Читаем без скачивания Выбери себе смерть - Чингиз Абдуллаев

– Она была вашей секретаршей?

– Нет, у вице-президента этой фирмы работала. У Кольчужкина. Его сейчас нет, он в командировке.

– Она давно уволилась?

– Полгода назад. Я и не думал, что она встречается с Ревазом.

– Во всяком случае, он зарегистрировал ее как свою супругу. Где она живет, знаете?

– Конечно, уже послал людей.

– Я же просил, – укоризненно произнес Дронго, – не нужно суетиться. Это все так не стыкуется. Одно убийство уже произошло.

Раздался телефонный звонок. Арчил поднял трубку.

– Да, – раздраженно сказал он, – здесь твой напарник. Приезжай прямо сюда… Манучар звонил, – сказал он, положив трубку. – Совсем голову потерял. Тебя ищет. Сейчас приедет к нам.

– Сколько лет было Ларисе Коноваловой?

– Двадцать два.

Девушка внесла два стакана чая, конфеты, печенье.

– Ты завтракал? – спросил Арчил у гостя. – Принеси нам бутерброды и бутылку коньяка, – приказал он девушке.

– Я не пью, – поморщился Дронго. – Тем более утром.

– Ты странный какой-то. Обычно ваши разведчики пьют как лошади и курят всегда самые лучшие сигареты. А ты какой-то не такой.

– Я не разведчик. Я был экспертом ООН.

– Все знаю, – замахал руками Арчил, – каким экспертом ты был. Знаешь, сколько заплатил Давид, чтобы узнать твой адрес?

– Знаю. К этому мы еще вернемся после нашей истории.

Раздался еще один телефонный звонок.

– Слушаю, – поднял трубку Арчил.

Видимо, на том конце провода говорили что-то очень неприятное. Лицо его побагровело, он начал задыхаться.

– Как это пропала! – закричал он наконец. – Куда пропала? Пусть узнают у матери, куда могла деться ее дочь. Соседей опросите. Переверните там все вверх дном, но найдите эту девушку.

– Я же предупреждал, – разозлился Дронго. – Что случилось?

– Пропала она, – зло ответил Арчил, – фраернула нас всех. Кто мог подумать, что она и Реваз… – Он ударил кулаком по столу так сильно, что его стакан подпрыгнул.

– Давно пропала? – спокойно спросил Дронго.

– Мать говорит, что дней двадцать – двадцать пять. Видимо, вместе с Ревазом. Но ее мать утверждает, что дочь уехала на юг, на курорт.

– Как вариант – может быть, – задумался Дронго, произнеся эти слова вслух, – но нам не подходит. Реваз наверняка за эти дни мог бы позвонить, дать о себе знать. Кроме того, у него при себе было всего несколько тысяч долларов. А для его разгульной жизни этого мало.

Арчил кивнул в ответ.

– Значит, мое предположение было правильным. Парень намеренно оторвался от своих опекунов, зарегистрировался в соседнем номере под именем своего дяди и зарегистрировал девушку как свою жену. Причем он сделал ей заграничный паспорт. Куда они могли поехать? У нее могла быть виза в паспорте? Вы этого не узнали?

В ответ его собеседник поднял телефонную трубку.

– Крысанов, это снова я. Узнай, была ли в ее паспорте виза. И в какую страну. Да, срочно. Я жду. Правда всегда дорого стоит.

Он положил трубку.

– Сукин сын, – без гнева закончил Арчил, – еще денег хочет. Почему они все такие продажные, эти пираты?

– Кто? – не понял Дронго.

– Ну мусора эти, милиционеры. Раньше тоже встречались продажные, а теперь все поголовно. Все время просят денег. И все им мало.

– Конкуренция, – пожал плечами Дронго. – Таких банд, как ваша, развелось слишком много. И все деньги дают. Вот они и привыкли.

– Почему банда? – обиделся Арчил. – Мы серьезным делом занимаемся, коммерцией.

– Вчера видел твоих охранников. С такими рожами коммерцией не занимаются. Это, правда, не мое дело, я всего лишь ищу твоего племянника, но, честно говоря, не люблю всех воров, тем более воров в законе.

– Храбрый ты очень. Все в лицо говоришь. Мне еще таких слов никто не говорил. Нет, вру. Был один в камере, говорил громкие слова. Этой ночью его и кончили. А ты молодец, ничего не боишься. И голова у тебя здорово работает. Как это ты сразу вышел на Ларису? Мои дураки всю гостиницу обшарили, а такого придумать не смогли.

Девушка принесла бутылку коньяка и большой поднос с бутербродами.

– Оставь все и уходи, – приказал Арчил, сам разливая коньяк по фужерам. – Не брезгуй. Одну рюмку можно. Пью за тебя. Ты человек духовой, отчаянный. Мне такие нравятся. Найдешь Реваза или его похитителей – и я буду твоим должником на всю жизнь.

