а) Архаично-языческий период, который характеризовался свободным и лояльным отношением к сексуальным проявлениям каждого человека и в то же время строгим табуированием половых взаимоотношений людей (он существовал с момента осознания важности сексуальной сферы для военного человека в древнее время до попыток её регулирования после широкого проникновения мировых религий в общественное сознание);
б) Запретительно-репрессивный период, который связан с активным регулированием сексуальных отношений между людьми, основанных на неравноправии половых ролей мужчин и женщин и жестком влиянии религиозных установок на сексуальное поведение личности (его исторические рамки имеют свое деление по мере развития и изменения доминирующей половой морали в соответствующих сексуальных культурах);
в) Современный период, связанный с организацией институциональной половой социализации и осуществлением сексуального воспитания и просвещения (начиная с конца девятнадцатого века и по наши дни). Это время становления и развития сексологии как науки с соответствующим её влиянием на состояние, развитие и повышение уровня сексуальной культуры военнослужащих.
Ретроспективный анализ каждого из этих периодов позволит раскрыть условия возникновения сексуальной культуры военнослужащих, определить необходимость её изменения и проследить реальные меры по её формированию и регулированию.
2.1. Архаично-языческий период
Согласно изысканиям ряда ученых сегодня утверждается мнение о том, что взгляды на половую жизнь рядового представителя homo sapiens послеледникового периода и современного воина отличаются так же, как и орудия вооруженной борьбы этих эпох. Однако эти различия – как полюса низкого и высокого уровней сексуальной культуры этих людей: от животного и бездуховного – до возвышенного и гармоничного.
Судя по наскальным рисункам, можно предположить, что первобытный человек не был безразличен к сексуальным отношениям. В палеолите и мезолите, на первых этапах развития человеческой культуры, уже имелись представления о регулировании влечения между мужчиной и женщиной, которые связывались древними людьми с жизнью и смертью. Позднее мифы и культы населения почти всех регионов Земли подтверждают, что в тех условиях для своего выживания внимание людей в первую очередь обращалось к таинственным явлениям оплодотворения, сохранения и умножения потомства.
Ни у кого не вызывает сегодня сомнение тот факт, что имитирование спаривания однополых животных, имеющее социально-знаковый характер, – акт вызова или агрессии. «Отпугивающая» сила эрегированных половых органов – демонстрация собственной значимости и своего рода средство защиты от внешних врагов.
В анналах истории по крупицам собираются сведения о нормах и обычаях в половой жизни первобытного общества, тем более сложно трактовать механизм регулирования сексуальных отношений. Воинами в этот период были практически все мужчины рода или племени, и их сексуальное поведение практически ничем не отличалось. Но в наиболее важных и спорных вопросах решающим было мнение коллектива, позднее – старейшины и вождя рода. Воины, наряду с охотниками, земледельцами и скотоводами, представляли собой одну из ведущих «профессий» того времени и пользовались правом обладать желанной женщиной, которая доставалось самому сильному, быстрому и ловкому.
Отождествление половых атрибутов (например, фаллос – стрела, женское лоно – рана, женщина – дичь и т. д.) и самого сексуального действия (брачные отношения – охота) с «военизированными» элементами и охотой отмечает ряд российских ученых. Достаточно вспомнить сказку о «Царевне-лягушке», русскую свадебную лирику и былины о богатырях или калядковый репертуар славян, в котором «добрый молодец едет за куницей (серной, лисицей), а та оказалась девицей». В тюркских языках «АТА» – самец, отец, при «АТ» – стрелять; «АНА» – самка, мать, при «АН» – дичь28.
До наших дней на островах Фиджи всякая женщина добровольно становится жертвой того, кто поймал ее во время состязаний в беге. Р. Тэннэхилл описывает племена, где существовал обычай, согласно которому все мужчины одинакового возраста женились в один и тот же день, причем каждый из них должен был поймать в темноте одну из девушек, которая и становилась его женой29.
