будто у себя дома находился. А затем и вовсе начал беззастенчиво выдвигать ящики его стола и шариться в них, словно воришка.
Я покосилась на выход в коридор. Все внутри меня так и кричало убираться прочь. Но вместо этого я тоже шагнула в кабинет.
– Что вы себе позволяете? Кто вы вообще такой? – Я уперла руку в бок, подражая своей матери. И откуда только смелость взялась, сама не поняла. Но так ведь нельзя! Неправильно.
– У меня свои дела, у тебя свои, – озвучил он и протянул мне один из листков.
Я неловко переступила с ноги на ногу, но подходить не стала.
– И что это?
– Бланк о переводе. Нужен?
А вот теперь мысли мои окончательно пришли в смятение. От мужчины будто веяло уже не колким морозом, а свежим бризом, таким, который хочется вдыхать полной грудью, ощущая свободу, победу… жизнь.
– Нужен!
«Шагнуть с моста в пропасть я всегда успею. Терять-то больше нечего».
Отдавая мне бланк, он усмехнулся, чуть качнул головой, откидывая с лица темные пряди, слегка посеребренные сединой. Хотя может это и не седина вовсе, а такой оттенок волос. На вид ему вообще-то было лет сорок, рановато для того, чтобы возраст начал отражаться на внешности. Впрочем, может и больше сорока – сложно сказать, когда лицо пересекает повязка. Я одернула себя, мысленно обругав за то, что так открыто его разглядываю, уткнулась в бумагу, пробежалась взглядом по строкам и разочарованно выдохнула:
– Так бланк пустой, тут печати нет.
– Пф-ф. – Мужчина выудил из ящика кругляш на длинной деревянной ручке, обмакнул в чернила и приложил к моему листку. Получилось немного косо и чуть смазано. – Теперь есть.
– И заполнить надо.
Я скосила глаза на писчее перо. А соучастник моего преступления как-то странно хмыкнул.
– Что ж… Куда изволите, любезнейшая…?
– Маира Фабиана Сотье. В эльфийский град Йолли, будьте столь добры. – Поддавшись какой-то абсурдной актерской игре, я чинно присела в реверансе. А выпрямившись, пробежалась глазами по написанному и ткнула пальцем в одну из строк. – И вот тут еще, пожалуйста, укажите, что по программе академического обмена от факультета артефакторики.
Губы незнакомца тронула улыбка, и он легким движением руки добавил нужные слова.
– Что-нибудь еще?
– Да. Приберите тут за собой, когда закончите… с обыском. Чтобы потом ни к вам, ни ко мне претензий не было, – отчеканила я.
– Логично.
– Рада, что мы друг друга поняли. Доброго дня, маир!
Я развернулась и, гордо расправив плечи, покинула кабинет. Маиры Лидель по-прежнему не было на месте. Да и под столом со свернутой шеей ее тоже не обнаружилось – я специально заглянула.
«Что ж, этот одноглазый пират по крайней мере не убийца, хоть и определенно вор. А еще, кажется, – дракон. Только у них такая мощная подавляющая аура».
Сил на спокойное неторопливое шествие мне хватило лишь до ближайшего поворота коридора. А потом я резко растеряла всю свою храбрость и невесть откуда взявшуюся наглость и стремглав бросилась в свою комнату.
«Хранители! Что это было?!»
Я откинула одеяло с кровати и нырнула под него, прячась с головой, как в детстве.
«Нет меня здесь. И у ректора не было!»
Сердце оглушительно стучало, щеки горели, а руки жгло украденным бланком. Моим разрешением на перевод.
«Надеюсь, в отделе отправлений будут смотреть только на печать, а не на почерк. В любом случае, с моста – всегда успею».
Я прикрыла глаза, представляя остроконечные белоснежные крыши эльфийского града, но их бессовестным образом потеснило другое воспоминание, отливающее сверкающей позолотой – обнаженный ректор Райдонс, входящий в оборот.
7. Сибель
Окрестности Рогранта. Владения магов
Я любовалась облаками. В последний раз. Пусть лучше они. Белые, воздушные, невесомые, гонимые ласковым ветром… Да, лучше они, чем холодный взгляд голубых глаз инквиза, что рублеными фразами зачитывал приговор. Сердце мое стучало ровно и медленно, страх уже ушел. Осталось лишь флегматичное принятие неизбежного… и облака.
«Кажется, вон то похоже на коня с крыльями. Повезло ему. Он свободен…»
Когда белоснежная крылатая лошадь наскочила на соседнее облако, монотонно-пафосная речь инквиза вдруг оборвалась на полуслове. Рядом что-то упало в лужу, обдав меня брызгами. Я непроизвольно поднесла руку к лицу и утерла жидкую грязь с кожи. Ладонь скользнула ниже и… ничего. Магические искры руку не ужалили.
«Странно».
Я медленно опустила взгляд с небес на бренную землю и с удивлением стала рассматривать, как голубой камзол лежащего в луже инквиза медленно пропитывается грязной жижей.
– Чего расселась? – Сильным рывком меня дернули вверх, ставя на ноги. – Валим, Вольдемар!
«Что это зна?..»
Но додумать мысль я не успела. Дроу подхватил под руку и потащил прочь. Шея горела, ноги казались слабыми, а мысли перекатывались в голове вяло и неторопливо, словно медовая патока. Дроу остановился и хорошенько меня встряхнул, так что я щелкнула зубами, прикусив язык. Привкус крови словно отрезвил. Я судорожно ощупала шею – нет, удавки действительно не было, да и голова оказалась на месте.
«Спасена?»
Я позволила вспыхнуть в душе робким лучам надежды, которые с каждым мгновением разгорались все сильнее. Обернулась через плечо – инквиз, и правда, остался позади, лежал на земле совершенно неподвижно.
«Жив? Мертв?»
Затем я недоверчиво покосилась на спутника, сопоставляя его нынешнего с тем, кто ворвался в аудиторию сегодня утром. Происходящее не складывалось в единую картину. Однако обдумать все можно и позже.
«Второго шанса я не упущу!»
– Туда, – выдохнула я и, осознав, как хрипло звучит голос, снова потянулась рукой к шее. – На тропинку за крайним домом.
Мой спаситель послушался и свернул с основного тракта. Я хоть и перебирала ногами, но все же почти висела на дроу, который для удобства обхватил меня за талию. Я отметила силу его рук, а ведь он и сам был не в лучшем виде. Ранен, весь в крови и грязи. Когда тропка разделилась и мы вновь свернули, я решилась задать наболевший вопрос:
– А ты вообще кто?
– Конь в пальто! – огрызнулся дроу.
Я искренне изумилась, даже с шага сбилась.
«Ну нет! Не могла я призвать душу коня! Дроу и его дева должны были поменяться местами. Он бы умер от проклятия в ее теле, а она… она, какого-то швахха, не переместилась, осталась собой, да еще и резко забеременела».
Теперь, когда самая страшная опасность – потерять голову – миновала, а точнее, осталась лежать в деревенской луже, все произошедшее обрушилось на меня водоворотом вопросов.
«Не понимаю, что пошло не так! Неужели я напутала в заклинании?
