улице.
– Полагаю, вы искали меня не просто так? – спросила я, когда молчание стало причинять неудобство.
Она прочистила горло.
– Может, проще будет обсудить это внутри?
– Магазин закрыт.
Мы долго прожигали друг друга взглядом. У меня возникло ощущение, что Дейрдре Миллер, подобно большинству задир, привыкла добиваться своего и ей ни капельки не понравилось, что я отказываю ей в просьбах.
Могла ли я открыть дверь, чтобы впустить их? Безусловно, и мама сказала бы мне, что это проявление вежливости. Но дух тетушки Юдоры, притаившись в глубине моего сознания, словно голос маленького чертенка у меня на плече, смеялся над тем, как я провоцировала Дейрдре. Именно так я поняла, что поступаю правильно.
Наконец дамочка шумно фыркнула и взглянула на здоровяка, будто он мог убедить меня передумать, но тот не обращал внимания на ее угрюмый взгляд и не проронил ни слова, как и не совершил ни единого действия в мою сторону.
– Хотелось бы узнать, может, вы успели пересмотреть свое решение относительно моего вчерашнего предложения.
Я улыбнулась ей, обнажив все зубы, что, как я надеялась, Дейрдре воспримет одновременно за проявление гостеприимства и предупреждение – этакий сладостно-угрожающий комплект.
– Мой ответ со вчерашнего вечера не изменился. Дом не продается и никогда не будет продаваться, и чем сильнее вы им интересуетесь, тем вероятнее, что я добавлю в завещание строчку, обязующую город превратить особняк в музей после моей кончины.
Понятия не имею, откуда взялась вся эта враждебность, но я устала от Дейрдре и ее неспособности принять мой четкий отказ. Я тешила себя надеждой, что грубость заставит ее осознать, как серьезно я настроена, и Дейрдре оставит меня в покое.
Она ахнула, и я не уверена, притворялась ли она или же мне действительно удалось ее задеть, как и не была уверена, что меня это волнует. Я обладала почти бесконечным терпением по отношению к большинству людей, и мне нравилось считать себя дружелюбной и легкой в общении, но как же тяжело дался мне переход от веселой болтовни с Эми к нескольким минутам в компании Дейрдре, учитывая недостаток сна и переизбыток стресса за последние несколько недель.
– Вы уже посмотрели квартиру? – спросила она. – Не сомневаюсь, она вполне удовлетворит потребности одинокой женщины.
Дейрдре произнесла «одинокой» так, будто это величайшее оскорбление, а не подарок самой себе после десяти лет несчастного брака, заключенного по ошибке.
– Нам с Бобом нужно пространство.
– Мне вспоминается, вы говорили, что живете одна. – Дейрдре нахмурилась, словно пытаясь отыскать смысл новой загадки, которую я ей только что подкинула.
Что лишь подтвердило мою уверенность в том, что они с Юдорой вовсе не были близки. В ином случае ее бы так не озадачило упоминание о Бобе.
– Это кот Юдоры. – Коробка с выпечкой в моей руке начинала казаться тяжелой, а латте, несмотря на то что стакан еще был горячим, все же стремительно остывал, лишая меня удовольствия насладиться им. Хотелось спросить Дейрдре, отчего ей так понадобился Лейн Энд Хаус, будто она действительно могла раскрыть истинную причину, но у меня не было желания затягивать этот разговор ни на секунду.
– Прошу меня извинить. – Прокладывая путь локтем, я протиснулась между ней и здоровяком и, балансируя стаканчиком с латте на коробке с выпечкой, выудила ключи из кармана куртки, умудрившись отпереть дверь только одной рукой. Очко в мою пользу.
– Какой же абсурд. Вы упрямая и глупая юная девушка, раз даже не хотите выслушать мое предложение.
Я оглянулась на Дейрдре через плечо, улыбнулась и ответила:
– Спасибо, что назвали меня юной.
– Постойте! Прежде чем уйдете, этот мужчина…
Затем я захлопнула дверь перед их лицами, не желая знать, что за намеки или угрозы она пыталась донести через безмолвного типа. Я заперла дверь, забрала свои закуски и кофе в кабинет, где мне можно было не обращать внимания на незваных гостей, даже если те решат простоять перед порогом весь день.
Скрывшись в кабинете, я вздохнула с облегчением. Дейрдре меня не беспокоила: невзирая на ее раздражающую назойливость, я понимала, что она не представляет для меня угрозы.
В одиночку.
А вот здоровяк… меня тревожил. Зачем он пришел с ней и почему она так хотела зайти с ним внутрь, чтобы поговорить? Та часть моего сознания, которая пересмотрела слишком много фильмов ужасов и переслушала больше тру-крайм подкастов[12], чем следовало, подумала, что, возможно, Дейрдре планировала запугать меня силой, чтобы я отказалась от дома.
Но более вероятно, что это ее парень или, быть может, даже сильно постаревший сын либо родственник. На вид ему около сорока, но по Дейрдре судить трудно. При первой встрече мне показалось, что ей чуть больше пятидесяти, однако при свете дня она выглядела старше, поэтому тяжело было определить, какая между ними разница в возрасте.
Мне просто не понравилась излучаемая мужчиной аура. Он казался слишком тихим и угрожающим, чтобы находиться там без всякой причины.
И почему Дейрдре не могла смириться с тем фактом, что я не желаю продавать ей этот дурацкий дом? В письме тетушки Юдоры говорилось, что она доставляет неприятности, но ни слова не написано о заговоре, чтобы заполучить дом. Неужели Дейрдре просто ждала, когда Юдора покинет этот свет, прежде чем попытаться вонзить свои когти в ее особняк?
Сильнее всего любопытство подстегивало меня выяснить, почему это так важно. В то же время здравый смысл подсказывал, что следует держаться от Дейрдре подальше. Я решила пойти на компромисс и спросить об этом Эми или Имоджен, когда буду разговаривать с ними в следующий раз.
Я отказывалась верить, что в таком крошечном городке никто не ведает о планах Дейрдре и не расскажет мне, с чем я столкнулась на самом деле.
Кто знает? Вдруг ей просто действительно нужна была карусельная лошадка из подвала.
8
Весь день я провела под завалом бумаг, сортируя почту по стопкам. Здесь нашлись каталоги книг, извещения о предстоящих распродажах, счета, которые, к счастью, еще не были просрочены, и больше открыток с соболезнованиями, адресованных магазину, чем я предполагала.
Судя по почтовым штемпелям, они прибыли из самых отдаленных уголков, таких как Аляска, и со всех сорока восьми штатов, расположенных ниже, и все рассказывали сотрудникам магазина о том, как сильно тетушка Юдора тронула их своей силой духа, советами и добротой, когда они приезжали к ней в гости. Отправители делились тем, как она находила для них идеальную книгу или чай, даже просто неожиданно подставляла плечо, на которое можно было опереться, когда те заходили в магазин, – и все надеялись, что он продолжит работать и без нее.
Закончив просматривать почту, я сложила все счета в аккуратную стопку, чтобы
