— Ты должна мне доверять, иначе не получишь удовольствие. — Кладу ладони на талию и, сминая ее, целую шею, обжигаю своим дыханием. — Поняла? — Я испытываю колоссальное удовольствие, отчего мой голос наполняет сладостное томление. Ее взволнованность свидетельствует о том, что такой практики в сексуальном плане у нее не было.
— Поняла, — шепчет алыми губками и пробегается по ним острым язычком.
— Выбери то, что тебе нравится на ощупь.
Возвращаю ее руки на исходную позицию, позволяя самостоятельно определиться, какой материал ей наиболее приятен.
Она тщательно и не торопясь трогает каждую веревку.
— Этот, — спустя пару минут поднимает она… крученый джутовый канат. Детка знает толк в этом деле. Я не могу сдержать улыбку.
— Иди за мной и помни о доверии.
Златовласка начинает движение в мою сторону.
— Смелее, — не даю ей потерять направление, усаживаясь на край кровати. — Подойди ко мне, — заманиваю плутовку.
Она вытягивает руки вперед, а я рывком поднимаюсь и привлекаю ее к себе. От неожиданности Кейси вскрикивает. Дыхание учащается, ее грудь лихорадочно вздымается. Я забираю у нее канат. Завожу руки ей за спину, но мне мешает напряжение в хрупком теле.
— Расслабься…
Прислоняюсь к ее затылку, обдавая хриплым дыханием. Скрещиваю ее руки за спиной и начинаю их связывать, подчеркивая тонкие запястья. Обвожу веревку вокруг упругой груди и захватываю хрупкие плечи.
— Это называется шибари, — поясняю ей хриплым от возбуждения голосом.
Связывание выработало во мне твердый контроль над собой и своими желаниями. Но сейчас я готов кончить в штаны от осознания того, что синеглазая стерва в моих руках становится покорной и беззащитной девочкой. Закончив фиксацию рук, наслаждаюсь симметричностью узоров и красотой ровных линий. А филигранность узлов вызывает у меня эстетический оргазм. Очерчиваю пережатые кисти большим пальцем и, развернув златовласку к себе лицом, впиваюсь жадным поцелуем. Ее верхние конечности обездвижены, и сейчас я дразню блондинистую бестию, доминируя над ней. Пробегаюсь языком по ее зубам, а после мягко накрываю манящие губы своими. Посасываю их, но ласку сменяю грубыми укусами, вырывая стон из девичьей груди.
Отстраняюсь. Наблюдаю, как пульсирует яремная вена, как трепыхаются пухлые губки. Как же мне хочется связать ее полностью. Чтобы не могла пошевелиться. Но для первого раза обойдемся только руками. Тем более что для нее заготовлен небольшой бонус. Хотя… можно добавить один момент. Беру еще одну веревку и подхожу к ней. Трогаю бедра, и она послушно раздвигает их. Обвязываю узкую талию, никуда не торопясь и получая удовольствие от самого процесса. Протягиваю веревку между ног, и у красавицы перехватывает дыхание. На мгновение прервавшись, касаюсь ее губ. Она вся дрожит, дыхание сбилось. Рукой обвиваю шею и сдавливаю, одновременно истязая жестким поцелуем сладкие губы. Выпускаю из своего плена, и она большими глотками хватает воздух.
— Как ты себя чувствуешь? — шепчу прямо в рот и запускаю руку ей между ног, надавливая большим пальцем на сладкий бугорок. — Отвечай.
— Х-х-оро-шо, — дрожащий голос будто порхание бабочки.
Она нервно облизывается. А я убираю руку и продолжаю связывать. Сделав сплетение на уровне сладкого лона, протаскиваю веревку и располагаю узел прямо над клитором, отчего златовласка всхлипывает, закусывая губу. Закрепляю веревку на животе и отстраняюсь.
— Иди ко мне, — лукаво подзываю ее. Кейси делает шаг и тут же сжимает бедра.
— Ты… издеваешься?!
— Подойди! — В моем тоне несдержанная грубость. Она выполняет, сильно виляя попкой. Ее рот полуоткрыт и судорожно хватает воздух. Не дожидаясь, пока приблизится, я делаю резкий выпад и рывком бросаю ее на кровать, тут же подминая синеглазку под себя. — Ну так что ты делала в моем кабинете?
Чертовка расплывается в улыбке.
— Вообще-то это наш кабинет, не забыл?
— Не советую меня злить. — Натягиваю веревку, и та врезается ей между ног.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ах… — Она выгибается дугой и закусывает нижнюю губу.
— Зачем взломала систему?
