– Да, мадам.
Бланш взяла расческу и начала водить ею по белокурым завиткам.
– Сегодня вечером я уеду, я бы хотела, чтобы вы переехали немедленно. Я не люблю оставлять квартиру пустой, если этого можно избежать. Это возможно или нет?
– Да, мадам. – Джуди устала стоять около этой обаятельной маленькой куклы.
– И вы не возражаете, чтобы остаться здесь одной на ночь?
Джуди удивилась.
– О, нет, мадам, совсем нет.
– Какая вы храбрая, – вяло протянула Бланш, – а я терпеть не могу оставаться одной. Мистер Уэсли последние две недели находился в Париже, и я была в ужасе. Никогда нельзя быть уверенной в том, что кто-нибудь не захочет забраться в квартиру. Сейчас развелось столько воров, а по ночам слышатся такие странные звуки. Иногда я думаю, не живут ли здесь привидения. Но вы, вероятно, не верите в духов?
– Нет, мадам, – твердо ответила Джуди.
– Должно быть, очень приятно не иметь воображения, – сказала Бланш, взбивая кудри. – А я такая чувствительная и нервная. Иногда мне совершенно явственно слышится, как кто-то расхаживает по коридору. Это потому, что мои нервы так напряжены.
«Или так крепки», – подумала Джуди, сдерживая смех.
– Наполнить ванну, мадам?
– Думаю, что нужно это сделать. И потом упакуйте чемодан. Я не вернусь до завтрашнего вечера. Я ожидаю к этому времени мистера Уэсли. Для вас будет много работы. Нужно привести в порядок все мои вещи. У меня столько дней никого не было, и все пришло в ужасный беспорядок. Даже не знаю почему. Будьте паинькой и откройте шкаф. Вы видите, что каждое мое платье имеет номер. Он на вешалке.
В комнате стояли три огромных шкафа со скользящими дверцами. В том, который открыла Джуди, висел длинный ряд платьев, костюмов и вечерних туалетов.
– Каждому платью соответствует определенная шляпа, белье и, конечно, сумочка и обувь, – тихим усталым голосом объясняла Бланш. – Это моя собственная система. Все под номерами, и работа состоит в том, чтобы держать одинаковые номера вместе. Вы сможете с этим справиться?
– Да, мадам.
– Вот там сейф. Вы не можете его видеть. Он спрятан в стене, я сама им занимаюсь. Я держу в нем свои меха и драгоценности. А теперь, я думаю, вам лучше наполнить ванну. Я обязательно должна успеть на поезд в 17.15, а время бежит.
Она произнесла это так, как будто в этом была виновата Джуди.
Пока Бланш лежала в ванной, Джуди постаралась убрать в комнате, и, работая, она размышляла над тем, что будет делать вечером. Она не ожидала, что так быстро получит свободный вечер. Если бы только удалось связаться с Гарри, они бы могли вместе сходить в кино. Но как связаться? Единственной надеждой была миссис Френч. Гарри сказал, что можно связаться через нее. Стоило попытаться.
Сборы Бланш оказались бесконечным и мучительным делом. Дважды ее чемодан пришлось распаковывать, поскольку она изменяла свое мнение о том, что брать с собой. Потом, когда, казалось, все было готово и Джуди собиралась заказать по телефону такси, хозяйка вдруг сделалась раздражительной и решила не ехать.
– Я уверена, что мне нечего беспокоиться, – заявила она, бросаясь в кресло. Одетая и накрашенная, Бланш была ошеломляюще красива. Как разрисованная мастером кукла. – Нельзя сказать, чтобы мне нравились эти люди. Она слишком много говорит, и, кроме того, я неважно себя чувствую. Я не поеду… Решено. Вам лучше распаковать вещи, пока они еще не помялись.
Джуди столько раз их укладывала, упаковывала, распаковывала, снова упаковывала и опять распаковывала, и все под наблюдением Бланш, которая критиковала, сердилась и делала бесполезные замечания, что получив очередной приказ, она едва сдержалась и не швырнула чемодан в Бланш. Вся кипя, она принялась вынимать вещи. Когда она уже почти все сделала, Бланш издала восклицание и хлопнула в ладоши.
– И о чем я только думаю? Бедная моя Джуди, конечно, я должна ехать. Я совсем забыла, что там будет Бьюки. Я просто должна его видеть. Поторопитесь и снова все уложите. Я просто не могу сказать, как мне жаль, что я заставила вас столько работать. – Возмущенная Джуди едва сдерживала слезы, но принялась снова укладывать вещи.
– О, нет, Джуди, подожди, не закрывай, – стукнула Бланш в голову новая мысль, когда Джуди собиралась уже захлопнуть крышку. – Ведь это не все, верно? Что-то было… Конечно. Не думаю, чтобы мне понадобилось это платье цвета беж. Оно где-то на дне. Ты знаешь, о чем я говорю? Я буду в нем выглядеть, как смерть.
