class="p1">— Идти сможешь?
Я снова кивнула.
Медленно мы пошли на выход. На этот раз я шла, не сопротивляясь. Сил не было, такое ощущение, что их кто-то высосал. Мне почему-то было всё равно, что со мной будет дальше…
Мы подошли к огромному чёрному внедорожнику, и мне помогли забраться внутрь. А сделать это было сложно, учитывая пышность юбок. Амирхан сел напротив меня, а двое других мужчин — спереди.
Не отрываясь, я смотрела в окно. Я всё ещё надеялась на чудо.
— На, выпей, — Абрамов протянул мне бокал с янтарной жидкостью.
— Не… — хотела отказаться, а затем поняла, что выпить мне не помешает.
Протянула руку и взяла бокал, залпом выпила содержимое и тут же закашлялась, когда алкоголь потек по горлу вниз. Из глаз брызнули слёзы, а я пыталась отдышаться. Но, стоит отметить, что я немного расслабилась. Заметила, что машина завелась, и мы начали отъезжать от особняка. Паника вновь скрутила меня острыми кольцами.
— Итак, — произнес Абрамов, и я перевела взгляд на него, но сразу опустила глаза, уставилась на свои руки. — Как тебя зовут?
Я понимала, что нужно отвечать.
— З-Зарина, — отвечаю, заикаясь.
— Сколько тебе лет?
— Двадцать.
Чувствую, как взгляд Абрамова блуждает по моему лицу, по телу, задерживается на изгибах. До боли сжимаю кулаки. Какой ублюдок. Рассматривает меня, словно я какое-то животное. Но я молчала. Пусть смотрит, только не трогает. Что он вообще хочет от меня? Зачем я ему? Что будет с Назие и девочками? Что будет со мной? Будет ли он меня обижать? Я помню, что Назие сказала, что есть вещи хуже побоев… Только не это. В голове столько вопросов, но ни одного ответа. Я хотела спросить, но жизнь с дядей научила меня не задавать лишних вопросов, чтобы хуже не было. Нужно выждать подходящий момент. Нужно быть умнее.
— И что Карим нашёл в тебе? Что в тебе такого ценного? — спрашивает, словно сам у себя.
Я быстро поднимаю глазу и вижу, как Амирхан, не мигая, смотрит на меня. И мелькает дурная мысль. Ему нравится то, что он видит?
С переднего сиденья доносится смех.
— Да она, наверное, в постели круче, чем Миа Халифа, понятно, что нашёл! А всё самое ценное — между ног, — и снова мерзкий смех.
Я едва не задохнулась от возмущения. Меня до глубины души оскорбили эти слова. Я хотела выцарапать глаза этому козлу и отрезать его поганый язык! Какое он право имеет разговаривать со мной в таком тоне? Кто давал право? Меня уже было не остановить и плевать, что будет дальше.
Я уверенно посмотрела на Амирхана и холодно спросила:
— И ты позволишь так им разговаривать со своей… Женой?
Глава 7
Амирхан
Все дороги расследования вели к Кариму Аязову. Молодому выскочке, которому досталось всё от отца. Я слышал про него, про то, что он наглый и борзый, но не придавал значения. Как оказалось, зря.
В последние недели жизни Даян расследовал систематические потери оружия. И всё было спрятано на виду. Списывалось всё на брак, но в утиль так и не доезжало. Наша семья контролирует поставки и сбыт оружия в нашем регионе, мы сотрудничаем со многими странами и частными компаниями. Ведём легальный и нелегальный бизнес. Всех не проконтролируешь, но Даян нашёл связь. По его подсчетам, в год воровали на внушительную сумму. И что-то мне подсказывало, что эта схема живёт не первый год.
Да все воруют, если есть возможность, то надо брать, только последний идиот не воспользуется шансом, но убить моего брата, бросить, как безродного пса в мусорный бак. Ублюдки должны были знать, что моя месть будет жестокой.
Исхак нарыл документы Даяна, и брат чётко описал схемы, и в центре стояло имя Карима Аязова. Урод вовсю устраивал свою личную жизнь, жениться собрался, а меня на свадьбу не позвал, но ничего, я появлюсь без приглашения. Но, видимо, кто-то предупредил крысу, и тот сбежал, оставил вместо себя свою шавку Дилявера Сардарова. Я вышиб мозги уроду. Меня такой чернотой накрыло, когда он начал открывать свой поганый рот. Нажал на курок, и ничего не ёкнуло в груди, я сделал миру одолжение, пристрелив эту тварь.
А потом её увидел. Невесту Аязова. Стояла у алтаря, словно ангел. Ниже на полголовы, лица не видел, лишь фигурку тоненькую. Стояла, дрожала, но смела дерзить. Содрал к чертовой матери фату и завис. Красивая. Она охренеть какая красивая, как ненастоящая, до рези в глазах, словно удар в солнечное сплетение. Точеные скулы, пухлые греховные губы с родинкой над верхней, длинные ресницы, словно бархатные, и глаза огромные карие, в них застыл испуг вперемешку с вызовом. Ей двадцать, а я старше почти на целую жизнь.
Я сам на себя разозлился. Какого хера любуюсь невестой ублюдка? Она такая же! Холодная, расчётливая сука. А потом старик заговорил о долге чести, я послать его хотел куда подальше, заткнуть, чтобы больше не смел рот открывать. Моя месть ослепляла меня настолько, что я готов слать лесом обычаи и устои. Сам не знаю, как сдержался, меня просто молнией пронзило от догадки. Я слишком хорошо изучил жизнь Аязова, а значит, эта девушка важна для него. Я заберу её, и он сам придёт ко мне. Наиль пытался отговорить меня, но я всё уже решил.
— И ты позволишь так им разговаривать со своей… Женой? — разносится по салону звонкий голос девчонки.
Я сжал челюсть. Жена. Меня полоснуло по сердцу острым кинжалом воспоминаний. У меня была уже жена, а эта девушка — не смеет себя так называть. Она — никто, пустышка. Разменная монета в поисках убийцы брата. Но она права в одном — никто не смеет так с ней разговаривать.
— Машину останови, — сквозь зубы процедил.
Охрана тут же остановила автомобиль.
— Повторю один раз. Это Зарина Абрамова, моя законная супруга. Всё, что только что ты сказал ей, ты сказал и мне, — видел, как охранник побледнел, он только что понял, что наделал.
— Простите, я не знал. Я приношу свои извинения, больше никогда я не проявлю неуважение.
В машине повисла тишина. Я дал Зарине самой решать, что делать. Девушка выпрямилась и кивнула.
— Я принимаю извинения.
— Из машины вышли, — произнёс я очередной приказ.
Охранников сдуло из машины. Мы остались с девушкой одни.
Девушка отвернулась к окну, а я рассматривал ее точёный профиль, аккуратный нос, пухлые губы, тонкая шея.
