На себя?
Глава 4
Как и требовал от меня Том, я стала послушной невесткой миссис Стоун. Безропотно выполняла каждое ее поручение и даже постирала шторы. Для этого мне пришлось подняться с постели в пять утра и сразу приступить к работе.
Проводами Тома на работу занялась миссис Стоун. Она, кажется, была счастлива взять эту обязанность на себя.
Перед тем как уйти, Том оставил на моей щеке короткий поцелуй. Улыбнулся. Было в его взгляде что-то, выражающее мне искреннюю поддержку. Я тоже улыбнулась, но уже в закрытую дверь.
Миссис Стоун не позволила мне бездельничать долго. Домашние обязанности пришлось выполнять быстро.
Когда я управилась со шторами — постирала, высушила, выгладила, да еще и развесила их — буквально валилась с ног. Миссис Стоун сухо похвалила меня за работу и сразу же велела почистить огромный ковер в гостиной, причем сделать это я должна за час, потому что слишком много времени я потратила на шторы… Я чуть не упала в обморок!
За окном, на соседской зеленой лужайке, играют дети — я слышу их веселый смех и мне вдруг стало невероятно завидно. Этот день очень солнечный и жаркий, а на душе у меня мрачно и тоскливо.
Никогда не привыкну к отсутствию тех удобств, к которым привыкла! Если мне когда-нибудь доведется вернуть себе мою жизнь, я бесконечно буду ценить все чудеса технологий, что упрощали мне ее.
Я хмуро посмотрела на ковер и глубоко выдохнула. Особенно буду ценить доступную химчистку!
Несмотря на распоряжение миссис Стоун, я пошла на кухню, чтобы все же выпить чашку чая. Мне нужен хоть какой-то отдых, иначе просто упаду. Миссис Стоун спокойно отнеслась к моему присутствию в своей зоне работы. Женщина сосредоточено готовит блюдо и, казалось, совсем меня не замечает.
— Предполагаются еще гости? — удивилась я количеству подготовленных миссис Стоун тарелок. Все они из особого дорого сервиза — фарфоровые, с невероятно красивым цветным узором по краям. Да, такие тарелки попадают на стол только в особых случаях!
— На ужин явятся руководитель компании и его невеста. Невероятная честь для этого дома и блестящая перспектива для карьеры Тома! — с гордостью сказала миссис Стоун.
— То есть придет начальник начальника Тома? — безразлично изрекла я. Лениво занимаюсь приготовлением чая.
В это утро, в отличие от предыдущего, миссис Стоун немного мягче стала относиться ко мне. В ее глазах больше нет того уничтожающего взгляда, впрочем, уважения ко мне в них тоже нет. Женщина глубоко вздохнула и говорит:
— Мистер Хэнтон оказал этому дому большую честь, изъявив желание прийти к нам на ужин, — убедительно говорит она. — Перед твоим мужем открываются невероятные перспективы. Как ты можешь этого не понимать?
Мои глаза стали круглыми.
— Джон Хэнтон будет здесь? — голос стал очень низким, а брови медленно объединяются в одну хмурую линию.
— Все-таки понимаешь, — удовлетворенно кивнула женщина. — Не задерживайся. Работы еще много, а твой муж нуждается в твоей поддержке! — без гнева, но настойчиво сказала она.
А я все равно как вкопанная стою на месте.
— Будет с невестой?
Женщина смахнула выбившуюся прядь белых волос и, приподняв бровь, посмотрела на меня.
— Да, — одобрила женщина мой интерес. — Тебе следует быть к ней особенно внимательной. Мнение Хэнтона о нас во многом сложится под ее влиянием.
Кажется, у меня задрожали губы. С легкой дрожью в руках уношу свой чай в гостиную, чудом не расплескав его по пути. Много эмоций проходят через меня в этот самый момент. Самые сильные из них — волнение и ревность!
Как мне пережить этот вечер и не потерять лицо?
Вечер обещал быть непростым. Маленькая стрелка на настольных часах приближается к семи часам и вот-вот должны прийти гости. Должен прийти Джон, причем не один.
