– Тикайте! – успели остальные только услышать, как тот бросился в стенной проем.
Через несколько мгновений прогремел мощный взрыв, заставивший содрогнуться многовековые стены. За развороченной дверью зал, посреди которого стоял обелиск, на его вершине сиял ослепительным светом кристалл. Русберг смотрел прямо внутрь сияния, от которого остальные отворачивались, не способные стерпеть яркого света. Наемники, закрываясь от света, высыпали внутрь. Их встретил Законник в кроваво-черных доспехах, на изукрашенном зеленом лице клыки выступали белеющей угрозой, в руках огромный топор. Законник вышел на середину между кристаллом и развороченной дверью и замер.
Наемники застыли в ожидании, но все же, терпения у них всегда хватало на пару мгновений, с криками двое ринулись на защитника, за ними остальные. Законник ушел от первых ударов, размахиваясь топором, и завертелся в своем смертоносном танце, тела падали от каждого оборота. Русберг поначалу помедлил, но потом, выхватив свои мечи, вступил в игру. В голове гром голосов заглушал звуки сражения и крики погибающих, но он не замечал их, лишь только одна фраза засела в разуме, заставив на мгновение замешкать, но после броситься все же в бой. Лишь только «Если ты погибнешь, то наша надежда погибнет».
Атака, контрудар, блок, обманный взмах, подсечка, прыжок, удар с развороту. Блок, еще блок, уход, снова блок, прогиб, взмах, блок, уход...
Все.
Тело моментально ослабло, мечи потяжелели, ноги перестали слушаться, в глазах помутнело. Русберг упал на колени, мечи со звоном упали на каменный пол рядом, теплая кровь вмиг окрасила холодный камень в алый цвет. «Рана смертельна, осталось совсем немного, достойная смерть, но все же хотелось пожить еще немного». Мириады голосов в голове тонули в тишине горечи поражения. Он руками уперся в пол, но силы улетучивались.
«Вот и все».
Бездыханное тело упало в лужу крови, вокруг лежали еще тела. Смерть настигла всех. Лишь только зеленокожий Законник удалялся через развороченный выход в длинный коридор.
Темнота. Кругом одна темнота. И ничего больше.
Как будто ужасающая пустота поглотила все сущее. Где Великие Поля Битв, на которых доблестные воины после смерти могут продолжить сражаться за Богов? Где город Богов, что на вершине Горы Гроз? Где?! ...
Междуглавие 1
Свет исходил из пустоты и в ней же рассеивался, сгущающийся мрак вокруг протекал подобно бесконечному течению. В деревянном кресле сидел человек в начищенных до блеска доспехах, испещренных изображениями и рельефами Креста. Отвращение на его лице скрывалось за спокойствием к демону, сидевшему в огромном кресле из костей и черепов.
– Что ж, многоуважаемый, – с церемониалом дворянина, выказывающей почтение при видимой ненависти, обратился человек к демону – Позволю себе повториться. Как видите, мы все же смогли вынудить вас пойти с нами на переговоры. Я вправе сказать, что это нам нелегко далось, в чем мое почтение к вам, как врагу. Если данное выражение вас не заденет и не сорвет нашу беседу.
– Нисколько, меня бы оскорбило, если б вы назвали меня другом, – равнодушный голос демона не походил на тот, который описывают во всех религиозных летописях и рассказывают на церковных службах.
– Вы, конечно же, знаете, что мы потеряли-таки один из своих миров, прискорбно, Иные становятся сильнее. Нам остается только объединиться, мы уже не просим о прежней цене, потому как, если вы меня понимаете, не то наше с вами положение, чтобы вести торги. Сначала Они Нас, после Им ничего не будет стоить, как бы так мягко выразиться, отстранить и Вас.
– Я понимаю, что вы предлагаете, – произнес демон, и на его рогообразной коже вспыхнули рисунки, тут же угасшие.
– Рад, что вы идете нам на встречу, – человек улыбнулся, – Мы предлагаем выступить в некоторых мирах вместе. Они как раз все нейтральные, так как не интересовали до этого момента, но сейчас все находятся на периферии с Иными, – он протянул список.
– Но ведь они мертвы и пустынны, даже если мы что-то там создадим, то я пробовал.
– Мы знаем, как их возродить, – он улыбнулся, – Мы нашли способ, вы согласны?..
Демон стоял в зале, посреди которого мерцала неосязаемая карта созвездий.
В зал вошел орк в алых доспехах.
– Мы отбили, правда...
– Он погиб, – отрезал я.
– Да, мне пришлось остановить его и еще нескольких смельчаков, они подошли слишком близко, продержался он подольше, чем остальные, – на клыкастом лице орка появилась ухмылка.
– Что ж, это его шестой круг,– времени осталось мало.
Глава 2. Нерожденный
– Ну как там?
– Худо дело, может и не выжить.
– А ребенок?
– Будем молиться.
Помощница повитухи схватила подготовленный кувшин теплой воды и скрылась за шторой, откуда доносились стоны и крики роженицы, бедная мучилась уже сутки. Муж не находил себе места. Он сквозь слезы слушал доносящиеся крики жены и каждое мгновение ожидал, как кто-либо появится из-за импровизированной стены и скажет, как обстоят дела, превозмогая самого себя и поглядывая на мечущиеся по ткани тени от тусклого света.
– Ой, мамочки!
– Тужься, тужься, – донесся твердый голос повитухи, – Терпи, Бог терпел и нам велел.
Помощница вновь выскочила из-за шторы и схватила чистые простыни, подготовленные загодя.
Сильный мужчина, способный одним ударом завалить быка, не мог стоять на ногах, подкашивающихся при каждом крике. Его разум уже не мог выносить звуков, сердце колотилось, стремясь вырваться из груди. Шум донесся из сеней, муж привстал, потянулся к дверной ручке, чтобы посмотреть, кто так поздно пожаловал. Дверь сама открылась, и мужчина замертво упал на пол, кровь ударила из проткнутой груди. Внутрь вошел человек в черных плотных одеждах, в одной руке окровавленный короткий клинок, в другой небольшой черный камень, источающий иссиня-черный дым. Убийца тихо шагнул к шторе, откуда продолжались доноситься крики роженицы, рука с камнем отодвинула штору, женщины обернулись, на их лицах отразились недоумение и страх.
Короткое движение клинка, второе, третье, женщины безжизненно попадали на пол, заливая пол кровью, брызжущей из глубоких ран. Роженица, изнеможенная от мучительных родов, посмотрела прямо в глаза, не произнося не слова и теряя сознание. Убийца подошел к ней, камень принялся еще обильнее источать дым, рука спрятала его и вытащила острый нож, лезвие скользнуло вперед, брызги из вскрытого горла. Роженица захлебывается в собственной крови, воздух вырывается сквозь рану, вспениваясь алыми пузырями. Руки и ноги свисли с кровати. Наступила тишина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
