будет слишком подозрительно? Вова внимателен к деталям, обязательно заметит, что я дома в десять часов вечера с накрашенными губами.
Нетерпеливый звонок в дверь повторяется.
Не буду красить губы. А то ещё подумает, что я это специально для него.
Открываю. Злой Вова сразу переступает порог, не дожидаясь приглашения. Мне ничего не остается, кроме как закрыть за ним дверь.
- Яна, я понимаю, что после окончания рабочего дня ты имеешь полное право не отвечать на звонки руководителя, но, блин, если я звоню тебе столько раз, то это не потому, что мне скучно. Ты думаешь, я сижу, ничего не делаю и думаю: «Как бы мне развлечься? А позвоню-ка я тридцать раз подряд бывшей жене»?
А вот теперь мне становится по-настоящему страшно и даже стыдно за то, что на время свидания с Алексеем поставила телефон на беззвучный режим. Видимо, произошло что-то действительно важное, раз Вова звонил столько раз и даже приехал ко мне домой. Да, я не трудоголик и не карьеристка, как мой бывший муж. Но я люблю свою работу, делаю её с большой охотой и интересом. Так что если происходит какой-то рабочий форс-мажор, я без проблем обсужу это по телефону с начальником после 18:00.
- Извини, у меня телефон стоял на беззвучном режиме. Я не специально не поднимала трубку. Я правда не слышала. Что-то произошло?
- Да, произошло, - хмуро отвечает.
Я растерянно взмахиваю руками.
- Раздевайся, проходи. - Прикусываю язык от того, как двусмысленно прозвучали мои слова. - Раздевайся - в смысле снимай пальто и ботинки.
- Я понял, что не трусы.
Вова расстегивает пуговицы на пальто, поворачивается повесить его на крючок. А я так и застыла на одном месте. От его шутки по телу пробежала дрожь, а в голове некстати всплыли воспоминания о наших страстных ночах. Как это ни странно, они у нас были, даже когда в отношениях все было плохо. Вот уж где-где, а в постели мы с Вовой подходили друг другу идеально.
К щекам прилил жар, пока бывший муж не заметил, быстро отворачиваюсь.
- Проходи на кухню, - бормочу под нос и удаляюсь в кухню-гостиную.
В такое позднее время Вова пьет черный чай. Нажимаю кнопку на чайнике, достаю заварник и чайные листья из Латинской Америки. Слышу шаги Вовы. Затылком чувствую, как он оглядывается по сторонам.
- У тебя очень мило и уютно, - произносит подобревшим голосом. - Этот дом «Олимп» же строил?
- Да, «Олимп». - Поворачиваюсь лицом к Вове. - Присаживайся за стол.
Я ставлю две кружки, вазочку со сладостями, хотя знаю: Вова их есть не будет. Я все про бывшего мужа помню, все его привычки. Два года - не такой большой срок, чтобы забыть. Разливаю по кружкам чай и сажусь напротив.
- Что случилось?
- Акционерам не понравилась пиар-стратегия, требуют все переделать.
Закатив глаза, откидываюсь на спинку стула.
- У меня два вопроса. Первый - какое акционерам дело до пиар-стратегии? Раньше ее вообще не было, и их это не беспокоило. Второй - зачем было ради этого звонить тридцать раз и ехать ко мне домой? Сказал бы мне завтра утром на работе.
- У меня в шесть утра самолет. Я стоял перед выбором: позвонить тебе вечером после окончания рабочего дня, когда ты скорее всего ничем важным не занята, или в пять утра, когда ты будешь спать. Я решил поберечь твой утренний сон и позвонил вечером. Но ты не поднимала трубку, поэтому пришлось ехать к тебе домой.
Вау, какая забота о моем утреннем сне. А не только я помню привычки Вовы спустя два года после развода. Он тоже помнит, как я ненавижу ранние подъемы.
- Переделать нужно срочно. Жалетально завтра до вечера. И, соответственно, в агентство по ребрендингу тоже нужно будет отправить новую версию.
- Что именно им не понравилось?
- Я отправил их замечания тебе на почту.
Хватаю в руки мобильник и захожу в рабочую электронку. Письмо от Вовы пришло без двадцати восемь. Как раз тогда, когда в кафе влетел опоздавший Алексей.
Открываю файл и внимательно смотрю правки. Их достаточно много. Какие-то мне кажутся ерундовыми из разряда придирок, какие-то более существенными. Переделать за один день возможно, но придется напрячь всех своих сотрудников и напрячься самой.
- Так а какое им дело до стратегии? Раньше ее вообще не было, и это никого не беспокоило.
- Раньше много чего не было, поэтому прежнего гендиректора попросили покинуть «Олимп» и пригласили на работу меня.
Поднимаю лицо с телефона на Вову. Кстати, почему ушел старый гендиректор и пришел новый, я точно не знаю. По «Олимпу» гуляют разные слухи. Вове я таких вопросов не задавала.
- Почему уволили прежнего гендира?
- Ну а ты сама не видишь во что превратился «Олимп»? Когда-то это была успешная компания, а сейчас что? Поэтому наняли меня: навести порядок, провести ребрендинг, повысить привлекательность компании среди потенциальных клиентов, наладить отношения с властями в регионах, договориться с банками, выдающими ипотеку… Работы много, и акционеры планируют совать свой нос абсолютно везде. Даже в такие, казалось бы, не самые значительные вещи, как пиар-стратегия.
- И что вот прям самый главный акционер с контрольным пакетом сидит на своей яхте на Мальдивах и читает мою пиар-стратегию? - не верю.
- Не он, а его помощники. И он не на яхте, а в Москве. Я вчера с ним обедал. Но не суть. Важно - что теперь в «Олимпе» все строго. И даже не потому, что пришел конченный трудоголик Минаев, а потому что акционеры не хотят банкротства.
Вздыхаю.
- Понятно.
Делаю маленький глоток горячего чая. Вова тоже. Смакует вкус на языке.
- Хороший чай.
- Из Перу.
Непонимающе глядит на меня.
- Это страна в Латинской Америке?
- Да.
Вова лукаво улыбается и слегка приподнимает вверх правую бровь.
- Что у тебя за любовь к Латинской Америке? Раньше за тобой такого не замечалось.
Пожимаю плечами.
- Мне всегда нравилось аргентинское танго. Я пошла на танцы, потом начала учить испанский, затем слетала в отпуск в Мексику. Ну и пошло поехало.
Бывший муж глядит на меня с любопытством.
- Где ещё ты была?
- В Перу и в Бразилии.
- Как интересно, - делает большой глоток чая.
- Да, знаешь, очень интересно. Гораздо интереснее, чем…. - замолкаю, вовремя прикусив язык.
- Чем ждать мужа с работы? - догадывается.
Вот
