Придворные уже заметили присутствие сюзерена и подобрались ближе, предвкушая новый спектакль.
— Уберите её и объясните правила существования здесь, — не поворачиваясь, приказала Лела полуобнаженным девушкам.
— А этого в камеру… Завтра казнить…
Парень побледнел, но молчал, почему-то, наверное, от шока. Лела редко отдавала такие приказы.
Воины из её личного отряда, которые мрачными статуями всегда незримо присутствовали в зале, обезоружили парня и увели под руки.
— Лела, зачем ты так с парнем, молодой совсем. Первый раз здесь — правил не знает, — промурлыкал ей на ухо Рис. — Пожалеем на первое время? Подумает пару недель и вернется в казарму.
— Не ты тут приказы раздаешь, — сквозь зубы ответила Лела, не оборачиваясь.
Приспешник Карающего, как он умудряется так бесшумно подкрадываться?
— Ну, в конце концов, я все-таки главнокомандующий и войска в моем подчинении…
— А я — твою сюзерен, мать твою и мой приказ выше. Только попробуй его освободить, я…
— Что? — криво улыбнулся Рис. — Кинешь меня, как Пустошь? Лапа, я не слабый трусливый магистр домена, одна подобная выходка не завоюет тебе авторитета и не поставит выше меня. Так что ты мне сделаешь?
— Будешь, нарываться я найму, мать твою, убийц, чтобы прикончили тебя. Ты, конечно, опытный боец, но и посильнее имеются.
Одного такого Лела сегодня узнала и никак не могла стереть образ Бранда из головы и то, как он одной рукой, убил насильника. Рис застыл с такой смешной гримасой на лице, что Лела пару раз хмыкнула.
— Лапа, ты мне грозишь расправой? — переспросил он.
— Какой ты догадливый, — скривилась Лела.
— Фу! Как грубо, — буркнул Рис. — Ты, деточка, опускаешься с нами. Прям, одна из нас.
Он с насмешкой коснулся пальцами её щеки, обхватил подбородок и потер большим пальцем нижнюю губу. Лела мотнула головой, освобождаясь от его захвата. Полы плаща разлетелись в сторону, открывая взгляду Риса, растерзанную рубашку.
— Какого? — вырвалось у него и следом рычащее: — Кто?!
Он с такой силой ухватил за плечо, что Лела едва сдержала стон боли.
— Тебе какое дело? — сквозь зубы ответила она.
— Я спросил: кто?
Лелана, наверное, впервые видела его таким взбешенным. И чего он так распереживался? Подпортили игрушку?
— Пусти! — Лелана вырвалась. — Какая тебе разница? Сам говорил, что тебе наплевать, если я пересплю с кем-то другим. Даже если не по своей воле. Тебе-то что?
— Я. Никому. Не разрешу. Касаться. Моей. Собственности!
Лела спокойно посмотрела на его взбешенное лицо и спокойно ответила:
— Я не твоя, Рис, никогда не была ею и не стану. Так что, отвали! Даже если меня все мужики домена изнасилуют — тебя это не касается. Это лично мои проблемы и я сама со всем справлюсь, и с доменом тоже. А будешь мне мешать — я применю против тебя твою же тактику или просто когда-нибудь ты не вернешься домой. А теперь… выметайтесь все отсюда и не забудьте убрать за собой!
— Дура! — выдохнул Рис. — Ну и дура ты! Ни хрена не поняла до сих пор!
Он не позволил ответить, его громкий голос эхом прокатился по залу.
— Вы слышали, приказ! Всем отбой. Выходим и товарищей не забываем! Дамы остаются с уборкой.
— Госпожа… — он поклонился с издевательской усмешкой и отправился пинками поднимать особо невменяемых.
Лелана, пытаясь особо не обращать внимания на то, что творилось вокруг, скрылась в своих покоях, приказав подать что-то на ужин. Скоро прозвучит сигнал — тушить огни. Она останется наедине с искрящимся лунным светом. Лела очень любила отраженный свет Луны. Ночное светило манило к себе, наполняло вены непонятной энергией, в холодном сиянии кольцо магистра светилось на её руке.
Отец говорил, что она наследник сильнейшей магии. Чушь! Если бы это было так, мать не боялась бы отпускать её в замок. Леле не пришлось бы бежать ночью, как какой-то преступнице, не позволяя матери переместить её вместе с братьями в другое подпространство. Она и так, как оказалось, потеряла почти пять лет жизни из-за экспериментов матери со временем. Но вот так, наедине с Луной, Лела почти верила в свое магическое происхождение. Если бы отец успел ей рассказать то, что собирался. Он вывел её из потока, но сам исчез.
Громкий сигнал — тушить огни, рокотом прокатился по деревушке внизу. Решетка на воротах со скрипом опустилась, эхо повторило гулкий удар железа по камню. Всё! Можно отправляться в постель. Лела поменяла помятую одежду на легкие бежевые брюки и шелковую рубашку. Уже давно спала одетой, и забыла слово "платье". В нем драться неудобно и достаточно всего лишь задрать юбки, чтобы получить доступ к телу.
Поглощая холодный ужин, Лела осматривала поверхность забытого Брандом меча. Он уже без бархатного кокона расположился на её постели. Его руны, казалось, вспыхивали иногда, но это игра света. Ночью Лела как сюзерен могла себе позволить свет чадящих факелов. Странный меч… Лела провела пальцем по его клинку. И самое странное, что коричневые пятна — не ржавчина. Лезвие гладкое и отполированное, острое. Кроме того, Лела ощущала, исходящую от меча силу.
Тихий стук в дверь, заставил Лелу подпрыгнуть. Она не выдержит ещё одного столкновения с Рисом. Даже противно думать о том, что он посмеет себе позволить. Её тело до сих пор помнит ласки совсем другого мужчины. Она не сможет больше спокойно воспринимать грубую настойчивость Риса.
— Можно?
Между дверью и стеной показалось лицо… Ольги? Вот так сюрприз!
— Э-э-э! Ну, заходи, — растерянно пробормотала Лела. — Как ты тут оказалась?
Ольга бесшумно прокралась в комнату, аккуратно прикрыв дверь.
— Решетка опустилась за моей спиной, — улыбнулась она. — А если серьезно… я давно здесь, ты просто меня не заметила.
Лела жестом предложила девушке разделить остатки ужина. Ольга не стала отказываться. И по тому, как девушка поглощала еду, Лелана поняла, что она давненько хорошо не ела. Ольга даже не пыталась сдерживаться, запихивалась едой и глотала, практически не прожевывая. Иногда Лелана ловила её извиняющийся взгляд.
— Я могу приказать принести ещё, — спокойно заметила Лела, но Ольга покачала головой, проглотила последний кусок и запила водой из кубка.
— Прости, — краснея, пробормотала она. — Я сейчас в несколько стесненных обстоятельствах. Не смогла удержаться.
— Да, на здоровье, мне не жалко. Я тебя искала сегодня, хотела предложить остаться при моем дворе, если, конечно, тебя порядки здесь не испугают. Тебя, кстати, никто не обидел, пока меня тут не было.
Ольга покачала головой.
— Твой главнокомандующий, Рис, кажется, запретил меня трогать. Я отсиделась в уголке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
