— в общем, долго их не было. Вернулись — а деревню будто выкосило! На улице, в домах, у домов люди мёртвые лежат. Глаза у всех — как стеклянные. Закатились и в небо смотрят. Одна-единственная старая бабка уцелела. Не ходячая она, на лавке лежала за занавеской. Что стряслось — ответить не может, только зубами стучит. А мальчонки не робкого десятка оказались. Сперва ревели, конечно, а после, как очухались, телегу запрягли, да к нам.
Я скрипнул зубами.
— Стеклянные глаза, говоришь?
— Ну. Неужто слыхал уже про такое?
— Ну, так. Краем уха… Эй! — это я крикнул терминатору. — Верни дитя в колыбель, бери оружие и жди. Со мной на разведку пойдёшь.
Пока я собрался и спустился, терминатор отнёс младенца в люльку. Об этом несложно было догадаться по доносящимся из пристройки характерным звукам: в стальных руках терминатора младенцу определённо нравилось больше.
Сам терминатор стоял у крыльца в полной боевой готовности — с двустволкой. Вокруг него, рассматривая чудо враждебной техники, бродил Харисим.
— Интересуешься?
— Любопытствую. И чего эта нехристь ещё умеет?
— Да разное умеет. Всего пока не испробовали. По хозяйству шустрить точно может, ну а в бою ты его видел.
— Видел, видел… И слышал, что он — из костей охотников состоит.
Тут Харисим уставился на меня со значением.
— Состоит, — кивнул я. — На меня чего смотришь? Не я его строил.
— Ты его используешь.
— А варианты? Как его уничтожить — науке пока не известно.
— Закопать в землю метров на пять и сказать, чтоб не двигался.
— Дело нехитрое. Да только, если ты вдруг не заметил, то Троекурова именно он завалил.
— Ну…
— Гну, Харисим. Гну. Есть такая антилопа. Сейчас, вот, некая тварь целую деревню извела. Кого ты против этой твари поставишь? Друга своего или эту кучу костей?
Харисим хмыкнул.
— То-то и оно, что «хм». Закопать — дело недолгое, он и яму сам выроет, если прикажу. А вот когда он понадобится — тут-то мы и взвоем. Ты ж пойми, мне с этой штуки самому неприятно. Да только не в нашем положении носом крутить, выбирая оружие.
— А чего это у нас с положением не так?
— Да всё так. Просто нас мало, а вокруг — твари табунами ходят. Только и ищут, как бы кого сожрать. Ладно, поехали уже, деревню твою смотреть. Знак-то есть там?
Тварью я в этот раз решил не пользоваться. Пускай на конюшне поскучает. Мы всё-таки с Харисимом, а у него такой быстрой лошади нет. Так что не буду от коллектива откалываться.
Мы встали на Знак и одновременно переместились на место преступления.
— Н-да, богато, — оценил я картину.
Наверное, Настя в своём гадальческом приходе видела именно это. Люди действительно лежали на земле и глядели в небо пустыми глазами. «Пустыми» — в смысле, что без зрачков, без радужек. Одни белки остались. Жуть, честно говоря.
Были и живые. Я увидел нескольких смоленских охотников. Среди них — мужика лет пятидесяти, с задорно торчащими усиками и злым взглядом, его я точно видел впервые.
— Аполлинарий это, — вполголоса произнёс Харисим. — Глава наш. Самолично пришёл на такое дело глядеть. Видано ли — чтоб целая деревня…
— А чего имя бабское?
— Про такое даже не заикайся — расстраивается.
— Как вы его — Полей зовёте?..
— Молчи, говорю! Линаром зовём.
— Ох, затейники…
Тут мужик подошёл к нам и резко спросил:
— Этот, что ли?
— Этот, — пробормотал Харисим.
— Ну надо ж. От горшка два вершка, а разговоров…
Какой занятный приём: говорить о присутствующем человеке так, будто его здесь нет. Ну что ж, в эту игру можно играть вдвоём, Поля.
— Это, что ли, ваш глава? — посмотрел я на Харисима. — Хорош! Как на Троекурова идти — так его нету, а как баб мёртвых щупать — прибежал.
— Я из похода только вчера вернулся! — возмутился глава.
— О, мы общаемся? Приятно познакомиться: Владимир, — протянул я руку.
— Линар.
Во взгляде Линара, когда он пожимал мне руку, отчётливо читалось: «Ладно, один-один, но мы ещё посмотрим».
— Так что тут у нас? — взял я быка за рога. — Не справляетесь?
— Думаешь, я за тобой послал ради помощи? — сдвинул брови Линар.
— А ради чего? Не, ну если надо, я и мешаться могу, конечно…
— Идём.
Я пошёл — отчего б не пойти, когда вежливо просят. Линар привёл меня к дому, стоящему в центре деревни. Возле дома лежал какой-то особенно изувеченный мертвец. А на стене кровью — видимо, его кровью, — был изображён герб рода Давыдовых.
— Узнаёшь? — хмуро спросил Линар.
— Видал пару раз, — в тон ему ответил я. — Неожиданно, конечно…
Хоть Настя и предупреждала, что вий будет искать меня, я не думал, что намерение обозначит столь конкретно. А тут — считай, записку оставил.
— Ты, наверное, понимаешь, почему я за тобой послал. Понимаешь, на что всё это похоже.
— Ещё бы не понять. На вия похоже.
— Именно. Вот и скажи мне что-то. Успокой. Или наоборот…
— Порадовать особо нечем.
— Так и думал.
— И что делать будешь, Линар? Соберёшь людей и двинешь в дальний поход, подальше от Смоленска?
— А что ещё мне остаётся?
— Ну, не знаю… Как вариант — дать этой твари бой.
— Кому? Вию? — Линар расхохотался, но смех его был нервным и вообще не весёлым. — С вием боя не бывает, только бойня.
— Так, а
