короткое время я смогла почувствовать, насколько уменьшилась нагрузка на все мое тело. Я почувствовала себя такой легкой, как будто тяжелый камень, который тяготил меня все это время, превратился в пушинку.
— Хмм, — забормотал главный жрец, — семь маленьких камней…
Когда я услышала это, я посмотрела на щит. Я увидела, что еще большей стало желтых камней, украшающие край щита. Похоже, они меняют цвет, когда наполняются маной. Таким образом, можно сразу определить, сколько маны осталось в щите.
…Почему мне кажется, что я стала каким-то зарядным устройством?
Я неуверенно убрала руку, которую использовала, чтобы направить свою ману, поскольку различные мысли бегали по моей голове. Я думала, что пожирающая лихорадка — это моя же мана. И было удивительно легко отправить ее, как только для нее появился явный выход…
Пока я размышляла, главный священник посмотрел на меня с обеспокоенным выражением.
— Была ли слишком большая нагрузка на ваше тело?
— Эмм, на самом деле было освежающе. Я почувствовала, что мое тело стало легче.
— …Неужели все так? Значит вы будете выполнять столько освящений, сколько сможете, не подвергая свое тело чрезмерному стрессу.
— Поняла, — ответила я.
Зарядка инструментов для обета называется освящением, вот как? Это кажется довольно легкой работой. Похоже, что самой тяжелой частью моих обязанностей жрицы будут молитвы. Стоять на одной ноге уже достаточно проблематично для меня сейчас. Кроме того, я не смогу держать свои руки в стороне для равновесия. Скорее всего, есть какие-то строгое правила по правильному положение и даже углам рук, и как долго мне нужно будет поддерживать такую позу.
— Ваша последняя задача — читать священные писания и запоминать их содержание.
Он сказал это так небрежно, тихим тоном, но мои уши уловили его слова с совершенной ясностью. Он сказал читать и запоминать, не так ли? На самом деле у меня нет уверенности в моей памяти, но, если я буду читать, то я с удовольствием возьму на себя эту задачу.
— Я сделаю это! Я пойду в библиотеку прямо сейчас!
Я быстро встала, мой стул загремел позади меня, и я подняла сжатый кулак, пытаясь показать ему свою решимость. Однако, он даже не посмотрел на меня. Вместо этого он взял еще один кусок пергамента и просмотрел его.
— Перед этим я хотел бы поговорить о вашем пожертвовании. Пожалуйста, присаживайтесь.
— …Хорошо.
Деньги — это очень важная тема, тем более я объявила огромную сумму, которую я готова пожертвовать. Я была особенно обеспокоена, как я буду платить и к чему это приведет.
— Я полагаю, что вы говорили, что заплатите сумму в одну большую золотую монету…
Когда главный священник посмотрел на меня сверху вниз, я вспомнила разговор, который у меня был с Бенно об этом. Сначала он сказал мне, что гильдия торговцев собирает пожертвования от всех своих членов для всех церемоний, проводимых в течение года, поэтому он никогда не делал пожертвования непосредственно церкви. Затем он сказал мне, что поскольку размер моего пожертвования настолько неоправданно высока, то есть хороший шанс, что я собираюсь привлечь внимание кого-то нежеланного для меня. Лучше составить график платежей, чем сделать всего лишь одно пожертвование. Я настолько некомпетентна в денежных пожертвованиях, что это может принести проблемы всем вокруг меня.
— Эмм, — начала отвечать я, — я сказала, что заплачу, и я могу заплатить, но, могу ли я… эмм, возможно ли, платить по одной маленькой золотой монете в месяц?
— Я не вправе указывать на размер пожертвований, так что вы вправе менять его, но каковы же ваши аргументы?
— Один мой знакомый сказал мне, что пожертвование всей суммы сразу может привести к тому, что люди будут ослеплены такой большой суммой денег и потратят ее без необходимости… я подумала, что было бы лучше спросить кого-то, кто непосредственно управляет финансами храма, как распределяются деньги и на что они тратятся, а затем решить, как мое пожертвование должно быть выплачено, сразу или постепенно.
Я не смогла сформулировать это так же ясно, как и Бенно. Но даже несмотря на то, что я так сильно лила воду, похоже, что главный священник понял, что я имела в виду. Он медленно вдохнул, обдумывая мои слова.
— Пятьдесят процентов наших пожертвований идут на содержание храма, а оставшиеся деньги делятся между священниками в голубых одеждах. Деньги, выделяемые священникам, делятся в зависимости от их социального положения. Говоря, как человек, который управляет непосредственно финансами этого храма, я думаю, что было бы лучше для вас пожертвовать пять маленьких золотых монет вперед, а остальные выплачивать ежемесячно, желательно одну маленькую золотую монету каждый месяц.
— Почему именно такая сумма? — Спросила я, наклонив голову.
Главный священник взял стопку связанного пергамента и протянул ее мне. Когда я посмотрела на нее, то я заметила, что это была часть какой-то книги. Главный священник указал на верх списка, который был на пергаменте.
— В широком смысле, основной доход нашего храма поступает от пожертвований, данных нам господином этой земли, а также от милостынь, которую мы собираем на наших церемониях. Кроме того, семьи священников в синих одеяниях дают храму деньги на содержание. Иными словами, по мере сокращения числа священников в синих мантиях сокращается и наш доход. Сопоставляя все вещи вместе купец, как вы, может понять, что мы в минусе. Кроме того, глава храма поручил мне выжать из вас как можно больше денег, так что, если бы я смог получить достаточно большую плату, то это помогло бы мне выслужиться перед ним.
У меня такое чувство, что он слишком откровенен, рассказывая мне о положении дел, но это очень хорошо для меня, слышать о том, как на самом деле обстоят дела в храме.
— Эмм, отец Фердинанд, а… а это действительно нормально, что вы мне рассказываете всю эту информацию?
— Через несколько дней, это будет уже ваша работа, поэтому я не вижу никаких проблем с тем, что я говорю вам об этом прямо сейчас.
Похоже, что моя помощь с бумажной работой не будет просто заключаться в арифметике, как у Отто. Я должна буду погрузиться с головой во все финансовые дела в этом храме.
— …Я все
