поцелуев губами, тяжело вздымающейся в такт дыханию грудью, Оля была до головокружения прекрасна.
Желание внутри меня взорвалось с новой силой. Я больше не мог ни ждать, ни смотреть, ни дышать — только чувствовать Олю, быть единым с ней. Любить…
Прильнув к сладким губам в нежном поцелуе, я вошёл в неё медленно. Ласковые руки притянули ближе, а ноги обхватили бёдра, ещё больше раскрываясь для той глубины, что мы так отчаянно желали.
На секунду я замер, наслаждаясь этим ощущением, а потом начал двигаться. С каждым толчком её пышная грудь тяжело колыхалась, приковывая мой взгляд. Я нехотя оторвался от губ и прильнул к всё ещё набухшему соску, глубоко вобрав его.
— Какая же ты горячая… — хрипло выдохнул я. — Боже, Оля…
Она лишь сильнее вцепилась пальцами в мои волосы в ответ, прижимая мою голову к груди, позволяя делать с собой всё, что пожелаю.
Я вышел почти полностью и снова вошёл: глубоко, до упора. Влажный жар внутри неё становился всё нестерпимее, смазка обильно стекала по моим бёдрам, и я понимал, что мы оба уже на грани.
— Да… — не стесняясь, стонала она. — Ещё! Ещё, Максим…
Я ускорился. Стол скрипел под нами, бумаги давно разлетелись по полу, но нам было на всё плевать. На всё, что находилось за стенами этого кабинета.
Каждый толчок становился глубже, резче, отчаяннее. Оля выгибалась, вцепившись в край стола. Пышные бёдра ходили ходуном, кружево чулок соблазнительно натягивалось всё выше.
— Максим, — хрипло выдавила Оля. — Максим, я сейчас...
Я чувствовал, как она сжимается вокруг меня всё сильнее, как с каждым движением приближается долгожданная разрядка. Моя рука скользнула между нами, пальцы нашли напряжённый клитор и принялись ласкать его в такт толчкам.
Роскошное тело Оли сотряслось от оргазма. Она выгнулась, запрокинула голову и с силой закусила губу, дабы сдержать рвущийся наружу отчаянный стол. Я же едва сдерживался, чтобы не последовать за ней сразу.
С трудом пытаясь отвлечься, я продолжил двигаться, продлевая её наслаждение.
Когда последние спазмы отпустили Олю, она обмякла на столе, тяжело дыша. Но я не останавливался — мне нужно было больше.
Я перехватил её за талию, приподнял и развернул спиной к себе. Она ахнула, оказавшись животом на столе: грудь прижалась к холодной поверхности, а полные, влажные от смазки ягодицы открывали для меня всё, без остатка.
— Как же красиво, — выдохнул я, пожирая Олю взглядом. — Так бы и смотрел…
Но только смотреть было кощунством.
Пройдясь ладонью по члену, я провёл головкой по её влажным, припухшим складкам, собирая остатки нашей близости. Оля вздрогнула и тихо застонала, подаваясь бёдрами навстречу.
— Хочешь ещё? — прошептал я хрипло, скользя между губ.
— Да... — простонала она. — Пожалуйста, Максим...
И я снова вошёл. На этот раз резко, максимально глубоко — настолько, что мои яички плотно прижались к влажной промежности.
Оля замерла на мгновение, привыкая к тому, насколько глубоко я могу в ней, а потом сама подалась назад, с азартом насаживаясь на член. Её ягодицы с каждым движением ударялись о мои бёдра, и этот звук смешивался с нашими стонами.
К сожалению, и дальше так продолжаться не могло. Слишком долго мы ждали, слишком сильно хотели друг друга, чтобы этот безумный ритм длился вечно.
Оргазм накрыл нас одновременно.
Чувствуя, как Оля сжимается вокруг меня, я излился прямо в неё. Горячие волны пульсацией вырывались наружу, заполняя её разгорячённое нутро. Мы замерли в этой сладкой агонии, не в силах пошевелиться.
— Ты сумасшедший… — единственное, что смогла выдавить Оля спустя несколько секунд томительного молчания.
— Только с тобой, — с блаженной ухмылкой ответил я и помог ей одеться.
Глава 10
/Оля/
В тот день Максим твёрдо дал понять, что больше не позволит мне отталкивать его. Он устал ждать, устал играть по моим правилам и наблюдать, как мои страхи и неуверенность управляют нашими жизнями.
Максим не только заявил, что будет ухаживать за мной, но и приступил к активным действиям.
Сначала это были мелочи, вроде кофе с моим любимым печеньем по утрам. Какие-то глупые, но до ужаса милые записки в папках с отчетами. Каждый раз получая их, я, как девчонка, краснела и невольно оглядывалась по сторонам. Боялась, что кто-то увидит и неведомым образом всё поймёт.
Потом подоспела тяжёлая артиллерия.
Огромные букеты безумно красивых цветов, утончённые украшения, бархатные коробочки с которыми чудесным образом появлялись в моей сумочке, билеты в театр на самые лучшие места. Максим неведомо предугадывал все мои, даже самые тайные, желания.
Конечно, я догадывалась, что без Леры здесь не обошлось… Но это нисколько не умаляло его стараний. В конце концов, какая разница, кто подсказал, если Максим действительно хотел знать?
Если он запоминал, вникал, делал выводы и удивлял меня снова и снова.
Что же до меня?.. Первое время я продолжала держать оборону.
Казалось, всё происходит слишком быстро. Я только недавно развелась с Пашей, только начала привыкать лелеять своё несчастное разбитое сердце, только мысленно поставила жирный крест на личной жизни и всерьёз прикидывала, сколько кошек смогу прокормить на свою зарплату.
А тут он…
Я изо всех сил цеплялась за свои страхи, как за спасательный круг. Рано. Опасно. Нельзя доверять…. Мужчины причиняют боль. Но с каждым днём эти доводы звучали всё неубедительнее — особенно когда Максим смотрел на меня так, словно я была самым ценным сокровищем в его жизни.
И в конечном итоге вся моя оборона пала. В первый апрельский день я поняла, что окончательно влюбилась и теперь сама не готова терять такого потрясающего мужчину.
В честь этого я устроила для нас небольшой праздник — скромный ужин на той самой кухне, в которой ещё месяц назад я роняла слёзы по почившему браку. Запекла картошечки, пожарила потрясающе вкусные стейки, порезала салатик и испекла так любимую Максимом шарлотку.
Мне ужасно хотелось ему угодить.
Ближе к вечеру я накрыла на стол, зажгла свечи и надела одно из самых откровенных платьев в своём гардеробе. Тёмно-синее, кружевное, с бессовестно глубоким декольте, которое идеально подчеркивало мою пышную грудь.
Больше скажу, я настолько осмелела, что в сторону нижнего белья даже не посмотрела. Решила — этим вечером оно будет лишним…
И, забегая вперёд, не ошиблась.
Максим приехал ровно в семь. Признаться честно, мне безумно нравилась его пунктуальность.
Когда раздался звонок, я ещё раз окинула себя взглядом в зеркало. Нежное кружево, распущенные волосы, лёгкий макияж и бесконечно счастливая улыбка — я выглядела именно так, как хотела.
Смело. Женственно. Желанно.
— Прости. Отыскать
