— туфли, босоножки, ботильоны.
Дарина помотала головой, выкидывая воспоминания из прошлой жизни из головы. Сейчас это не важно. Она едет на дачу, так что нет смысла даже думать о нарядах. Но рука все равно потянулась к новой футболке — единственной голубого цвета. Она купила ее на той неделе вместе с Женей. С ней ходить по магазинам — просто ад! Подруга не терпит безразмерную, широкую одежду, а Дарина только такую и выбирала. Часто находила что-то в отделе для парней.
— Мы пойдем в магазин при условии, что обходим стороной Bershka, Pull&Beer и… как там эти магазины для подростков называются? — каждый раз возмущается Женя.
— Же-е-еня, — протяжно одернула Дарина подругу. — Нам всего по 28! Мы же не можем одеваться как Пугачева!
— Знаешь, Аллка порой помоднее тебя одевается. А твой бомж-стайл уже достал, вот честно! Ладно бы ты была толстой, как я. Но как можно скрывать такие стройные ноги?!
— Ты не толстая! Твоя женственная фигура нравится парням.
Женя заулыбалась, мол что есть, то есть.
Такой диалог между подругами случался часто. Каждый их поход по магазинам заканчивался ссорой — Женя уходила пить кофе в одиночестве, а Дарина одна возвращалась за понравившейся толстовкой в магазин из категории для подростков.
И вот теперь Дарина немного жалела, что не послушалась Женю в последний раз и не купила тот красивый свитер с открытым плечом. Ей бы пошло! И не сильно нарядно, и не бомж-стайл…
— Ты едешь на дачу, не забыла? — вслух напомнила она сама себе и натянула голубую футболку и черные джинсы с дырами на коленках.
Машинально девушка собрала волосы в высокий хвост, но через минуту стянула резинку. Русые волосы сами легли красивыми и аккуратными волнами.
Она улыбнулась своему отражению и потянулась к косметичке. Вчера она совсем не накрасилась, да и подумать не могла, что вообще ее кто-то увидит, кроме таксиста и знакомых ребят из строительной бригады. А сегодня она знала, кого встретит… Потому она наложила два слоя туши, прошлась кисточкой с румянами по скулам и помазала губы блеском. Естественный и легкий макияж, другой она будто и не умела делать. Хотя в прошлой жизни были и яркий мейк-ап, и накладные ресницы.
Дарина снова помотала головой. Прочь! Прочь из моей головы! Не было у нее такой жизни. Не было дорогих машин, встреч, украшений. Не было брендовых платьев, каблуков с красной подошвой и сумасшедшего нижнего белья. Не было коллекции сумок под разные случаи жизни. «Этого не было, Дарина!!!» — беззвучно кричала она сама себе. И лишь глаза выдавали: «Было…».
Она вышла из подъезда и замешкалась. Уже 10 утра, его машина на парковке стояла на том же месте. Стоп, а с чего она вообще взяла, что он поедет с ней? Они ведь не обсуждали, телефона его у нее не было. Получается, она сама себе придумала, что он и воскресенье проведет с ней.
На часах 10:05. «Вызывай такси», — настойчиво требовала она. Действительно, как ей в голову пришло, что он еще один день убьет ради ее дачи? Ради нее.
10:10. Большой палец нажал на иконку с приложением такси. Она медленно ввела адрес. Также медленно потянулась к кнопке «Вызвать такси». Машина будет через 8 минут. «У него есть 8 минут», — снова пронеслось у нее в голове.
10:15. Она пристально следила за машиной. Либо пробка, либо долгий светофор, но машина не двигалась. Три минуты…
Тут за ее спиной открылась подъездная дверь, на пороге стоял Рома. Взъерошенные волосы, вчерашняя футболка, те же джинсы. Он рассеяно посмотрел на девушку, а затем одним уголком рта улыбнулся.
— Привет. Я проспал, едем? — коротко бросил он ей. Дарина уже хотела сказать, что вызвала такси, отправить его домой, но не смогла. Пришлось отменить вызов.
Рома пошел к машине и даже не обернулся. Она немного напряглась, изменение в его настроении было видно невооруженным глазом. Вчерашняя одежда свидетельствовала, что он, возможно, и не ночевал дома. Был либо в том баре, куда они часто ходят, о чем вчера рассказал Никита, либо у той девушки, которая настойчиво названивала ему весь день и вечер. Вернулся под утро, наверно, поспал пару часов, не успел ни причесаться, ни сменить одежду. Только одно не складывалось в пазл — зачем он все же вышел? Она бы уехала сейчас на такси, он ничего не обещал, а значит, не подвел ее.
А она как дура встала за два часа, чтобы привести себя в порядок. Так тщательно она в последний раз готовилась разве что на собеседование в салон.
Рома уже сидел в машине, когда она подошла и села на пассажирское сидение, кинув рюкзак назад. Молча пристегнулась, он вырулил, не настраивая навигатор. Первые десять минут они ехали в полной тишине. И эта тишина ее убивала. Дарина уже не была растерянной, она была в бешенстве. «Какого черта он себя так ведет? Как будто делает одолжение! Лучше бы вообще не выходил, чем с таким лицом», — внутренний голос не унимался. И злость нарастала с каждым километром.
Тут его рука потянулась к радио. Прекрасно! Вместо того, чтобы поговорить и объяснить свое поведение, он не дает шанса начать разговор даже ей. Ну и ладно! Приедут, она отправит его домой. Пусть катится.
Дарина саму себя не узнавала. В ней будто просыпалась та эмоционально наполненная и своенравная девушка, о которой она и забыла думать. Да, черт возьми, она такая! И пусть последние годы она сама себя убивала и глушила, но она такая! Она не может жить в таком подвешенном состоянии, не может терпеть такое отношение к себе.
Она в который раз мысленно посылала его к черту, когда они подъехали к зеленым воротам ее дачи. Дарина потянулась за рюкзаком, Рома в этот же момент повернулся к ней. Их лица были настолько близки, что она могла разглядеть каждый сосуд в его глазах. «Совсем не спал…», — подумала она.
— Спасибо, что подвез. Пока.
Также коротко, как он поздоровался, отрезала она. Эту фразу девушка отрепетировала по дороге раз пять. Сначала думала высказать ему все, но решила, что не имеет права. По сути, он ничего ей не обещал, мог бы не ехать с ней. Лучше бы и не ехал.
Она вышла из машины и направилась к воротам. Все же не удержалась и обернулась, он тоже вышел и облокотился об капот.
Дарина отвернулась, достала ключ от ворот, слегка дрожащими от злости и его пристального взгляда руками повернула замок и открыла
