цвет лица мальчишки и расширенные от ужаса глаза девочки, осеклась и затащила их в квартиру. – Ты почему из больницы удрал? Ты знаешь, что отец тебя везде ищет?
--Ему нельзя было оставаться в больнице. – ответила за мальчика Марисса, -- Его бы убили.
-- Так почему было всё не рассказать отцу? Он же полицейский, в конце концов. – Светка кипела, но при этом усадила Максима на кухне и быстро разматывала пропитавшиеся кровью бинты на плече. – Чёрт, чёрт, чёрт! Всё плохо! – она ужаснулась, увидев распухшую рану с чёрными краями, -- Ему надо срочно обратно в больницу!
-- Нет! – прохрипел Максим и поднял на Светку умоляющий взгляд, -- Мне надо просто отлежаться где-нибудь. Помоги нам!
-- Ты совсем дурак?! – воскликнула Светка в отчаянии, -- А если это тот же яд, который убил стражников?
-- Откуда ты знаешь про яд? – Марисса выпрямилась и задрожала.
-- Твоя подруга Кайла приходила.
-- Она мне не подруга… -- мрачно переглянулась девочка с Максимом.
-- Ну мне без разницы, кто она тебе, подруга, телохранитель или училка. Я не хочу больше с ней встречаться ни разу.
-- Она самая опасная шпионка во всех королевствах. Её нанимают, когда надо кого-нибудь убить или добыть важные сведения. – Марисса подавленно опустила голову и села, прижавшись к мальчишке.
-- Да ё моё… -- Светка с жалостью смотрела на поникшую парочку влюблённых подростков, попавших в такую серьёзную передрягу. И ей вдруг отчаянно захотелось помочь им. Не то сказалось отсутствие романтики в собственной личной жизни, не то тоска по несбывшимся юношеским мечтам, но Светка почему-то прониклась к этим двум ребятам почти материнскими чувствами.
-- Ты знаешь, о каком яде идёт речь? – спросила она у девочки. – Его можно нейтрализовать?
-- Да… -- Марисса с надеждой подняла на Светку глаза, -- Это сок травы рутакавы, она растёт в Тёмных землях. Её яд нестойкий, рану достаточно промыть козьим молоком. Просто обычно до этого не доходит.
-- Козье молоко, говоришь?.. – у Светки в голове созрел абсолютно безумный план. Она взяла листок стикера и написала на нём адрес: -- Я не могу вас проводить, мой телефон, скорее всего, отслеживают и прослушивают. Мою маму зовут Тамара, она очень хорошая. Скажешь, что я просила, чтобы вы пожили у них, передашь вот это. – Она протянула девочке сумки с продуктами, -- Ни с кем не разговаривайте по дороге, возьмите такси несколько раз. И… переоденься. – она повела Мариссу к своему шкафу и распахнула дверцы, -- Ну… бери, что нравится…
Через несколько минут, когда Светка наложила чистый бинт на плечо Максима, в дверях кухни появилась девочка. Она робко оглядывала себя в строгом тёмно-синем шёлковом платье, из-под которого торчали голые ноги в чёрных кожаных Светкиных кедах, и жалобно посмотрела на Максима:
-- Я больше ничего не нашла…
Светка было поджала губы, Марисса выбрала самое дорогое из всех платьев, но… её больше это не волновало.
-- Ну извини, что есть, то есть. -- она улыбнулась и протянула девочке свой кожаный рюкзак, -- Тут деньги и мой старый мобильник, свой номер и номер моей мамы я в него забила.
Светка проследила из окна, как скрылись за углом дома ребята, и огляделась по сторонам, торопиться больше было некуда, планы изменились. Странные чувства клубились внутри неё... С одной стороны -- всё плохо: она осталась без работы и попала в опасную и чрезвычайно странную историю. А с другой... Светка вдруг улыбнулась... Последние несколько лет жизни сейчас показались ей каким-то затяжным, бесцветным и унылым сном, который только что закончился...
"Надо предупредить папу!" -- она достала мобильник. Её отец, ещё не старый и крепкий мужчина, был человек старой советской закалки, бесстрашный и упрямый, выросший на фильмах и книгах о героях и разведчиках, и рассказах очевидцев о последней страшной войне. Даже сейчас, выйдя на пенсию, он увлекался разгадыванием всевозможных ребусов и головоломок, и чтением детективов. Когда Светка была ребёнком, приезжая летом на дачу, её отец устраивал для местной детворы самые настоящие военно-полевые игры, знаменитые "Зарницы": с тайными командными пунктами, секретными заданиями, разведчиками, снайперами, связистами, составлениями и разгадыванием шифров и т.д. У них был даже свой собственный кодовый язык, где "свои" назывались птицами, враги были хищниками, а друзья собаками. Причём разные породы тоже имели значение.
-- Ооо!!! Светка!! Ну наконец-то!! -- радостно закричал в трубку отец, -- Ребёнок, ты совесть-то имеешь? Мы с матерью соскучились по тебе! Мать, вон, компотов позакрывала, вареньев!! Мишка про тебя тут спрашивал, мол, когда ты приедешь?
-- Привет, пап! -- девушка, улыбаясь, дождалась окончания приветственной тирады, -- Я пока не могу приехать... Тут дело такое... -- она замолчала.
-- Что-то случилось? -- забеспокоился отец.
-- Пап, ты знаешь... -- Светка тщательно подбирала слова, -- Тут пара утят попали в беду, их здорово потрепали кошки... Гнездо разрушено, и им негде скрыться ни от собак, ни от кошек. Скоро осень, и нужно их спрятать.
На том конце телефона повисла пауза.
-- Пап, ты меня слышишь? -- встревожилась Светка.
-- Очень внимательно слушаю тебя, дочка. -- по её голосу отец сразу понял, что его давно взрослая и серьёзная девочка, перешла на когда-то придуманный ими шифр не просто так, -- А что, этим утятам, помочь больше некому, кроме тебя?
-- Так получилось. -- Светка нарочито громко шмыгнула носом в трубку, что на их шифре означало безвыходную ситуацию, -- Я отправила их к вам, они раненные и напуганные.
-- Не переживай! -- бодро прогудел в трубку отец, -- В наш курятник ни одна ни кошка, ни собака не проберётся. Ну а ты то как? Приедешь?
-- Я не могу, у меня тут тоже проблема.... -- Светка наморщила нос, -- Мне пришлось уволиться с работы.
-- Ох, ты ж!! -- воскликнул расстроенно мужчина, -- Так может ты всё же приедешь к нам с матерью, отдохнёшь?
-- Да не могу я, пап! Мне ещё надо приглядеть тут за этими кошками и собаками, чтобы они птенцов не нашли. -- она поняла, что как-то неловко сформулировала шифр, -- Ты набери мне, когда утята до вас доедут.
-- Хорошо, хорошо! Не переживай, всё будет в лучшем виде! -- заторопился отец, -- А собаки-то не сильно большие? Не покусают тебя?
-- Большие... -- тяжело вздохнула Светка, -- Бульдог и
