Через год произошла трагедия - на трассе столкнулись такси и лесовоз. В маршрутке ехали мать и младшая сестра Александра, они погибли на месте.
С тех пор минуло семнадцать лет, в течение которых он решительно строил свою судьбу. Совместно с однокурсником, Максимом Ремизовым организовал ИП, подкопив денег и создав репутацию, замахнулся на большее. К тридцати восьми годам являлся директором перспективной, приносящей хорошую прибыль компании.
Туэри для воинов. Урезанная версия для СИ. Альтернативное окончание.
И вот сейчас, анализируя полученную от хранителя информацию, Александр понимал, что жизнь опять сделала резкий поворот. Отрицать очевидное не получалось, продолжать убеждать себя в том, что увиденное сон - мужчина не хотел. Привыкнув, что от скорости его мыслительной реакции зависело разрешение дела, он считал бесполезной роскошью тратиться на самокопание. Если уж изменения произошли, нужно быстрее вернуть господство над положением.
Конечно, вряд ли перемены принесли пользу, скорее даже наоборот, а это раздражало, ставило в тупик его рациональный ум. Даже пугало, в чем он едва признался самому себе. Вольный привык бороться, фаталистические идеи, восхищавшие многие, не привлекали. Положительные случайности считались грамотно просчитанными действиями, отрицательные - показателем лени и глупости. И в том, что свобода выбора у него осталась, Александр не сомневался. Пусть над ситуацией поработал рок, жребий или кто-то там еще. Не важно.
- Как начать инициацию снова?
- Как и в первый раз - войти в физический контакт с обеими. Это не сложно. Партнерш как магнитом тянет к источнику силы - вам, думаю, напрягаться не придется.
- Смерть грозит только мне.
- Да. Женщины останутся в живых, вот только жизнь без чувств, вряд ли можно назвать счастливой.
Внезапно силуэт Вайта стал размазываться. Комната расплывалась, словно свежая картина, подмоченная водой. Возможно, из-за этого Александру показалось, что он, наконец, увидел признаки эмоций на лице, хранителя. Тот что-то кричал, но он успел разобрать только одно.
- Заверши,...не расставайтесь,...вас найдут...
...три, четыре, десять минут, полчаса, время как будто остановилось. Вольный воспроизводил то, что видел в памяти. Практически слово в слово передавал разговор с хранителем. Казалось, объяснения Вайта навечно отпечатались в голове, обрастая его собственными мыслями и суждениями.
- Знаешь, Саша, вот от кого, а от тебя такого бреда я не ждала, - резюмировала невеста. - Но..., - прикрыла на мгновение глаза. - Нет, я даже на секунду не могу предположить, что это правда. Слишком...даже для меня.
- К сожалению, это правда!
Первоцвет, покачав головой, отвернулась.
- И что дальше? - едва слышно спросила Рада.
- Ничего, - пожал плечами Вольный. - Иди домой.
- Но...
- Даже не думай, - повысил он голос. - Я позволил провести инициацию, потому что от этого зависела моя жизнь. Но больше такого никогда не повторится.
- Но, Саша, - вскинулась девушка. - Ты же сам сказал, что хранитель просил не расставаться.
- Во-первых, для вас, Рада Алексеевна, я - Александр Николаевич, во-вторых, если кто-то и придет, я вам обязательно сообщу.
- Но как?!
- Идите домой, Рада.
- Да вы не...
- Не стоит.
Любимова вспыхнула, но удержалась от дальнейшего спора. Натянув одежду, забрала из протянутой ладони Вольного связку и открыла дверь. На миг остановилась у порога, но, так и не обернувшись, вышла в коридор.
III
Рада брела по городу и слушала ветер, что завывал в трубах, свистел в форточках домов. Гремел железом на крышах, танцевал на асфальте с мятыми бумажками, пел с птицами в кронах деревьев. В скверах и кафе отдыхали люди. Призывно горели неоновые огни вывесок, завлекая посетителей оставить деньги именно в их заведении. Из кинотеатра толпой выходила молодежь, жарко обсуждая просмотренный фильм. Глядя на них, Рада ощущала себя древней старухой, десятки лет коптившей небо.
Любимова не спешила. Пусть в квартире Максима и ждали с нетерпением, она не хотела встречи. Поэтому и шла, считая шаги, осознанно сдерживая желание побежать.
К одиннадцати вечера добралась. Как в тумане преодолела пять этажей и неожиданно нос к носу столкнулась с отцом. Тот стоял рядом с дверью, подпирая плечом косяк.
- Папа? Привет!!! - воскликнула Рада. - Ты откуда здесь? Почему не позвонил?
Алексей Аркадьевич загадочно улыбнулся.
- Решил сделать сюрприз. Может, зайдем в дом?
- Да, да, конечно, проходи, - засуетилась она.
Растягивая губы улыбке, открыла замок. Вопросительно посмотрела на отца, он галантно пропустил дочь вперед. Недоуменно пожав плечами, прошла внутрь. Не оборачиваясь, разулась и, бросив сумочку на трюмо, потопала в комнату.
Внезапно ее грубо схватили за воротник. Рывок, Рада полетела в распахнутую дверь кухни. Ударившись о холодильник, на миг ослепла. Когда зрение восстановилось, Любимова постаралась встать. Только вот ноги не слушались, голова отзывалась болью на любое движение.
Опираясь все на тот же холодильник, она кое-как поднялась. Отец стоял напротив, наклонив голову.
- Мы пришли домой, милая. Повеселимся?
Внезапно тело родственника пронзила крупная дрожь. Ткань футболки затрещала, превращаясь в лохмотья. На глазах испуганной дочери он отращивал себе еще одну пару рук. Кисть развернулась, щелкнули друг о друга острые когти. Создание любовно оглядело новообретенный маникюр.
Тело одеревенело от ужаса, но Рада старательно отодвигалась как можно дальше. Недолго - размер кухни не позволял пятиться бесконечно. А отец приближался.
- Папочка? - пискнула Рада.
- Почти, - зловеще усмехнулся, став похожим на птицу. - Не бойся, маленькая, я тебя не обижу.
Лицо заострилось, глаза приобрели округлую форму, мужчина не шел, подпрыгивал, странно оттопыривая зад. Не хватало крыльев, а так образ был полным.
Словно в насмешку, он выпустил из-за спины крылья.
- Так лучше, не находишь?
- Что происходит?
- Папулечка, ты где? Что происходит? - пародировал отец. - Как ты запела, милая. Я здесь. Здесь. Только присмотрись.
Рада прыгнула. Со всей возможной скоростью, поднырнула под крылья. Кафель скользил - она упала на колени. Уже на четвереньках поползла прочь из квартиры. Вожделенная дверь была почти рядом, но её вновь схватили и впечатали в стену.
- Папа!
- Нее. Вы зовете нас по-другому, - он развернул Любимову к себе лицом. Одной рукой сжал горло, двумя другими прижал запястья к стене. - А сейчас мы с тобой поиграем, доченька.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
