— Ладно, в этом есть логика. Но все равно остается вопрос, почему они не хотят, чтобы их нашли. Потому что замешаны в этой краже личности? Они члены тайной организации? Или что еще?
— Или потому, что они жертвы кражи личности, которым пришлось самим красть новые личности. Руби на секунду прикрыла глаза.
— Так, теперь мы снова вернулись к бессмыслице.
— Нет, такие случаи известны, — возразил Паско. — У некоторых людей, когда их личности оказывались украдены, вор причинял их репутации такой ущерб, что для них оказывалось буквально невозможно ее восстановить. И им приходилось начинать с нуля.
— Но зачем для этого красть еще чью-то личность? — не поняла Руби. — Почему бы не создать совершенно новую личность?
— Потому что вновь созданная личность рано или поздно будет прослежена до исходной точки. Лучше взять другую, с совершенно иным прошлым.
Руби упрямо покачала головой:
— И все равно такое можно проделать и с другой личностью. Паско покачал головой с тем же упрямством:
— Идея не в том, чтобы просто украсть чью-то личность, — украсть надо и все ее прошлое. Если я создаю новую личность, то мне действительно приходится во всех смыслах начинать с нуля. А это очень трудно. Зато мне будет легче, если я смогу опираться, скажем, на вашу безупречную кредитную историю.
— Значит, ты никогда не пытался украсть мою личность, — сухо усмехнулась Руби. — Иначе никогда не сказал бы такое.
— Я лишь привел пример. Руби медленно выдохнула:
— Пожалуй, съезжу я к коронеру. Спрошу, не расскажет ли он о том, как умерла близняшка Элис Накамура. Может быть, это подскажет нам что-нибудь о… ну, не знаю, хоть что-нибудь. И такое, что будет иметь смысл.
Она встала, чтобы вернуться к своем столу.
— Погодите… — Паско перехватил ее запястье. От контакта она вздрогнула, и он немедленно разжал пальцы. — А что, если она умерла тоже по естественным причинам?
— Господи, а у тебя действительно богатая фантазия. — Руби уперлась кулаками в бедра и взглянула на него с вызовом. — Это стало бы слишком большим совпадением.
— Естественные причины, — сказала ассистент коронера, прочитав заключение. Судя по удостоверению на груди, ее звали Шейла Сен-Пьер — полноватая женщина лет двадцати пяти с короткими торчащими светлыми волосами и в очках с ярко-красной оправой. Хотя она и не жевала резинку, Руби подсознательно ожидала услышать хлопок лопнувшего пузыря всякий раз, когда она открывала рот. — Аневризма аорты. Настоящая трагедия в таком юном возрасте.
— Вы уверены, что прочитали то заключение? — напряженно уточнила Руби.
— Неопознанное тело подростка азиатского типа, женского пола, привезено вчера с крыши здания в восточном районе, правильно? — Шейла протянула Руби планшет. — Убедитесь сами.
Руби несколько раз быстро пробежала глазами бланк и лишь потом смогла заставить себя успокоиться и проверить каждую деталь.
— Как у тринадцатилетней девочки могла оказаться гребаная аневризма? — вопросила она наконец, вернув планшет. — Коронер наверняка напутал. Где он? Я хочу, чтобы он повторил вскрытие.
— Вскрытие нельзя повторить или переделать, — заявила Шейла, поморщившись. — По-вашему, мы тут конструкторы «Лего» собираем? — Она переместила вес тела на правую ногу и скрестила руки на груди, прижав к ней планшет. — Второе независимое мнение вас устроит?
— Вполне. Где я могу его получить?
— Прямо здесь. Я ассистировала доктору Левиту во время этого вскрытия и все видела собственными глазами. Это была аневризма. Вопрос закрыт. Знаете, аневризма — одна из тех вещей, которые могут оказаться у любого, а человек об этом даже не подозревает. Она может быть у вас, может быть у меня. Мы можем жить день за днем, все хорошо, и вдруг — бум! Голова взрывается, и вы уже история. Или я. Или мы. Большинство людей даже не представляет, насколько тонкой может быть эта мембрана между жизнью и смертью. Но, с другой стороны, разве так не лучше? Меньше знаешь — спокойнее живешь. Кому хотелось бы жить в постоянном страхе?
Руби сверкнула на Шейлу глазами, но та уже отворачивалась, чтобы положить планшет на стоящий рядом металлический стол.
— Во всяком случае, не все новости плохие, — утешила она, держа двумя пальцами пластиковый пакетик. В нем лежал фиксатор для зубов. — Мы смогли установить личность девочки по картотеке ее дантиста.
— Я не видела этого в заключении! — рявкнула Руби. — Почему это в него не внесено? Кто она? И когда вы собирались мне это сказать, мать вашу?
Шейла бросила пакетик на стол.
— А на какой вопрос мне отвечать первым, мать вашу? Руби помолчала, затем взглянула на фиксатор:
— Откуда он вообще взялся? Я не видела его на месте преступления.
— А он там был. Просто его недостаточно внимательно искали, пока девочка не оказалась у нас на столе. Ее имя Бетти Мура…
— Адрес! — потребовала Руби. — И почему вы мне не позвонили?
— Я вам звонила, — сказала Шейла, демонстративно изображая терпение. — Вас не оказалось на рабочем месте, поэтому я оставила сообщение.
Руби едва сдержалась, чтобы не броситься к Шейле и начать ее трясти.
— Когда это было?
— Насколько я могу судить, как раз в то время, когда вы ехали сюда.
— Дайте мне эту информацию немедленно! — приказала Руби, но Шейла уже потянулась к планшету. Достав листок из-под бланка заключения, она протянула его Руби.
— Спасибо, — вежливо подсказала она, когда Руби вырвала листок.
— Не за что, — огрызнулась Руби через плечо, выбегая из комнаты.
На ветровом стекле красовалась штрафная квитанция — еще одна стычка в сражении, целью которого было превращение участка перед муниципальным комплексом в зону строгого запрета на парковку, и это означает никаких исключений, особенно для копов. Садясь за руль, Руби смяла квитанцию и швырнула ее на заднее сиденье. Адрес Бетти Мура она прикрепила к солнцезащитному козырьку. Адрес указывал на западный район города, что неудивительно, если учесть, как девочка была одета. Но что она делала на крыше в восточном районе? Что она вообще делала в восточном районе и как туда попала? И пусть даже она умерла своей смертью, но в последние часы ее жизни определенно произошло нечто необычное.
Она уже протянула руку, чтобы запустить двигатель, но остановилась. Сперва надо позвонить Рафе Паско, сказать, что у нее есть имя и адрес девочки и что она подхватит его по дороге.
Перед ее мысленным взором мелькнула голова Паско, лежащая на подушке рядом с ней; раздражение нахлынуло и было немедленно смыто вновь накатившей волной Страха. Она внезапно ощутила сильнейшее желание закрыть глаза, уронить голову на руль и просидеть так до следующего ледникового периода или тепловой смерти Вселенной — в зависимости от того, что наступит позднее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
