Опять лукавит министр: горели, в основном, не дачные посёлки – сгорелидесяткидачных домови целиком деревни – тысячи домов, где у людей погибла их единственная собственность и источник обеспечения продовольствием.
Интересное сообщение:
«Участие в тушении природных пожаров принял премьер-министр РФ Владимир Путин во время визита в Рязанскую область. Глава правительства сидел в кресле второго пилота и управлял забором воды и сбросом её на горящий лес. За время получасового полёта самолёт-амфибия Бе-200ЧС два раза… набрал воду и потушил два очага возгорания.
Полёт Владимира Путина в кресле второго пилота запланирован не был. Глава правительства перешёл из салона самолёта в кабину пилотов неожиданно для сопровождавших его главы МЧС Сергея Шойгу и губернатора Рязанской области Олега Ковалева».
Какие мысли возникают при этом:
– премьер-министр не имел права занимать место в кабине пилотов, куда вход посторонним лицам категорически запрещён (вспомним историю гибели польского президента);
– второй пилот, уступивший ему место, должен был быть сразу же уволенным;
– наши правители удивляются: их распоряжения не выполняются чиновниками, но если сам премьер-министр не выполняет полётные инструкции, чего же тогда ожидать от чиновников?
Телеканалы показали, как премьер обещает жителям сгоревшей деревни Верхняя Верея выделить сотни тысяч рублей и восстановить дома. Затем Путин говорит по телефону с Дмитрием Медведевым, давая ему объяснения по ситуации, «больше похожие на указания» и свидетельствующие о разъедающей страну коррупции, пишет InoPressa со ссылкой на L’Express. Вырезанные кадры, однако, оказались выложенными в Сеть. Ролик начинается громкими криками: «Долой правительство!». Это кричат женщины при приближении к жителям премьера. Обступившие Путина люди с возмущением говорят ему, что властям надо было предпринимать меры раньше, но никто не откликнулся на просьбы людей о помощи.
По подсчётам специалистов, ущерб от пожаров в России может составить около 15 млрд. долларов.
Теперь интересно подсчитать, сколько денег сэкономили чиновники на ликвидации службы лесной охраны? Если считать, что каждый из 70 000 людей лесной охраны получал, допустим, 10 000 рублей, то в месяц это будет 700 миллионов, а в год – 8,4 млрд. рублей. Есть разница?
В результате пожаров в июле-августе в России погибло более 50 человек, сгорело почти 2 тысячи домов, свыше 3,5 тысяч жителей осталось без крова, площадь пожаров превысила 800 тысяч гектаров.
Наступил сентябрь, прошли дожди, казалось бы, пришло время подсчитать потери, но тут полыхнул Алтай. В населённом пункте Николаевка Алтайского края сгорели все 433 дома, в которых проживали 1166 человек.
Президент пообещал погорельцам денежные компенсации и одновременно обвинил в пожаре в Николаевке бездействующих чиновников, появилось сообщение, что первые выплаты погорельцам составили 100 000 – 200 000 рублей на человека.
Министр Шойгу отметил, что несмотря на то, что такая жара – редкое явление в России, мы должны научиться бороться с её последствиями, научиться делать превентивные шаги по защите жилья, объектов экономики.
Алтай показал, что «превентивные шаги» чиновники сделать не смогли.
Как заверил Шойгу, практически во всех населенных пунктах, пострадавших от огня, была грамотно организована эвакуация, где-то люди эвакуировались сами, наверное, тоже грамотно – в сторону, противоположную огню.
Но вернёмся опять к Лесному кодексу.
Пишет А. Ярошенко:
«Новое лесное законодательство максимально облегчило застройку лесных земель, в том числе в защитных лесах…– зелёных зонах поселений, водоохранных зонах и других». Естественно, земли, на которых сгорели леса, после «зачистки» можно будет приобрести значительно дешевле.
Что получается?
1. Предпосылки для возникновения пожаров не побудили руководство страны к принятию превентивных мер, в то время, как начатое в советское время осушение болот, находилось под контролем лесных служб, в демократическое время с уничтожением службы контроля лесного хозяйства была заложена основа для возникновения крупных пожаров;
2. Как следствие неверия в глобальное потепление – нехватка и отсутствие специальной техники тушения масштабных пожаров;
3. Принятие Лесного кодекса поставило лесное хозяйство на грань катастрофы, о чём заранее предупреждали специалисты;
4. В результате,чиновник стал главной экологической опасностью для страны, стал представлять собойглавное климатическое оружие, направленное против страны, и, как всегда за случившееся ответят только мелкие чиновники.