Дронго заставил себя сделать несколько глотков. Коньяк был действительно отменным.

Арчил выпил все залпом, крякнул и, не закусывая, налил себе еще один фужер.

В этот момент раздался очередной телефонный звонок.

На этот раз, видимо, сообщение было более приятным, и Арчил, спокойно его выслушав, просто положил трубку.

– Коновалова брала визу в Турцию, разрешение на поездку ей дали два месяца назад.

– Предположим, они улетели или уехали. Откуда они могли улететь? Из Шереметьева или есть еще чартерные рейсы? – спросил Дронго.

– Это мы узнаем. Если она прошла границу, это легко узнать.

– Границу Реваз мог пройти только под своей фамилией. Но почему он до сих пор ничего не сообщил? Здесь что-то не стыкуется. Вы займитесь границей, узнайте, прошла ли Коновалова где-нибудь границу. И заодно проверьте паспорт своего племянника Реваза Гогия. А я снова поеду в отель. Мне все-таки не нравится это исчезновение. Так не бывает. Он обязательно должен был хоть кого-то предупредить.

– Тебе люди нужны?

– У вас есть доверенный человек, которого хорошо знают в «Савое»?

– Конечно.

– Тогда пусть он поедет со мной. И Манучар тоже. Сегодня нужно быть очень осторожными. Милиция уже наверняка начала расследование убийства нашего знакомого. Как бы нам не привлечь ненужного внимания.

– Это пусть тебя не волнует, – успокоил его, улыбаясь, Арчил, – вся московская милиция у меня в кулаке. Чтобы моего гостя арестовали за преступление, которое он к тому же не совершал? Быть такого никогда не может.

– Будем считать, что вы меня успокоили, – ответил Дронго.

Следующие четыре часа он провел в «Савое», стараясь не привлекать к себе внимания подозрительных швейцаров, уже наслышанных о вчерашнем убийстве. Все было тщетно. Он, правда, нашел один пожарный выход, откуда мог уйти незамеченным Реваз, но от этого было не легче. Дверь закрывалась обычно на замок, и ключи были только у персонала гостиницы. Как осторожно удалось узнать Дронго, у убитого Коли такие ключи были наверняка.

Следовало предположить, что дежуривший в тот день портье выпустил через этот выход Реваза и его спутницу, так что они остались не замеченными для остальных. Последнюю ночь Реваз был в номере. Дронго вдруг вспомнил, что Давид рассказал ему о проститутках, с которыми Реваз провел эту последнюю ночь. Удивительная история, если учесть, что в нескольких метрах его ждала любимая девушка. Зачем ему нужны были эти проститутки, почему он просто не позвал к себе Коновалову? Или не спустился к ней. Ревазу нужно было иметь алиби – как же он этого не понял сразу! От огорчения Дронго даже стукнул кулаком по стене, вызвав удивленное восклицание своих сопровождающих. Он теряет свою квалификацию. Разве можно было верить рассказам Давида, методам его людей, если самый толковый среди них – идиот Манучар. Как он сразу этого не понял! Нужно будет еще раз допросить девушек, бывших в ту ночь с Ревазом. Обязательно их найти и допросить.

Он обернулся к человеку Арчила.

– Мне нужны те две девушки, которые были в последнюю ночь с Ревазом. Вы можете мне их найти?

– Под землей найдем, – мрачно пообещал его спутник.

Дронго вспомнил Давида. Как они все любят искать под землей, словно там действительно что-то можно найти, среди мертвых!

ГЛАВА 8

В больницу он ворвался прямо в плаще. Медсестра бежала за ним, напуганная его удостоверением из контрразведки, и умоляла накинуть на себя белый халат. У реанимационного отделения стояли бледные Коробовы. Рядом плакала их младшая дочь.

– Он жив? – закричал сразу Колчин, обращаясь к отцу Бориса.

Тот кивнул:

– Пока жив, ему, кажется, делают операцию.

– Как это случилось?

– Он шел на стоянку, когда его сбила машина. Все слышали удар и видели отъезжающие «Жигули».

– Милиция была на месте?

– Приехали, – вздохнул Павел. Он, как и все офицеры КГБ, не очень любил и не очень доверял работникам МВД. – Сделали несколько обмеров и сразу уехали. Работнички! Небось даже искать не будут.

– Он на вашу стоянку шел, – постарался вспомнить Колчин, – там же поворот. Где его могли сбить?

– Уже на площади, когда он переходил дорогу.

– Странно, там же все хорошо видно, – еще раз вспомнил Колчин. – Номера автомобиля никто не видел?

– Не видели, водитель пьяный, наверное, был. Мне потом ребята сказали, что Борис прыгнуть успел в последний момент. Помнишь, он ведь одно время увлекался гимнастикой?

– Кто ведет его дело, знаешь?

– Какой-то следователь Салтанаев. Кажется, так его зовут. Из Сокольнического района. Точнее не знаю.