– Я, вообще-то, все еще здесь, – заметила я, нехорошо прищурившись.
– И хорошо, что напомнили. Я требую, чтобы вы покинули наше хранилище знаний. Вам здесь не место! Я уже говорила господину ректору, что ваше зачисление – большая, страшная ошибка. Впрочем, ваше существование в принципе большая и страшная ошибка.
– Жилли! – рявкнул Крейг, и моль вздрогнула от неожиданности.
Я же мрачно и нехорошо посмотрела на старуху и заметила:
– Вот даже не знаю, отчего все кругом думают, что я позволю вытирать об себя ноги только лишь на том основании, что я в подавляющем меньшинстве?
– Шаттер, – вздохнул Крейг в тщетной попытке угомонить разрастающуюся ругань, но договорить парню я не дала.
– Я принесу разрешение по форме-4, – гадко улыбнулась я. – Надеюсь, вы не доживете до этого прекрасного момента.
И, развернувшись на каблуках, вылетела из библиотеки. Где мое зелье острого поноса? Я просто обязана, обязана подмешать его этой старой грымзе!
Удивительно, но примерно через пару поворотов меня догнал Крейг.
– Шаттер, стой!
Я сделала вид, что не знаю, с кем он там разговаривает, и забарабанила каблучками сильнее.
– Да стой же! – чуть сердито рыкнул парень, сцапав меня за локоть.
– Что? – нелюбезно спросила я, пытаясь испепелить его взглядом снизу вверх.
Парень смотрел на меня каким-то странным, долгим взглядом и молчал. Я уже хотела выдать что-нибудь эдакое ершистое, но Крейг отмер:
– Я поговорю с деканом, он прочистит ей мозги. И дам тебе знать.
От неожиданного заявления я все ядовитые слова растеряла. Помощь? Серьезно?
– У меня доклад по истории через месяц, – мрачно заметила я.
Крейг кивнул:
– Завтра.
– Что завтра? – не поняла я.
– Допуск будет завтра.
И, не дождавшись ответа, он выпустил мой локоть и направился к лестнице наверх. Мне показалось, или только что светлый маг взялся решать проблемы темной ведьмы? Ущипните меня!
15
В жизни никогда не чувствовала себя настолько дурой, как стоя у доски по предмету с невыговариваемым названием. Педагог, мужчина средних лет, смотрел на меня с искренним любопытством. Так смотрит ученый, обнаруживший новый вид бабочек и раздумывающий, не стоит ли нацепить ее на иголку.
– То есть знаний по сопротивлению материй магии у вас нет? – в третий раз спросил педагог, видимо, не веря собственным ушам.
– Никаких, – честно подтвердила я.
– А что тогда вы тут делаете?
«Стою», – хотелось ответить мне, но кто-то с аудитории подсказал:
– Меняет профессию!
– Похвальное стремление, – покивал препод, и я уже даже почти обнадежилась, что меня отпустят с миром обратно за парту, но не тут-то было. – И возвращаясь к теме урока. Как все-таки отреагирует мрамор на прямое попадание боевого заклинания третьего уровня?
– Да я понятия не имею! – честно и максимально открыто призналась я.
– Ну предположите! Пофантазируйте! – настаивал препод.
– Никак? – предположила я, и предположение это прозвучало предательски жалко.
– Шаттер, ну почему никак-то? – ужаснулся препод. – Включите голову! Она вам дана не только, чтобы эффектно бровку вскидывать.
Каюсь, не удержалась и вздернула тут бровь, приведя тем самым мужчину в бурный восторг:
– Вот, о чем и речь! Ладно, я вижу, что вы девушка умная. Коллеги с кафедры алхимии даже говорили, исключительно талантливая в алхимии. Сделаю скидку на ваше образование… и продемонстрирую этот лабораторный эксперимент!
В тот момент я краем сознания начала подозревать, что мужик передо мной просто красуется и пытается произвести впечатление. Вообще, он был того типажа, на который западают первокурсницы – еще не старый, но уже пообтесанный жизнью. Но я-то явно не подходила под описание впечатлительной юной особы!
Тем не менее на кафедре установили мраморную доску, педагог поддернул рукава и, демонстративно размяв пальцы, что-то швырнул в мрамор.