Естественные отношения между людьми поощряли сексуальные проявления каждого человека, они выражали наивную радость чисто полового характера, но уже на этом этапе реализм ситуации заключался в установлении племенем (стаей, кланом и т. д.) контроля над биологическими влечениями и приобретал характер объективной необходимости – в борьбе между складывающимися социальными установками и чисто животными инстинктами формировался воин.
Объективная необходимость установления контроля над «животными» чувствами проявилась в различного рода табу – первыми регуляторами инстинктивного поведения. Контроль выражался в коллективной воле рода, определявшей систему запретов и норм, нарушение которых сурово каралось.
Например, инициирование мальчика в племени онабасулу представляет собой анальный гомосексуальный акт или втирание семени. Семя заслуженных взрослых воинов, собранное при ритуальном коллективном прерванном половом акте с женщинами, втирается в сделанные на коже юноши-новичка надрезы. После этой процедуры его подбрасывают вверх. Если он, как кошка, приземляется на ноги – все в порядке, он достаточно силен. Если же падает на колени или на спину, втирание приходится повторять. Кроме анального осеменения и втирания в кожу юноше дают семя с едой и питьем30.
По мнению ряда ученых, табу, запреты и предписания в половой сфере тогда действовали несколько неординарно. Акты оплодотворения, например, не только поощрялись, но и производились демонстративно, спаривание предчеловека происходило при полном равноправии самца и самки. Удовлетворение половой потребности, по образному выражению И. Блоха, «производилось без всяких стеснений, как еда и питье». Не омраченные страхом заражения венерическими заболеваниями женщины отказывались от половой жизни только в период беременности или кормления, а мужчины удовлетворяли свои потребности с другими из них, не задумываясь о нравственных правилах и супружеских обязанностях. Первобытный человек не стыдился своего тела и, считая себя производителем детей, естественно и непроизвольно смотрел на половые органы.
Промискуитет более позднего времени отличает общность владения самкой, но в борьбе с соплеменниками. И опять право выбора оставалось за лучшими воинами. Как правило, именно они возглавляли племена, и заслуги перед родом предоставляли им эту привилегию. Но непредсказуемость полового влечения, выразившаяся в двустороннем избирательно-оценочном аспекте, предполагавшем своего рода определенную вариантность в выборе желаемого объекта сексуальных предпочтений, привела к возникновению сексуальных норм у древних людей с наиболее категоричными запретами в сфере межполового общения.
Ригоризм принудительных браков подавлял свободу половых взаимоотношений, порождая новые, компенсаторные формы возмещения желаемого общения. Некоторые авторы отмечают у первобытных народов пороки, традиционно приписываемые более поздним ступеням цивилизации: гомосексуализм, лесбиянство, половой фетишизм и проч.
Можно предположить, что некоторые из них были популярны в воинской среде. Отсутствие представителей противоположного пола во время набегов на другие народы и племена или в процессе многодневной охоты вынуждало мужчин искать себе формы и объекты компенсации нереализованной половой активности. Но в этот период длительные переходы были еще редкостью, а возможность насладиться победой над противником и его женщинами должна была перевесить.
Появились: проституция, обычаи предоставлять свою жену гостю на ночь, брать чужую жену «внаем». Даже в наши дни у аборигенов Австралии старшие братья предоставляют своих жен для сожительства младшим, ещё не женатым (хочется думать, что это делается в целях совершенствования сексуального воспитания). Но взамен этого получают возможность впоследствии (когда младшие братья женятся) иметь половые сношения с их женами.
Необходимо отметить, что в одних племенах невинность девушки до брака рассматривалась как неспособность привлечь к себе внимание. В других – муж тем больше уважал жену, чем больше у нее было мужчин. Наличие любовных связей поощрялось, а преимуществом здесь пользовались вожди и жрецы. Доходило и до того, что проституирование за материальное вознаграждение становилось нормой: отец считался счастливым и в перспективе богатым, имея красавиц-дочерей. Негры Того с пренебрежением говорят о девственных девушках: «Будь она красива, мужчины пришли бы к ней»
