когда она из-за стола выпрыгнула.
— Не у тебя одной, — мужчина скривил губы в подобии улыбки, но глаза оставались серьёзными. — Это тот самый молодой дизайнер, которому я доверил оформление своего кабинета. — Энзо всё ещё переваривал случившееся, и перед его внутренним взором снова возникло растерянное лицо Катрин Вельбер. — А в этом кабинете ей нужен был стол. Она сама это сказала. — И невольно улыбнулся снова, вспоминая, как она качала головой в такт ритмам несуществующей музыки. — Ты не поверишь, но я совершенно забыл о ней. — Его руки нежно погладили спину девушки, переместились ниже и слегка сдавили упругие ягодицы. — К тебе или ко мне? — хрипло спросил он.
— К тебе. — Марион упёрлась кулачками ему в грудь, в её голосе прозвучала обида: — Мог бы и сказать, что это молодая симпатичная девушка.
— А я говорил, — он задумался, — кажется. — Развернул её к себе спиной и прошептал на ухо: — Открывай дверь и выходи первой, я задержусь. Максу всё равно, кто с кем встречается, а вот Делавиню не обязательно видеть нас вместе. Ну, мало ли, — он хитро приподнял бровь. — А может, тебе тоже захотелось доверить оформление своего кабинета молодому талантливому дизайнеру! — Марион посмотрела на него через плечо, в её глазах читалось понимание. — Да, да! Это многое объяснило бы.
— Я поняла тебя! — Девушка повернула ключ в замке и распахнула дверь, уверенным шагом вышла в коридор и в замешательстве остановилась. — А их нет, — сообщила она, и в её голосе прозвучало явное облегчение.
— Ну и замечательно, — Энзо был несказанно рад, что не придётся объясняться, и хотел уже выйти следом, как вдруг они услышали крик Габриэля, доносившийся из будущего кабинета гендиректора, при этом самого Максима слышно не было. — Подожди, — он схватил за руку Марион и втянул обратно.
Из кабинета вышел гендиректор и быстрым шагом направился к лифту, нажал на кнопку вызова и негодующе посмотрел в ту сторону, откуда до сих пор доносились крики Делавиня. Удивительно, но этот гений-дизайнер умудрился вывести его из равновесия буквально за несколько минут разговора. А ведь Максим всегда считал, что обладает железной выдержкой.
— Мьсё Бигар, — из кабинета выбежал Габриэль, — подождите. Выслушайте меня!
Максим посмотрел на световое табло, где так медленно ползли цифры, и в нетерпении нажал ещё несколько раза на кнопку вызова, словно это могло как-то ускорить приезд лифта.
— Мы с вами уже всё обсудили, — ледяным тоном произнёс он.
— Я прошу вас, буквально на пару слов. — Габриэль выглядел разъярённым. — Мне есть что вам сказать.
— Говорите. — И тотчас прозвучал щелчок, сообщающий о том, что лифт достиг нужного этажа.
— То, что вы хотите сделать, это совершенно не вписывается в общую композицию.
— О как! А я считал, что вы мастер своего дела, — Максим иронично приподнял брови.
— Я мастер своего дела! — Габриэль вздёрнул подбородок и с вызовом посмотрел на гендиректора. — Но вы сейчас пытаетесь вмешиваться в мой творческий процесс, это как если бы кто-то пришёл и начал бы вас поучать, как управлять компанией. А ведь каждый мой проект — это произведение искусства, шедевр…
— Это прежде всего мой кабинет, — перебил его Максим, — в котором я буду проводить большую часть своей жизни, и если я говорю, что эта стена должна остаться в том виде, в каком она есть, значит, так и должно быть. — Габриэль попытался возразить, но вновь был остановлен. — И я ещё раз повторюсь: оставьте мой кабинет и занимайтесь другими.
— Но мсьё Бигар, кабинет гендиректора всегда делают…
— Мьсё Делавинь! — Голос Максима прозвучал вкрадчиво. — Вам нужна эта работа?
— Что за вопрос? Конечно нужна! Если бы было иначе, меня бы здесь не было.
— А я вот уже сомневаюсь… — За спиной гендиректора разъехались створки лифта. — Так ли уж вы нужны моей фирме, — закончил он свою отповедь и вошёл в лифт.
Глава 10. Вечер
Сказать, что Катрин пережила потрясение, это значит, ничего не сказать. Как только она оказалась в кабинете, тут же захлопнула дверь, закрыла замок на два оборота и для надёжности ещё придвинула конфискованный стол.
— Мамочки. Мамочки, — в панике металась она по комнате. — Что делать? Что делать?
Вытащила наушники из ушей и обнаружила неподключенный штекер, мгновение стояла с открытым ртом, а затем хлопнула себя по лбу рукой. Напряжённо уставилась на дверь кабинета.
— Да я ни за что теперь отсюда не выйду! — твёрдо произнесла она вслух. — И никого не впущу к себе. — Горько усмехнулась, понимая абсурдность всех своих высказываний.
В коридоре прозвучал голос Делавиня. Катрин бросилась к двери, оттолкнула в сторону стол и приложила ухо к гладкой поверхности, застыла, пытаясь разобрать, о чём идёт речь, но, к сожалению, слышен был только голос гения. Явно говорили о работе. Но вот что — было не разобрать.
Она услышала, как на этаже открылся лифт.
— Но ведь не слышно ничего! — посетовала она вслух, прикладывая к двери другое ухо.
Смогла разобрать только, что речь идёт о кабинете гендиректора, но потом дверь лифта закрылась и он уехал. И тут же стало тихо-тихо. Катрин отодвинулась от двери. Очень хотелось её открыть и посмотреть, что там происходит. Но подлое воображение рисовало картины одну страшнее другой: то Делавиня с надменным взглядом и командой рабочих, как на подбор красавцев; то Энзо с его пассией в праведном гневе; или того хуже — холодного, вечно равнодушного гендиректора. И все они вот прямо сейчас стоят там, за дверью.
— Нет, не буду! — Катрин решительно покатила стол к окну, где на подоконнике были разбросаны её вещи. — Да и терять драгоценное время тоже не стоит.
Подтянула стул и открыла ноутбук, подсоединила свой фотоаппарат к устройству и перенесла фотографии на диск. Ещё раз с сомнением взглянула на дверь. Теперь там активно что-то переносили. Рабочие переговаривались между собой и громко смеялись. Девушка вставила штекер в разъём mp-плеера и нажала на кнопку воспроизведения, беззлобно произнесла:
— Эх, нет на вас Делавиня!
И приступила к работе. Она рисовала, писала, вносила правки, масштабировала, повторно делала замеры, снова рисовала. Нет, она не забыла о том, что произошло днём, но за работой яркость этих ощущений потускнела.
А тем временем на город опустился вечер, а в плеере закончился плейлист. И Катрин наконец перенесла все данные в специальную программу. Устало прикрыла глаза, растёрла виски, сцепила руки в замок и потянулась, сладко зевая. Взгляд упал на окно. Солнце давно скрылось. Наступили сумерки.
Осознав, сколько прошло времени, вскочила и начала собираться. Закрыла ноутбук, положила в сумку, аккуратно собрала все наброски в папку
