сексуальности способен затормозить развитие человека и помешать решению его ранневозрастных жизненных задач.
Что же касается историй «Диснея»:
Сексуализированные герои и отношения
Во-первых, легко заметить, что в рамках любви, романтики и сказки компанией зачастую изображаются визуально очень «физиологичные» герои, соответствующе физиологично и взросло ведущие себя в завязываемых романтических отношениях. Жасмин, Ариэль, Покахонтас и многие другие известные Дисней-красавицы — в качестве образцов поведения в любви для юных зрителей несоотвествующе предлагаются взрослые, гипер-красивые женщины с сексуально оформившимися фигурами, жеманно задействующие мимику и «язык тела», зачастую влюбляющиеся со скоростью света и, как стандарт, «пропечатывающие» истинность найденный любви взрослым, демонстративным поцелуем. Есть ли в этом упомянутая воздушность и целомудренность?
Но, быть может, это просто неудачный визуальный ряд, а с точки зрения содержания «Дисней» учит зрителей самой кристальной, самой возвышенной любви?
Вредные любовные сюжеты
К сожалению, многие любовные сюжеты «Диснея» также оставляют сомнения и вопросы. К слову, первый полнометражный мультфильм компании, «Белоснежка и семь гномов» 1937 г., и его любовная составляющая прекрасно служат ответом на вопрос «Как давно испортился „Дисней“?» В этом мультфильме главная героиня, спустя всего пару минут после встречи с незнакомцем, посылает голубя передать тому поцелуй в губы, чуть погодя — счастливо живёт в лесу с семью гномами (= с семью мужчинами), в кроватях которых спит, с которыми весело танцует и которых по очереди расцеловывает перед тем, как те уходят на работу. Мягко говоря, довольно легкомысленная модель поведения для детей и подростков. И это 1937 г. и самый первый полнометражный мультфильм компании!
Далее, Золушка из мультфильма 1950 года, встретив принца на балу, танцует с ним, почти целует его, но внезапно спохватившись, что уже полночь и пора возвращаться домой, говорит: «Ой, я же не нашла принца», не зная, что тот и есть принц. Т. е., иначе говоря, не найдя того, о ком мечтала, Золушка не против «станцевать» пока что с другим — очень интересная постановка вопроса! Принцесса Аврора из «Спящей красавицы» 1959 года, как и Белоснежка с Золушкой, спит и видит встречу с прекрасным принцем и, встретив того наяву и тоже ещё не зная, что он и есть принц, моментально отправляется в его томные объятья. Таким образом, богатого воображения и пары минут танца с непроверенным человеком якобы достаточно для доверия и любовных отношений. Синдрому моментальной любви подвержены также и другие диснеевские принцессы: Покахонтас из одноименного мультфильма, Ариэль из «Русалочки» и Жасмин из «Аладдина», погружающиеся в пучину чувств с первого взгляда.
Некоторые же любовные сюжеты «Диснея» напоминают камерное сутенерство а-ля «Дом-2» — построить любовь или выбыть: так, в «Русалочке» главной героине за три дня необходимо влюбить в себя человека, в «Красавице и чудовище» похожее нужно сделать заколдованному принцу — за короткий срок обеспечить себе любовь девушки. Поскольку время, чтобы расколдоваться, у него заканчивается, он всячески срочно «влюбляет» её в себя. Схожее происходит в «Принцессе и лягушке» — для того, чтобы снять заклятье, у главных героев есть только один вариант — влюбиться друг в друга и поцеловаться.
Интересно отметить, что нарушить свой годами насаждаемый штамп «быстрой любви» и запустить тренд любовной разборчивости компания решается лишь для того, чтобы продвигать ценности «нетрадиционной любви» — речь о «Холодном сердце» 2013 г. и «Малефисенте» 2014 г. И там, и там пресловутая быстрая любовь внезапно оказывается непобедоносной («неистинные» пары принц Ганс/принцесса Анна и принц Филипп/принцесса Аврора), что необходимо для метафоры дальнейшего обретения нужными персонажами (Анна, Аврора) правильной для них гомосексуальной любви (Эльза, Малефисента). (О продвижении гомосексуализма «Диснеем» подробнее будет сказано отдельно).
Сексуальные метафоры
Вопросы по теме сексуализации в продукции «Диснея» закономерно подкрепляют и регулярно попадающиеся сексуальные метафоры. Например, в фильме «Оз: великий и ужасный» сексуальный подтекст прослеживается в сцене ночевки Оза и Теодоры в лесу у костра, где Теодора томно распускает волосы и сообщает своему спутнику-казанове, что её «никто никогда не приглашал потанцевать». Эпизод танца героев многозначительно уходит в черный «блёр», а в следующей, утренней сцене Теодора уже планирует «и жили они долго и счастливо» для себя и Оза. Или в мультфильме «Самолёты: огонь и вода» с маркировкой 0+ (!) самолётиха Плюшка во время праздничного вечера на базе отдыха говорит главному герою вертолёту Дасти: «Ох, самое-то для первого свидания: бесплатные напитки, свободные номера», а позже их друзья, пара авто-трейлеров, рассказывают, как во время своего медового месяца «все шины стёрли».
Иногда сексуальный подтекст «кодируется» сложнее: например, в мультфильм «Рапунцель: запутанная история» вложена метафора лишения невинности главной героини — смущённое вручение ею в интимной и романтичной обстановке своей ценности мужчине, которую он очень хотел получить и ради которой с девушкой и связался. При этом поначалу герой пытался покорить девушку «пик-ап» методами, а его фамилия переводится с английского как «наездник». Та или иная эротизация находится в диснеевской продукции почти всё время. Даже в более-менее позитивный фильм «Золушка» 2015 г. нещадно включены лишние сексуальные детали: чувственные придыхания Золушки во время танца с принцем на балу, кадр скользящей руки принца по талии Золушки, постоянно мелькающие на экране глубокие декольте и т. п.
Сублиминальные секс-сообщения
И наконец, к выводу о неслучайности сексуального направления «Диснея» в воспитании поколений весомо добавляются так называемые сублиминальные сообщения (subliminal messages), сопряженные с темой секса, стабильно обнаруживающиеся в диснеевской продукции сквозь десятилетия. Некоторые примеры спорны, а некоторые вполне красноречивы:
Таким образом, получаем: излишне эротизированная подача героев и их отношений + вредоносность любовных сюжетов («влюбиться или проиграть», «быстрая» традиционная любовь, «разборчивая» гомосексуальная) + сексуальные метафоры/подтексты + сублиминальные секс-сообщения — всё вместе ярко демонстрирует, что «Дисней», прячась за своими бесконечными «лав-стори», явно не стремится передать своим юным зрителям идеи любви в серьёзном ключе, как позиционируется постоянной поверхностной дисней-моралью «Любовь побеждает всё», а, по сути, подманивает и программирует детей по части сексуальной стороны вопроса.
Через большое количество диснеевских любовных историй и предлагаемые там модели поведения продвигается ранняя сексуализация — подспудное, завуалированное посвящение зрителей в сексуальность и сексуальные отношения. Из-за того, что соответствующее информирование происходит не только на сознательном уровне (сексуализированные герои