Наказание же нерадивых чиновников будет таким, каким оно описано в сказке Леонида Филатова:
Пусть он выйдет!.. Где он там?
Я сейчас ему задам!..
Я сорву с него медальку,
Да медалькой по мордам!..
В.И. БОЯРИНЦЕВ
О МУЖЕСТВЕ ПРОШЛОМ И НАСТОЯЩЕМ
Слава богу, «ВПК» вспомнил: мужество генералов начинается в мирные дни, с отстаивания собственных взглядов на оборону, Вооружённые Силы и будущую войну (М. Ходарёнок. Бесполезны в мирное и опасны в военное время. «ВПК», №33-2010).
От того, кто не может сражаться за убеждения, и военных побед ждать не приходится! С каким трудом эта истина пробивалась на страницы уважаемой газеты, но утвердится ли, вот вопрос! Семь номеров, посвящённых статье В. Шлыкова «В мобилизационном угаре», пять номеров, устами Марка Солонина повествующие о «трёх планах Сталина», не дают поверить в то, что возмущение «ВПК» не случайно.
У журналиста терпение кончилось, но прикрикнут – и не вернётся ли всё на круги своя? В наше время даже главным редакторам надо иметь мужество почище генеральского! Тем не менее и именно потому приветствуем выступление «ВПК» и ждём продолжения!
Но если уж продолжать, то без выпадов в сторону «отца народов», без которых и Ходарёнок не обошёлся. Со Сталиным можно было спорить. Тому свидетельства не одного Рокоссовского, а множества умных - создателей оружия Победы Грабина и Яковлева, маршала Жукова и адмирала Кузнецова, учёных и великих организаторов производства Курчатова и Королёва, а также других дельных людей.
С вождём было просто специалистам, творческим людям, для которых дело превыше всего, и сложно – лентяям, пустышкам, прихлебателям, занимающим не своё место. Жаль, я не застал того времени, но и в моё кое-какие сталинские традиции сохранились. Могу сравнивать: в 70-е, 80-е годы я, ведущий инженер Тульского НИИ, без проблем попадал к начальникам главков Минмаша, в Госплан, Минстанкопром, к директорам крупнейших заводов.
Да простит меня Стародубцев, но и к нему я не сумел попасть в бытность его губернатором: не в укор ему – такая воцарилась система!
Для делового человека лучше сталинской эпохи не было. Не этим ли объясняется, что в восторге от Сталина были столь разные люди (порой, идеологические противники), как писатели Булгаков и Пастернак или физики Капица и Ландау? Оттого же и Рокоссовский с Мерецковым не затаили на него злобу после ГУЛАГа, а могли бы высказаться после низвержения вождя Хрущёвым.
Но даже Жуков, казалось бы, обиженный в пух и прах, не захотел обливать помоями генералиссимуса. Не потому ли, что в душе сознавал справедливость послевоенной опалы?
Несовместимо со здравым смыслом восхвалять мужество Рокоссовского, независимость его поведения на совещании у Верховного Главнокомандующего, и в то же время подчёркивать, что «возражать «кремлёвскому горцу» было не то чтобы нелегко – просто опасно». Опасно было проиграть доверенную прославленному полководцу стратегическую наступательную операцию «Багратион». Вот это было действительно опасно!
И хотя мужество Рокоссовского, командовавшего единственным фронтом, несравнимо с мужеством вождя, отвечавшего за всю страну, во всяком случае оба мужества – одного порядка. Среди современных деятелей столь мужественных не видно, но о проблеме хотя бы заговорили…
Рокоссовскому автор противопоставил министра обороны РФ в ноябре 1994 г., не решившегося возразить Ельцину, когда решался вопрос о проведении операции против формирований генерала Дудаева. Мол, «на том приснопамятном совещании не выбивали зубы, не ломали рёбра, не расстреливали», однако министр промолчал и принял к исполнению. Около 300 убитых русских солдат за одну новогоднюю ночь! Запад сделал вывод, что «в России отсутствуют Вооружённые Силы, способные вести боевые действия с применением только обычных средств поражения». А с ельцинского любимчика, как с гуся вода! «Паша-мерседес», в отличие от маршала Рокоссовского, знал, что за провал операции ему ничего не будет! Сталин требовал от генералов военных успехов, а Ельцин лишь личной преданности!