Тяну еще сильнее. Чувствую исходящее от нее возбужденное дыхание и припадаю к груди, втягивая упругий сосок в рот. Стерва извивается, но молчит, даже сдерживает стон, что начинает бесить меня. Отпускаю веревку и отстраняюсь. Пусть помучается в догадках, что будет дальше. Один из плюсов завязанных глаз — это неведение, стократ усиливающее ощущения.
Я достаю из ящика два браслета и вдобавок к ним флоггер — тот самый бонус на случай, если девочка откажется быть разговорчивой. Подхожу, обхватываю ее лодыжки, и она вздрагивает. Поочередно надеваю браслеты на ноги. Хвостами из тонкой кожи дотрагиваюсь до носков и медленно поднимаюсь выше. От прикосновений инородного предмета она начинает ерзать и подрагивать. Останавливаюсь на уровне бедер и отвешиваю легкий шлепок, который заставляет ее вскрикнуть и выгнуться.
— Повторяю свой вопрос… для чего ты взломала систему?
Шлепаю еще раз, теперь уже в области живота, и она резко втягивает его. Стройное тело идеально реагирует на мои действия, но прежде чем трахнуть ее, собираюсь получить информацию.
— Ему нужно было видео одного твоего клиента… — Надрывная речь замирает, когда плеть касается сосков. Я мягко очерчиваю беззащитную грудь и поднимаюсь по красивой длинной шее вверх. Синеглазка извивается, предоставляя мне больший доступ. Я наклоняюсь и, схватив за волосы, задираю ее голову.
— Не вздумай мне врать! — цежу сквозь зубы, касаясь дыханием ее губ.
— Я не в курсе, кто он и зачем потребовался Картеру… не успела ничего сделать…
— Конечно, не успела. Твой хитрый носик полез не туда, куда следовало бы… любопытство сбило его с пути. — Заношу руку для удара, и хвосты флоггера прилетают в область промежности, вырывая из нее звонкий вскрик, а плоский живот начинает лихорадочно колебаться. — Не делай из меня идиота, Кейси. Он легко мог попросить об этом Раймона, а не устраивать весь этот спектакль. — Отбрасываю флоггер и впиваюсь зубами ей в подбородок, сменяя укус жадным поцелуем, а потом надавливаю пальцем на узел, стимулируя измученный клитор.
— Знаешь… — она облизывает пересохшие от возбуждения губы, — я лучше сдохну… от оргазмов, чем от рук… разъяренного Картера, — словно эротическая мелодия разливается по комнате ее осипший голос.
— Первый вариант я могу тебе устроить. — Выпускаю из хватки ее волосы и поднимаюсь, расправляя плечи. Достаю из кармана небольшой пульт, нажимаю на кнопку, и дрожащее тело вновь выгибается дугой.
— Ч-что… — судорожно сглатывает, — что… ты делаешь? — Тон теперь более ровный, но слова все равно звучат с придыханием.
— Показываю тебе, что бывает с теми, кто мне лжет. В эти браслеты, — кончиками пальцев провожу вверх по одному, плавно перетекая на внутреннюю сторону бедра, и там замираю, — встроен электрошокер с низкой мощностью воздействия. — Продолжаю движение вверх и достаточно сильно сжимаю промежность, вырывая из стервочки болезненный всхлип, но после вознаграждаю ласковым поглаживанием. — Я выясню, что твоему долбаному муженьку нужно, даже если ты мне ничего не скажешь.
Она порывается что-то ответить, но я нажимаю на узел, расположенный поверх клитора и вместо слов слышу лишь жалобный стон. Вращаю его круговыми движениями, периодически вдавливая в чувствительный бугорок. Ее живот лихорадит мелкой дрожью, она пытается свести ноги, но я вновь привожу в действие электрошокер и ускоряю движения пальцев. Златовласка выгибает влажную грудь и так громко стонет, будто над ней проводят обряд экзорцизма.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ах… Явор… п-прошу…
Я убираю ладонь с разгоряченной киски, неторопливо развязываю веревки на животе и снимаю их, избавляя от пытки пылающее лоно. Но тут же заменяю руку губами, алчно нападая на сладкие складочки. Следует череда сладострастных стонов, переходящих в крики, когда к ласкам языком присоединяются пальцы. Я ощущаю, как увеличивается ее клитор, сигнализируя о приближении оргазма. Свободной рукой беру пульт и на этот раз жму на кнопку дольше, отчего ее тело начинает биться в конвульсиях, а я только усиливаю натиск, сжимая клитор зубами. Дрожь наслаждения отзывается вибрацией на моем языке, и я впитываю все до последней капли. Вновь вознаграждаю ее чередой нежных поцелуев и отстраняюсь.
