Оставалось лишь надеяться, что окончательный диагноз Олега будет утешительным. Пока врач, который им занимался, давал надежду. Утверждал, что у него были пациенты, которые после лечения жили вполне нормально и больше никуда не срывались. Ещё сказал, что такой манией к бродяжничеству страдал, к примеру, Максим Горький. Так что это ещё не самое опасное расстройство, бывает и хуже.
- Но реже,- хмуро произнёс я.
После того, как Лета вышла, я ненадолго задержался. Советовался насчёт Нины. Поможет ли Олежке её приезд или это только усугубит ситуацию?
- Вы знаете, думаю, будет неплохо, если они встретятся, - сказал доктор, который был в курсе того, с чего всё началось. – Видите ли, принято считать, что мужчина – не тот, кто переживает из-за сердечных дел, да и вообще в целом не должен проявлять никакой чувствительности, слабости, оттого мальчикам и не позволяют плакать. Якобы ему самой природой положено быть самоуверенным, в любой ситуации сильным, брутальным, в общем, самцом. А не все же такие. И те, которые отличаются от этого стереотипа, порой начинают думать, будто с ними что-то не так. Так вышло и с вашим другом. Возможно, если он увидит эту девушку, поговорит с ней, то поймёт, что напрасно переживал и боялся не понравиться ей, не оправдать свою мужественность.
- Выходит, он сбежал, потому что побоялся столкнуться с проблемой лицом к лицу? – уточнил я.
- Именно, - кивнул собеседник. –Будемлечить, наблюдать. Не всем везёт иметь такую понимающую семью и такого хорошего друга, как у него.
Почему-то этот разговор заставил задуматься не только об Олеге, но и о себе. Царапнул что-то внутри. Ведь я тоже, по сути, сбежал. А сейчас собирался убежать снова. От Летты. От своих чувств к ней. Потому что считал, что я не подхожу ей.
Но что, если всё не так, как я думаю?..
Подняв взгляд от чашки, посмотрел на девушку. Летта пила чай, от которого тянулся медово-имбирный аромат. Из-за горячего напитка её лицо разрумянилось. Чуть влажные после дождя волосы вились кольцами, обрамляя лицо. Такая милая, домашняя... Девушка, с которой хочется смотреть кино, завернувшись в плед, когда за окном бушует непогода, печь вместе пироги, завести кота, отогреться, открыть ей сердце. Девушка, рядом с которой хочется жить.
Маленькая смешная Летта... Сколько времени я скитался по жизни, добиваясь каких-то высотивстречаясь с другими женщинами, но даже не догадываясь о том, что именно в ней мог бы обрести то, чего мне так не хватало. Тепло, уют. Дом. Настоящее, а не поддельное счастье.
- О чём ты думаешь? – спросила она, оторвавшись от своего чая, и я, как мальчишка, отвёл взгляд.
А если Летте в самом деле нужен другой мужчина? Её ровесник. С безупречным прошлым, а не таким, как у меня. Имею ли я право навязывать себя ей? Задавая себе все эти вопросы, я снова вспомнил слова врача-психиатра.
Я больше не хочу убегать. Хочу жить. Наперекор всемумирудоказать, что можно подняться после любого падения.
- Завтра надо будет опять навестить Олега, - сказал я.
Летта кивнула.
- Да. И родители собираются. Мынужныему. Только, кажется, Олежке становится стыдно, когда он видит маму. Она ведь лечилась от депрессии у того же доктора.
- Ну и хорошо. Значит,начал осознавать. Вспоминать, что у него перед семьёй есть долг и ответственность.
- Жаль, что мы раньше не замечали, что с ним что-то не так, - вздохнула девушка. – Как думаешь, эта Нина... У них с Олегом может что-нибудь получиться?
- Ну, если она не побоится, что он снова устроит что-нибудь в том же духе. Пока говорить рано. Хотя я не ожидал, что Нина всё-таки рискнёт приехать.
- Я тоже не ожидала, - улыбнулась Летта. – Но было бы здорово. Я очень хочу для него счастья.
«А я для тебя». Подумал, но не сказал этого вслух. Не решился. Отметил зато, что взгляд моей собеседницы изменился, её глаза снова блестели, почти как раньше. На это я и надеялся.
