с разбойниками? Зашивала его раны, стирала в горном ручье его одежду, готовил на костре пищу? Да, торговая хватка у него есть, - тут он поморщился и слегка пожевал губами, - но не в этом его призвание. А тебе нужен кто-то твоего круга, кто-то, кто сможет стать партнёром в нашем деле.
- И кто же?! - взвизгнула она, - Свен, «сладкоголосый»? Фендал охотник? Или, быть может, Эмбри? А? Как тебе?! Или может вообще, бродяга какой-то?!
- Камилла, угомонись. Мы всё это потом детально обсудим, не видишь, у нас покупатель!
- Кхххммм… И в самом деле. - произнёс я, краем глаза посматривая на бабёнку. - Есть у вас какая-нибудь одежда по-проще? Я какое-то время поработаю тут, на лесопилке, и не хочу портить свою повседневную.
- Хорошая ткань. - оценил торговец, - А вот фасон незнаком. Где такую шьют?
- Понятия не имею. - соврал я пожав плечами. - Помню, вроде как, плыл по реке на плоту, на порогах он развалился и меня по затылку ударило бревно и отшибло у меня всю память. Вот, даже язык пришлось заново учить…
- Какая знакомая история… - с лукавой улыбкой произнесла (как её?) Камилла? - Да и акцент очень похож…
- И в самом деле. - согласился торговец. - Извините, забыл представится. Лукан Валерий, владелец этого магазина, а это моя сестра, Камилла Валерия.
- Очень приятно. - произнёс я, легко кивнув ему. - Вдвойне приятно… - повторил я этот же жест, по отношении к Камилле. - Зовут меня Владимир Полозков, можно просто Влад.
- Имя редкое, не с кем не перепутаешь. - ответил Лукан. - А теперь давайте посмотрим, что я могу вам предложить из одежды…
Пока Лукан распинался, нахваливая свой товар (редкостную дерюгу, надо сказать), я опустил руку вниз, ниже прилавка, где он не мог видеть, и положил ладонь на бедро Камиллы. Та молча стрельнула глазками, еле заметно улыбнулась, а на её щеках проявился лёгкий румянец.
* * *
- А это что за грабля? - удивлённо спросил я, разглядев сбоку, нечто похожее, только вот изготовленное, судя по всему, из золота.
- Что вы, что вы! - вспыхнул Лукан. - Это древняя реликвия, Драконий коготь! Наша гордость! Ей по меньшей мере четыре тысячи лет! Некоторое время назад она… покинула нас, но с сегодняшнего дня снова занимает своё почётное место в нашем магазине! Вы хоть в одной лавке Скайрима видели что-то подобное?
- Нет, - честно ответил я, - ни разу. Только у вас.
- Вот именно! - восхитился продавец. - Слава о “Ривервудском торговце” уже идёт по всей провинции, а дальше…
- Ривервуд переименуют в Нью-Ривервуд, он станет новой столицей Владения и сюда переедет Ярл, чтобы быть поближе к Когтю. - с иронией продолжил я его излияния.
- Ну… Да, как-то так! - чуть опешив согласился он.
- Но давайте пока вернёмся к моим покупкам, - сменил тему я, - сколько вы там хотели за этот комплект?
Поторговавшись и сбив около трети от цены, я, незаметно от Лукана перекинулся взглядами-жестами с Камиллой. Выйдя на улицу, я завернул за угол, чтобы не маячить перед дверью. Прошло минут пять, как из магазина выскользнула Камилла, и, воровато оглядываясь свернула в переулок между домами, где её уже поджидал я.
Я, конечно, как пионэр - всегда готов, вот только это было не то время и место. Совсем немного поворковали о том, о сём, и забили стрелку в полночь у неё за домом. Дама беспокоилась о репутации. Это в большом городе никому нет ни до кого никакого дела, а тут, в деревне, обсуждение и осуждение своих ближних, можно сказать, "национальный вид спорта".
После, я вернулся в трактир, и, поскольку время было обеденное, плотно перекусил и завалился на свою койку с набитым пузом - переваривать съеденное. А жизнь-то налаживается!
* * *
Проснулся я ближе к вечеру, когда в трактире, полсе окончания дневной работы, начал собираться народ. Разговоры, да и поведение - один в один, как и у простых работяг из моего мира. Тупые хохмочки, подколки, а из целей в жизни - наестся от пуза, нажраться хорошенько бухлом и спать. И так изо дня в день. Деревня…
Если переодеть их всех в засаленные ватники, камуфлированные штаны, что ещё Брежнева помнят, обуть кирзачи, да заменить местную брагу на дешманское пиво с самогоном, выйдет прям картина маслом: «Ужин трактористов в колхозе Путь Ильича».
За культурную программу отвечал некто «Свен». Малый чуток посообразительнее прочих, поскольку смекнул, что драть горло и перебирать струны не так напряжно, как таскать тяжести весь день.
Весь вечер он бряцал незатейливые мелодии на своей бандуре и раза три, или четыре, когда ему платили, затягивал донельзя воинственно-пафосные, прости Господи, песни, которые вразнобой подхватывала порядком захмелевшая местная братия.
Я ни на еду, ни на выпивку особо не налегал. Как ни как, свидание-с на носу, надо быть в форме. Да и вообще, опускаться до уровня местного быдла… Когда народ принялся расползаться из под лавок в сторону кроватей, я, для маскировки покачиваясь вышел наружу, якобы, для того, чтобы отлить, а сам, под светом местных лун дворами направился к дому Камиллы.
Так, я на месте, а дамы пока нет. Понятное дело, классика… Впрочем, тут вообще с пунктуальностью всё очень запущенно. Когда проснулся - тогда и утро, есть захотел - обед. Если нужно точнее, то днём время определяют по солнцу с точностью плюс-минус полчаса, а ночью, каким-то образом по лунам. Ходят они по небу вразнобой, каждая по своим законам, но аборигены с детства привыкши и как-то во всём этом разбираются.
Пристроившись за поленницей, дабы лишний раз не отсвечивать, я принялся ждать. Хорошо, хоть, не зима… Хотя ночи тут нельзя сказать чтобы жаркие. Но это дело поправимое, подумал я и тихонько хихикнул. Развлекаясь таким вот образом я прождал около часа, пока не услышал, как дверь дома тихонько скрипнула и послышались осторожные шаги.
- Ты тут? - прошептала Камилла?
- Тут, тут. - проворчал я, вылезая из-за поленницы. - Давно тут…
К моему лёгкому разочарованию свидание прошло достаточно невинно. Посидели на скамеечке под звёздами, подержались за руки, поговорили. Говорила, впрочем, больше она, чем я. Что особого я мог сказать, учитывая мою легенду? А вот ей рассказать было что.
Да тут любому,
