— Я закричу!
— Кричи, — равнодушно усмехается.
Вот урод! Закусываю губы.
— Что ж ты не кричишь, мышка? Не хочешь свою мамулю разочаровывать? Я прав?
Закрываю глаза, которые тут же наполняются слезами.
А он уже касается губами нервно бьющейся на шее венки. Засасывает кожу, ласкает языком чувствительные места. Всё тело начинает дрожать. То ли от негодования, то ли от чего-то ещё… Странное, необычное ощущение простреливает низ живота, разносится по телу, заставляя волоски встать дыбом.
Неужели этот мерзавец всё понял? Понял, что я не могу рассказать о нём матери? Понял, что может безнаказанно делать со мной все эти грязные штучки? Дьявол!
— Просто расслабься, мышка, — шепчет в ухо, обдаёт горячим дыханием. — Я могу научить тебя многому. Со мной ты забудешь о всех, с кем была до…
Маньяк прикусывает мочку уха, продолжая нашёптывать свои порочные словечки. А я только и думаю о том, что сравнить-то мне как раз и не с чем. Потому что до этого мерзавца меня ещё никто и никогда так не трогал. Точнее, вообще никто не трогал. Ни так, ни как-то иначе…
Влад перехватывает оба запястья одной рукой, в то время как другой ведёт ниже, задирает платье до талии. Слегка приподнимается на локте и запускает пальцы между моих ног. Сжимает в пятерне холмик, а потом отодвигает в сторону трусики…
— Нет… пожалуйста… — гнев куда-то улетучивается, и я начинаю умолять его. Прямо как тогда, в ванной, когда он тыкал мне в рот своим вздыбленным членом. — Пусти… я не…
Но тут его пальцы дотрагиваются до эпицентра моей невыносимой пульсации. Глаза непроизвольно закатываются, и я рвано выдыхаю ему в губы. Зажмуриваюсь от остроты ощущений и всё-таки срываюсь на стон…
— Отзывчивая ты, мышка. Непонятно только, захера выпендриваешься…
Он давит на меня ещё и ещё, умело ласкает клитор. Обводит его по кругу, а потом дразнит, зажимая между пальцами. Оттягивает, играет. Чувствую, как между ног становится до неприличия влажно. Ёрзаю и извиваюсь, пытаясь отогнать приятно-острые ощущения.
— Сопротивление бесполезно, малышка, — он массирует клитор ещё быстрее, заставляя пальцы ног подгибаться от диких ощущений. — Смирись с тем, что ты в полностью в моей власти…
Нет… я не могу… я, ведь, не могу правда? Или же…
— Ненавижу тебя, Шумовский… — стону, чувствуя, как по телу проносятся острые судороги. — Ненави…
Но договорить я не успеваю, потому что в этот момент на меня обрушивается настоящая агония! Спину выгибает дугой, я вся трясусь, стараясь одновременно и отодвинуться от его наглых пальцев и, наоборот, увеличить трение… Господи! Да я сама наталкиваюсь на его руку! Покручиваю бёдра вперёд, молча выпрашивая ещё и ещё…
Мощный оргазм пронзает всё тело, стирая из головы все прочие мысли и оставляет после себя белоснежно чистый лист. Обмякаю. Сердце бешено стучит в груди. Дыхание кажется тяжёлым и рваным.
— Мокренькая такая, горячая, — довольно усмехается в миллиметре от моего лица. — Что и требовалось доказать.
Ошалело распахиваю глаза. В голове не мысли, а каша какая-то… Что… что он хочет этим сказать?!
— Признай, что хочешь, чтобы я трахнул тебя в своей постели? — самодовольно спрашивает маньяк.
— Подбери слюни… — еле ворочая языком, огрызаюсь на него. — Ты… слишком много о себе думаешь!
Сама не заметила, как мои руки переместились на его плечи. Кажется, я уже несколько минут сжимаю их, притягивая урода к себе. Опомнившись, быстро отталкиваю его.
На этот раз он поддаётся. Откидывается на спину и лениво наблюдает за тем, как я поспешно одёргиваю на себе платье.
— Даю тебе два дня, мышка, — он кладёт голову на скрещенные руки. — На раздумья. Тик-так. Тик-так.
— Иди ты в жопу со своими предложениями! — вне себя от произошедшего кричу на него, хватая с пола многострадальный рюкзак.
Гордо закидываю его себе на плечи, и, скользнув взглядом по внушительному бугру в области его паха, едко добавляю:
— Иди лучше подрочи, озабоченный!