Джуди готова была ее задушить. Она вытащила из чемодана вечернее платье цвета беж, испортив при этом всю укладку. У нее при этом был такой сердитый и страдающий вид, что Бланш решила переменить тактику.
– Тебе нравится это платье, Джуди? – небрежно спросила она. – Мне оно не нужно, а хранить без цели жалко.
Ярость Джуди сразу улетучилась. Она села на корточки и подняла глаза на Бланш.
– Прошу прощения, мадам, – и посмотрев на платье, ласково провела по нему рукой.
– Оно миленькое, да? – беззаботно проговорила Бланш. – Это от Хартхолла, но цвет мне страшно не идет. Не понимаю, зачем я его купила. Тебе оно нравится?
– Мне? – спросила Джуди с загоревшимся взором. – О да, конечно, благодарю вас, мадам.
Бланш улыбнулась, это была жестокая усмешка, и когда Джуди ее увидела, сердце заныло.
– Хорошо, я подумаю, – проговорила Бланш. – Конечно, отдать его я не могу, оно стоит 150 гиней или около того, но я могу уступить тебе его за 20 фунтов.
Обессиленная от разочарования, Джуди положила платье на спинку стула и нагнулась над разоренным чемоданом.
– Но я не думаю, что ты могла бы тратить по 20 фунтов на вечернее платье, или это возможно?
– Нет, мадам, – ответила Джуди и отвернулась.
– Какая жалость. Ну что ж, это не важно. Носить такое платье девушке твоего класса настоящий абсурд. Над тобой только стали бы смеяться. Возможно, я помещу объявление в «Таймс», я ведь могу это сделать, не так ли?
Джуди бросила на нее беглый взгляд и поймала довольное выражение, мелькнувшее на лице Бланш. Это длилось лишь мгновение, но Джуди поняла, что та действовала обдуманно.
«Отлично. Забавляйся, мерзкая кошка, но в другой раз ты меня так просто не поймаешь. Не стоит принимать всерьез твои выходки, – подумала девушка, когда Бланш ушла. – Ты только этого и добиваешься. Слава Богу, что я буду избавлена от тебя целые сутки. Теперь мне наплевать на то, что Гарри собирается с тобой проделать. Если я смогу ему помочь свернуть эту шейку и поганый носик, я это сделаю».
Она прикинула: чтобы привести квартиру в надлежащий порядок, понадобится часа четыре; таким образом она сможет быть готовой к встрече с Гарри где-то в семь часов, если только сможет его разыскать.
Ей не хотелось звонить в агентство Френч, но у нее не было выбора. После некоторого колебания она позвонила.
Ответила Дана.
– Это Джуди Холланд, – произнесла она, напрягшись. – Я хочу поговорить с мистером Глебом. Вы можете мне дать его номер?
– Подождите, – сказала Дана, бросив трубку. Затем Джуди услышала: – Это Холланд, она хочет с тобой поговорить.
К удивлению Джуди, на том конце провода возник голос Гарри.
– В чем дело? – недовольно спросил он.
– О, ни в чем. Все в порядке. Я хотела тебя сегодня увидеть. Миссис Уэсли уехала, и у меня свободный вечер. Мы не могли бы встретиться в семь часов?
– Извини, малышка, – в его голосе звучало раздражение. – У меня назначена встреча.
– Но, Гарри, почему бы нам не встретиться? Я не знаю, когда я снова буду свободна. Я здесь совсем одна и мне нечего делать.
– Через двадцать минут я уезжаю в Манчестер. Мне очень жаль, но я ничего не могу поделать. Увидимся, когда я вернусь, а сейчас у меня нет ни минуты, – и он повесил трубку.
«Черт! – подумала Джуди. – Вот ты и достукалась. Говорить не с кем, идти некуда и весь вечер свободный. Так удачно наткнулась на Гарри, а толку… И такой нелюбезный, в конце концов, мы же любовники». Но желая найти Гарри оправдание, решила, что его смущало присутствие Даны.
Некоторое время спустя, лежа в постели, Джуди уже не думала об одиночестве. Комната ее очаровала. Она была обставлена так же удобно, как и все остальные в доме: с ванной, телефоном и портативным приемником у кровати.
Джуди побывала на старой квартире. Забрала вещи. В новой роскошной обстановке девушка не чувствовала себя больше ни заброшенной, ни одинокой. Комната, горячая ванна, радио и удобная постель погасили на время желание видеть Гарри.
В полдевятого она включила радио, протянула руку, чтобы выключить ночник, и тут услышала звук, заставивший ее насторожиться. Где-то в квартире осторожно закрылась дверь. Она нахмурилась, ощутив внезапную тревогу, и села, прислушиваясь. Она вспомнила слова Бланш: «Я терпеть не могу оставаться здесь одна. По ночам раздаются такие странные звуки». Джуди подумалось, что хозяйка хотела ее напугать, и она снова потянулась к выключателю. Однако опять замерла, потому что занавеска шевельнулась.
