И спасибо, сегодня мне больше ничего не понадобится.
— Приятного аппетита, сударь. — Девушка коротко кивнула и уплыла, незаметно перебирая ногами под длинным платьем в пол.
— Сударь, это гораздо лучше, чем барин.
— Так вы, барин всего этого? — Догадался отец девочек и очертил круг указательным пальцем.
— Как бы, да, но сейчас я здесь, как клиент, отдыхать приехал.
— Здорово вы придумали. Даже забываешь, что где-то есть цивилизация.
— Спасибо. Рад, что вам у нас нравится.
— Дружину бы еще собрать из массовки, чтобы ходили тут мечи крутили, палицы.
— Володь, — перебила его супруга, — не мешай человеку есть.
— Ладно, извините, но идея хорошая, добавила бы аутентичности вашему городищу.
— Я подумаю, спасибо.
Александр дал понять, что разговор окончен, набив полный рот гречкой. Она была жирной, ароматной и пролетала в желудок без остановки. Быстро закончив с ней, он запил ее пивом и приступил к утке, тушеной в маринованной капусте. Капуста вбирала в себя вкус мяса и сама делилась кислинкой с ним. Получалось неподражаемо вкусно. Еще немного пива и Александр заметил, что надо ослаблять пояс, вонзившийся в увеличившийся живот.
В углу команты затренькал на гуслях «старец». Солнце окончательно ушло за горизонт. В тереме зажгли масляные лампы и закурили дымы, отпугивающие мошкару. На воротах поселения тоже зажгли огни. На уху уже не осталось места. Александр похлебал немного, чтобы удовлетворить чревоугодие и отставил тарелку в сторону.
Снизу раздался шум, топот и крики. Народ подскочил к окнам. На площади перед теремом носилась лошадь, запряженная в телегу, на которой перевозились продукты. Парень, управлявший ею, одной рукой тянул узду на себя, а другой хлестал спину лошади кнутом и громко ругался на несчастное животное.
— Стой! Сука! Сволочь! Стоять, я сказал, овца!
Лошадь и не думала слушаться. Сделала резкий маневр и перевернула телегу. Извозчик упал на землю вместе с продуктами, которые привез в Зарянку. Двое парней выбежали из терема, бросились к обезумевшей лошади и остановили ее.
Аглая подбежала к парню, управлявшему лошадью.
— Чего она у тебя такая? Бил?
— Не бил. Клянусь. Мы почти доехали до городища, я услышал шум и Сказка тоже, заиграла ушами.
— Какой шум?
— Не знаю, от реки шел, как будто там пороги шумят. Сказка напряглась, глаза начала таращить, а потом понесла. Хорошо хоть домой, а не куда-нибудь в поле. Там бы я точно шею сломал.
— Ты не ударился? — Наконец поинтересовалась администратор.
— Ударился, конечно. Руку отшиб.
— Иди в баню, помойся, а потом тебя осмотрят. Вы, ребята, — она обратилась к персоналу, выбежавшему на звук, — отведите лошадь в стойло, а вы, соберите продукты и посмотрите, что годится, а что уже нет. И список мне полный.
Александр спустился вниз и перехватил парня, не справившегося с лошадью.
— Привет, я Александр Сергеич, владелец этой базы отдыха.
— О, здрасти. — Смутился парень. — Меня зовут Гурьян, по-служебному.
— Что ты слышал, что за шум?
— Да тут недалеко, с полкилометра, река шумит. Раньше не было. Она же спокойная всегда.
— Точно? — Александр принюхался, как гаишник, пытаясь уловить запах алкоголя.
— Точно, идемте, покажу.
— Темно уже, завтра посмотрим.
— А вдруг до завтра он пропадет? В брехуны меня запишите?
— Ну, если хочешь, пойдем, посмотрим. У вас фонари есть нормальные, электрические?
— У Аглаи есть где-то.
Александр нашел администраторшу и взял фонарь. Взял с собой Гурьяна и вышел за околицу. Фонарь включил там же, чтобы не портить людям ощущение другой эпохи. Ночь вибрировала от стрекота сверчков. От ощущения большого открытого пространства дышалось легко.
— Знаете, что я подумал? — Внезапно произнес Гурьян. — А что если лошадь испугалась не шума реки, а волков почуяла?
— Да брось, здесь есть волки?
— Есть. Живьем не видел, но зимой следов было полно.
— Нафига ты мне это сказал? Я теперь каждого куста шугаться буду.
— Простите, я на всякий случай. Пришло в голову неожиданно. Темно.
Александр перехватил фонарь, чтобы удобнее использовать его в качестве орудия, если выскочит хищник. Вскоре, непонятный шум стал перебивать стрекот сверчков. Он усиливался с каждым шагом, и вскоре от него стала дрожать земля под ногами.
— Я же вам говорил.
— Говорил, но откуда он взялся. Стой!
Александр схватил Гурьяна за рубаху. Впереди зиял провал, прямо в почве. Противоположная сторона его находилась метрах в пяти.
— Это здесь было? — Спросил Александр.
— Нет. Утром, когда я поехал на базу, его точно не было.
Александр лег на живот и осторожно выглянул из-за края обрыва, подсвечивая фонарем вглубь него. До дна метров десять, но воды там не было.
— Давай к реке. — Александр поднялся.
— Туда. — Гурьян показал рукой и пошел первым.
— Не спеши, свалишься куда-нибудь.
Они прошли вдоль обрыва, не особо приближаясь к нему, до берега реки. Шум здесь стоял такой, что друг друга было еле слышно. Александр уже догадался, что увидит. Реку разделял широкий разлом, в который уходили ее воды. В ширину он был не меньше пятидесяти метров. Воды стекали в него с обеих сторон. Но та часть реки, которая оказалась по течению за разломом, уже серьезно иссякла. В длину определить расстояние трещины не представлялось возможным. Ее края просто не было видно.
Вдруг, край реки с шумом ушел в трещину. Земля под ногами затряслась. Александр дернул напуганного Гурьяна и показал в сторону городища. Тот кивнул головой и торопливо зашагал подальше от опасного места.
— Откуда это взялось? — Спросил Гурьян, когда шум позволил говорить.
— Сегодня тряхнуло, видимо поэтому.
— Ни черта себе, а если бы под Зарянкой такая трещина?
— Если б да кабы, то во рту росли грибы. Не каркай. — Александра опечалило появление трещины. Ее близость к Зарянке могла оказаться фатальной для бизнеса. «МЧСники» наверняка на время определения опасности могут закрыть городище. Да и в целом ее появление могло стать серьезной антирекламой.
Он шел быстрым шагом. Гурьян едва поспевал. Александр потушил фонарь перед входом и велел найти ему Аглаю. Она прибежала спустя пару минут, очень взволнованная.
— Что случилось? — Спросила она дрожащим голосом. — Гурьян соврал?
— Нет, не соврал. У нас проблема.
— Какая? — Девушка раскрыла глаза «по пятаку».
— Походу, после сегодняшнего землетрясения образовалась серьезная трещина поперек реки. Очень серьезная, просто пропасть в тартарары. Понимаешь, чем это грозит?
— Завтра не будет праздника Ивана Купалы?
Александр усмехнулся.
— Точно не будет. Я думаю, на речку вообще не стоит ходить, пока трещину вода не скроет. Не дай бог кого утянет.
— Ой, а все так ждут. — Разочарованно протянула Аглая. — Это же наша фишка.
— Завтра, когда рассветет, ты не будешь сожалеть об этом. Ты просто не представляешь, как она опасна. Нас вообще могут закрыть.