— Анна, твое платье! — недовольный взгляд матери Тома заставил встрепенуться. Женщина одернула складки моего платья и, когда раздался дверной звонок, сразу бросилась к двери. А вот я никуда не спешила, спокойно посмотрела на себя в зеркало, утвердившись в мысли, что желтый мне не идет. Цвет лица какой-то болезненный получается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Анна! — подгоняет женщина. Ставит меня в ряд после мужа, а сама остается замыкающей, как и полагается в семейной иерархии каждого дома.
Том, подавив сильное волнение, открывает дверь.
Первым в дверях появился Джон. В этот теплый вечер его белая рубашка расстегнута на одну пуговицу, а в руках он держит пиджак.
Красив и элегантен, как всегда.
— Мистер Хэнтон, — приветствует его Том, вытянув руку вперед. — Бесконечно рад принимать вас в своем доме!
— Мистер Стоун. Рад встрече, — сильный голос Джона резко контрастирует с низким голосом Тома. Хэнтон на голову его выше и сильно превосходит в телосложении. Со стороны кажется, будто встретились взрослый питбуль и щенок.
Мужчины жмут руки.
— Полагаю, миссис Стоун, — сказал Джон и задерживает на мне свой взгляд. Мое дыхание сразу сбилось с ритма. — Вы очаровательны.
— Рада встрече, мистер Хэнтон, — тихо отвечаю я.
Сразу раздался аристократичный голос миссис Стоун — старшей:
— Искренне рада, мистер Хэнтон. Такая честь! — торжественно приветствует она.
Вслед за Джоном вошла элегантная и невероятно красивая женщина в чудесном сиреневом платье. Блондинка, ее длинные золотые пряди спускаются вниз по плечам. Думаю, она не старше меня. Хотя вопрос спорный, по отношению к Анне женщина бесспорно старше! А что касается Виктории — думаю, мы ровесницы.
— Мелисса Бауэр, моя невеста, — представил женщину Джон. Мелисса растянула на губах вежливую улыбку и изящно сняла с рук нежно-розовые перчатки.
Я знала, что Джон придет не один. Я знала статус его спутницы. Я была готова к этой встрече, но оказалась совсем не готова услышать эту истину из его уст. Из уст моего Джона.
Моего?
Откуда такие мысли? Опомнись!
Следом за Мелиссой вошла чета Честон. Вильям, высокий и худощавый мужчина лет сорока. Человек приятной наружности с честным и открытым взглядом. Его супруга, Шарлотта Честон, немного полноватая и очень элегантная женщина. Ей к лицу платье цвета темного шоколада и алая помада на губах. Но ей не к лицу быть блондинкой!
— Пройдемте за стол, — как истинная хозяйка дома, предлагаю я.
Миссис Стоун подготовила великолепный стол! Все расставлено с безупречной точностью. Мысленно уже в который раз благодарю эту холодную как лед женщину.
— Выбирайте места, — сказала я и опустилась на место в одном из концов прямоугольного стола. Джон садится по левую сторону от меня и среди присутствующих возникло неловкое молчание.
На меня с упреком смотрят Том и миссис Стоун — старшая. Даже миссис Честон сочувственно взглянула на меня, и тут я понимаю, что должна была показать гостям их места.
Том опустился по противоположную сторону стола. Опять ловлю его недовольный взгляд, ведь Хэнтон, по задумке, должен был сесть по правую руку от него.
Я не справилась.
— Как необычно! — неловкое молчание нарушил веселый голос Хэнтона. — Меня всегда немного злило, когда мне указывали, где мое место. Благодарю за редкую возможность, миссис Стоун, — тихо рассмеялся Хэнтон, и его настроение разделили остальные.
Былой напряженности за столом больше не чувствуется. Даже взгляд миссис Стоун-старшей заметно потеплел.
Выдыхаю с облегчением и делаю это, разумеется, незаметно.
Тихонько зашаркали столовые приборы. В это время мужчины перекинулись парой рабочих фраз и даже поговорили о предстоящих выходных.
— Все так аппетитно, — похвалила блюда на столе миссис Честон. У женщины очень приятная улыбка, и я улыбаюсь ей в ответ, но делаю это виновато, ведь ее похвала должна предназначаться не мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Великолепному ужину мы обязаны сегодня моей очаровательной супруге, — вдруг сказал Том. Сказал об этом с гордостью.
Былая неловкость осталась бы навсегда в прошлом, если бы не скептический голос Джона:
