Если ты не определился со своими чувствами, тогда я не буду дальше рассказывать?
— Рассказывай, дед, а после уж я буду и разбираться.
— Приходилось Василисе тела убитых и осквернённых девушек и женщин хоронить. И во многом зрелище данное нелицеприятное. Кого-то голым приходилось хоронить. Кто-то местами был прикрыт истлевшими лохмотьями. У кого-то тело было покрыто страшными ранами и шрамами. Кто-то сразу умирал, а кто-то подолгу мучился в руках насильников.
Были среди них и свободные, и замужние. Девственницы, познавшие своего любимого, и те, кого силком попользовали. Но были и те, кто после изнасилования отошёл и попробовал с другими. И им понравилось, и они стали этим заниматься, когда им захочется.
Были и дерзкие, и решительные, и тихие. Имеющие обыкновенный простой облик, и те, кто внешне или чертой характера был на особинку. Те, что сопротивлялись, и те, кто сдался. Были среди них и те, что в барском доме служили, и вольные крестьянки. А бывали молоденькие девчушки, ранее отметившие взросление отроду пятнадцать и шестнадцать лет.
Они плакали, рассказывая свою историю. Кто-то о страхе рассказывал во время действия и после, когда ужас наступал с осознанием: «Как она дальше будет с этими воспоминаниями жить?» Были те, кто не хотел делиться произошедшим, у некоторых из них слезы тихонько катились по щекам. Они просили, если оное выполнимо для девушки, отправить их в другой мир, поскольку они устали, находится на земле.
И с первыми, и со вторыми было проще. Василисе стоило провести несложный обряд и в конце прочитать небольшое количество молитв, и душа отправлялась на суд высших сил. Но были и те, кто о мести просил. Тяжело им было с произошедшим смириться. Они были готовы на любую сделку пойти, чтобы осуществить свою месть.
Тьма окутывала собой такие души. От них начинал исходить удушливый запах. Лица призраков искажались злобою. Обида в них засела сильная на судьбу свою, на тех, кто не дал им пожить и счастья своего приобрести. В такие моменты они сами превращались в чудовищ, подобно тем, кто сделал их такими.
Жаль искренне, такие души не оттого, что с ними содеяли, а что, ослеплённые чувством мести, они сами лишают себя шанса на спасение и прощение. Попыталась Василиса как-то донести сие до одной из просительниц, та глазами, полными злобы, сверкнула и свистяще прошипела: «Ты девка, через ту боль и унижение не проходила, тебе не понять всех эмоций, что я тогда испытала».
Тогда чертознайка вновь попыталась объяснить, что одним убийством девушка не обойдётся. Убьёт она тех людей, что с ней такое сотворили, но месть будет препятствовать успокоению жертвы. Вкусив кровь, души частенько теряют себя полностью, становясь на сторону тьмы. Тогда они начинают убивать ни в чём не виноватых людей, затем, что они становятся для них живой ходячей едой. И остановится они не могут.
— Люди заслужили, чтобы их убивали те, кто раньше был из их рода? Они сами создали таких, как мы.
— Тогда и я не могу поступить иначе. Мне придётся вас убивать.
Кто-то, не сумев себя сдержать, охваченный тьмой, нападал на мудреца. Она или кто-то другой, уже не имело значение, хотелось отомстить и причинить большую боль, чем ту, что умершая душа испытала перед своей кончиной. Василиса справлялась с ними сама, но был и момент, когда она отдала поглощённую полностью тьмой душу на съедение своим бесам.
Они быстро расправились с ней. Страшный вой, взметнувшийся в равнодушные небеса. Попытка защитить себя. Но безрезультатно. И части души делят между собой помощники Василисы. Та душа уже не вернулась бы в прежнее состояние, но и нечестью полностью она стать не успела.
Но те, кто ещё мог себя контролировать, рассуждали здраво.
— В эту пору у тебя нет причин для убийства? Я ещё ничегошеньки не совершила.
— Нету, — спокойно соглашалась тёмная знающая. — Но как ты его предоставишь, так и я не буду тебя жалеть.
— А ты не считаешь неправильным находится на стороне тех, кто выдаёт себя за людей? Всё-таки они столько зла делают ближним своим. Посмотри на нас. Мы бы не стали такими, если бы не их поступок. Сотворив зло малое, сломав наши жизни, они привели колесо зла и справедливости в действие.
Ты верно говорила, что кто-то из нас не мог себя контролировать, но те, кто могут, служат мировому балансу и силам, что имеют свои планы на каждого живущего. Тем паче, зачем отказывать себе в удовольствии, убивая кого-то кроме того, мир делается чуточку лучше.
— Значит, по-вашему, из-за малого зла должно судить всех остальных сие они равным образом в чём-то грешны, и это неизбежно.
— Да.
— Но и ваш суд имеет предостаточно минусов, и он, кроме того, не справедлив. Да, среди людей уже нет тех, кто готов жертвовать жизнью ради спасения других, но они стараются меньше грешить и делать то добро, на которое они горазды. И сие не надо отрицать, как акцентировать внимание на сделанном зле.
— Но почему мы, не сделавшие зла людям, должны были пройти через кошмар и боль?!
— У меня нет ответа на твой вопрос.
Василиса понимала: «начни она объяснять о неизбежности, и эти речи ранят и выведут из себя собеседницу, поэтому правильнее сказать что-то нейтральное». За беседой сумерки незаметно сгустились, стало холоднее.
— Каждой из нас надлежит пойти своей дорогой, так что, если силам будет угодно, мы встретимся когда-нибудь ещё.
— Как знать, тёмная, — проговорила собеседница и растворилась.
— По сути, есть то, против чего мы не можем идти и …, — Василиса не закончила фразу, промолчав. Она выдохнула и, развернувшись, отправилась дальше в путь.
— К сожаленью, многочисленные истории не заканчиваются хорошо, а порой имеют и драматический, трагический и болезненный финал, — проговорил Дима.
— Что есть, — выдохнул Егор Владимирович, явно вспомнив что-то из своего прошлого. — Одним везёт больше, а кому-то наоборот.
— Дед, а разве этим несчастным нельзя как-то помочь?
— Когда слабые души охвачены тьмой, они уже не принадлежат себе. Ими управляет голод и отрицательные эмоции, что разрушают их. Ведьмам, колдунам остаётся уничтожить их. Но есть и другой сложный путь.
Те, кто обидел при жизни того человека, должны просить у него прощения. Да, хорошенько так просить. Затем надоть молиться Богу, чтобы он простил за совершённый грех по отношению к этому человеку. Так в раскаяние и молитве обидчики должны прожить оставшуюся жизнь. Иначе душа не простит, не уйдёт, и будит сводить с белого света. И остальные люди могут стать её жертвою.
И пока я не запамятовал, была