Глава 6.3
Глава 6.3
- Вы уверены? – мама прижимала руки к груди, взволнованно глядя на симпатичного доктора, который в своём белом халате казался воплощением надёжности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Абсолютно, - ответил он. – То, чего можно было бояться, не подтвердилось. У Олега есть все шансы снова встать на ноги.
- Спасибо вам огромное! – мы хором поблагодарили его, а, выйдя в коридор, на радостях бросились обниматься.
Олежка, который не заходил в кабинет врача вместе с нами, уже ждал, когда мы заглянем к нему в палату. Он выглядел уже значительно лучше. Чисто выбритый, немного набрал вес. Сейчас я узнавала в нём своего старшего брата, а не того пугающего незнакомца, которого Ник привёз из другого города. Жизнь налаживалась.
Огорчало меня только то, что сам Касьянов не пошёл сегодня с нами в клинику. Под каким-то предлогом отказался. А ещё сказал, что мы с мамой и папой должны идти втроём как семья.
«Ты тоже часть семьи. Самый близкий мне человек», – хотела ответить на это я. Но не решилась.
А вот теперь жалела об этом.
ЕслиНик снова уйдёт из моей жизни, я не выдержу. Просто сломаюсь. И тогда уже меня, как маму не так давно, придётся лечить от депрессии.
За проведённые вместе дни я ещё сильнее привязалась к нему. Узнала с новой стороны. Привыкла к нашим разговорам. Мне хотелось кричать ему: «Не уходи! Не оставляй меня больше!»
Но нужна ли я ему? Ник сильный, он встанет на ноги. Снова построит карьеру, даже если не в боксе. Его опять будут окружать женщины, которые выглядят так, будто только что сошли с обложек журналов. А я – самая обычная студентка журфака с самой обычной работой, и рост у меня далеко не модельный.
Теперь, когда Олег нашёлся, у меня на душе стало легче, так что я тоже понемногу начала возвращаться к себе прежней. Чувствовать прежнюю лёгкость. Снова смеяться, веселить Ника, чтобы вызвать улыбку и на его губах. Но этого было мало. Недостаточно.
Я хотела стать для него кем-то большим, чем была на данный момент.
- Едем домой? – спросила я, когда мы с родителями вышли из клиники.
- И что ты будешь весь вечер с нами около телевизора сидеть? – отозвалась мама. – В кино бы хоть сходила. Позови Никиту, если все подружки заняты.
При этих словах они с папой переглянулись, и он выразительно кивнул. Вот ведь! Неужели о чём-то догадываются?
- Ну, если он сможет... – пробормотала я.
Ник согласился. Я даже не ожидала. Думала, снова выдумает предлог, чтобы не ходить.
Я купила билеты на вечерний сеанс – без всякой задней мысли, просто только в это время в кинотеатре шёл фильм, который меня заинтересовал. Успела заехать домой, принять душ и переодеться. Стоя перед зеркалом в ванной, смотрела на своё отражение, жалея, что не могу увидеть себя глазами Ника.
А ведь это почти что настоящее свидание!
Выходя из квартиры, беспокоилась, не слишком ли я сильно вырядилась. Может, хватило бы обычных джинсов с футболкой? На мне же было довольно короткое платье, перехваченное на талии поясом контрастного цвета. Я уже давно купила его, но надела впервые. Раньше как-то повода не представлялось.
Мы с Ником как-то одновременно, точно договорившись, пришли чуть раньше нужного времени. Завидев в фойе его высокую фигуру, я снова почувствовала себя воздушным шариком, готовым взмыть в небо. Скорее к нему! А то уже оглядываются на Касьянова всякие мимопроходящие барышни. Руки прочь!
- Отлично выглядишь, - поприветствовал меня Ник,и я поборола желание смущённо натянуть платье пониже. – До начала ещё минут двадцать. Чтобудемделать?
- Тут есть неплохая кофейня, - отозвалась я.
Мы посидели в кофейне, где я выбрала латте с мятным сиропом, а он чёрный кофе, а затем купили ведёрко попкорна и отправились смотреть кино. Людей в зале было совсем мало. Промелькнули кадры реклам и трейлеров, и начался фильм.
Он оказался интересным, всё по классике: злодеи там были злы, а героидобрыи благородны. Вот только я больше смотрела на Ника, пользуясь такой возможностью. Каждый раз, когда мы одновременно тянулись за попкорном, наши пальцы сталкивались, и от этого по всему телу словно искорки пробегали.