Не представляю, какой результат должен был быть, но определенно не тот, что получился. Розовая молния срикошетила от мрамора и заплясала по аудитории под визг и хохот студентов. Я бы, наверное, тоже к ним присоединилась, если бы могла повесить на себя какой-нибудь щит. Но внезапно оказалось, что в огромной аудитории я – единственная, кто почти не пользуется магическим резервом по банальной причине отсутствия оного, а веселенькая шаровая молния на всех парах мчится прямо мне в лицо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Какая нелепая смерть», – успела подумать я, прежде чем магический разряд разбился о невесть откуда взявшийся щит.
Аудитория растерянно замолчала, а я почему-то кинула взгляд на Крейга. Парень смотрел прямо на меня, и в ярко-синих глазах плескалась магия.
– Кто поставил поглощающий щит на темную? – то ли удивленно, то ли недовольно спросил педагог.
Студенты молчали, да и я не спешила делиться догадками.
– Шаттер, может, вы сами накинули заклинание? – продолжил допытываться препод.
– Вы издеваетесь? – искренне полюбопытствовала я. Нет, ну серьезно, здесь даже моих скромных знаний хватает, чтобы понять, что для поглощения атаки третьего уровня нужна минимум шестерка в защите.
– Что за тон? – возмутился педагог, видимо, решив, что я больше не выгляжу лакомым кусочком местного любителя свежатинки.
– Тон как тон, – пожала плечами, – а вопрос вообще философский.
У препода даже морду лица слегка перекосило от злости:
– К декану.
Ой, да ладно? Надо было промолчать, но я не могла удержаться:
– Мне ему что сказать: что вы заклинания перепутали или что ошиблись в сопротивлении материй?
– Во-о-он! – рявкнул мужик, для пущей наглядности ткнув наманикюренным пальцем в дверь.
Он еще и белоручка? Потрясающий представитель педагогического зверинца!
16
День так и прошел в череде дурацких занятий и бесполезных уроков. На медитации я, правда, немного подремала, к вящему неудовольствию педагога, но кто ж виноват, что мой резерв не натягивается на перспективы.
И возвращаясь вечером в комнату, полная печальных дум о своей судьбинушке, я никак не ожидала встретить Крейга, подпирающего дверь моей комнаты.
– Привет, – поздоровался Алекс.
– Привет, – растерялась я.
Парень достал из внутреннего кармана пиджака небольшой прямоугольный конверт без опознавательных знаков и протянул мне. Я, не задумываясь, взяла его и вынула плотную бумагу с надписью в правом верхнем углу «Форма-4». Бегло просмотрела текст, утверждающий, что темной адептке Эльзе Шаттер, то есть мне, разрешен полный доступ в библиотеку, за исключением особой секции.
Я подняла глаза на Крейга:
– Спасибо.
– Пожалуйста, – кивнул парень. И добавил: – Собирайся.
– Куда?
– На тренировку.
– Зачем? – искренне удивилась я.
– Бегать, – спокойно пояснил Крейг.
От такого пояснения я пришла в настоящий ужас:
– Зачем?! Рик прекрасно справляется с моим бегом! Мы с ним идеально подходим друг другу!
У Крейга, кажется, дернулся глаз.
– Ты сама должна преодолевать дистанцию. Рик... Не будет носить тебя на себе.
Нет, ну я не полная дура, и понимала, что сидеть на закорках у паладина в настоящем бою такое себе удовольствие, но бег...
– Слушай, ну посмотри на меня, – решила я обратиться к голосу разума светлого мага, – видишь это великолепное тело? – я провела руками, демонстрируя себя в скучном ученическом платье, которое из любой красавицы с фигурой типа «песочные часы» сделает церковную мышь. – Так вот оно в жизни ничего тяжелее мерной ложки не поднимало. А мой максимум дистанции – от лабораторного стола до раковины, если зелье начинает полыхать. Я никогда не стану ни бегуном, ни боевым магом, при всем моем желании.
Крейг как-то лениво шевельнул пальцами, и конверт с допуском выскользнул из моих рук и завис в воздухе издевательски близко и одновременно с тем гадски высоко. Я попробовала дотянуться, попрыгала, попыхтела. В конце концов плюнула:
