясь сохранить лицо, сказал я. – А мне же, простому парню, придется вернуться к более подобающему роду деятельности. Итак, соврите мне об этих «возможно, эльфах» все, что еще не успели соврать.

– Морды у них просто отвратные, – сказал Плеймет. – Мои рисунки но способны передать всего их уродства.