Его лицо моментально темнеет. Маньяк приподнимается с кровати и открывает рот, чтобы ответить мне что-то явно нелестное, но я тут же выскакиваю за дверь.
Вижу вдалеке идущую навстречу маму, и опрометью бросаюсь к ней.
— А ты чего в комнате Влада делала? — она оглядывает мой сумасшедший румянец на щеках с подозрением.
— Ошиблась дверью, — пищу в ответ. — Где моя комната?
— Вон та, — мама показывает на ближайшую к нас дверь. — Не таскайся по чужим спальням, Вася. Это неприлично. Не мешай моему мужу и его сыну.
Сцепляю зубы и молча захожу в указанную комнату. Она оказывается раза в два меньше комнаты Влада.
Тяжело выдыхаю, падая на кровать…
Боже… да что же за день такой? Когда он уже закончится!?
Сплошные неудачи. И всё из-за этого нахала.
Хочет, чтобы я грела ему постель? Как одна из его покорных шлюх? Пффф! Не дождётся!
Мне просто нужно придумать что-то такое… чтобы заставило его от меня отстать! Нужно получше разнюхать про его грязные делишки! И тогда…
Ничего, гадёныш! Я выведу тебя на чистую воду! Ты лишишься своей безупречной репутации и места в прокуратуре! И тогда ты пожалеешь, что со мной связался!
Глава 14
— Вась, ты чего?
Олеся касается моей руки, пытается привлечь внимание. Отмахиваюсь от неё, не могу сейчас ничего сказать. Весь день не отпускает вчерашняя ситуация.
Ужасная.
Бредовая.
И Влад…
Архг, убить его хочется. Придушить ночью, чтобы никто не узнал. За всё! И за то, как повел в первую встречу, как опозорил перед мамой. Как заставил себя почувствовать ничтожеством. А за это предложение мерзкое — выпотрошить!
Должна была стать прокурором, а стану заключенной.
— Так, хватит, — Лера фыркает, забирая у меня салат. — Хватит издеваться над ужином, ты полчаса несчастный помидор терзаешь. Что случилось?
— Ничего.
Отворачиваюсь, стараясь сглотнуть неприятный ком в горле. Продавить его, избавиться. Лишь бы не расплакаться при девочках. Потому что настроение ниже некуда, хочется завернуться в одеяло и не высовываться. Побыть одной, чтобы никто не видел.
Я была уверена, что сегодня девушки оставят меня в покое. Вчера был интерес к новенькой, сейчас обратно вернулись к своей компании. Но нет, Олеся и Лера сами подсели на парах, а после потащили в столовую.
И ведут себя так, словно ничего странного не происходит.
— Вы с Шумом не помирились? — дергаюсь от имени, а блондинка хмыкает. — Ясно. И что произошло?
— Он… Он придурок.
— Ну он строгий бывает… — Оля накручивает косичку на палец, пожимает плечами. — Но преподаватель хороший.
— Ага. И интересные способы сдачи экзаменов предлагает.
— Шум? — Лера заливается смехом, а меня горечью топит. — Ну ты придумаешь. Ты же не хочешь сказать, что он…
— Нет. Забейте.
Закатываю глаза, когда девчонки переглядываются между собой. И выражение их лиц… Ещё одно доказательство, что не стоит ничего рассказывать. Они тоже не поверят.
Конечно, для всех он прекрасный препод, работает в прокуратуре. Никто даже слушать не станет. Пристает к студентке? Угрожает ей? Это я что-то придумала, ошиблась во всём. Или сама к нему пристала, а теперь на мужчину клевещу.
Прикусываю губу, стараясь сдержать себя под контролем. Всё нормально. Хорошо. Это просто… Просто никому не стоит знать, это только между нами.
Я найду доказательства, проведу свое расследование. А потом всем открою глаза на Влада Шумовского. Покажу, что он скрывает.
Докажу, какой из меня прокурор получится!
И маньяк не отвертится.
— Неважно, — машу рукой, пока не посыпались вопросы. — Так, не сошлись во мнении. А ещё… Ну, оказалось, что он теперь мой сводный брат. Вот и я не в себе.
Смена темы немного отвлекает девчонок. Те начинают спрашивать о моих родителях, как так получилось. Лера, как пулемет, сыпет вопросами и даже не дожидается ответов.
А я пытаюсь придумать, как мне поступить. Как мне найти компромат на Влада, если все считают его непорочным ангелом? Надо копнуть, так найти, чтобы он меня боялся!
