Только вот целовать меня никто и не собирался. “Мелированный” пристально уставился в мои глаза своими бледно-голубыми гляделками, в которых я отчетливо смогла рассмотреть быстро разрастающиеся ярко-белые язычки пламени, столь близкое созерцание которых заставило меня зябко передернуть плечами. Не знаю, может быть мне и показалось, но ощущение резкого порыва холодного воздуха, совершенно неожиданно повеявшего на мое лицо чуть ли не довело меня до инфаркта. Охренеть просто! Да что со всеми этими странными мужиками за ерунда такая непонятная происходит?! Ведь точно такие же, хотя более яркие и объемные огоньки, я только что имела “удовольствие” наблюдать в глазах быстро покинувшего нас длинноухого “дядюшки”. И как можно было рационально объяснить подобный феномен, мне даже в голову не приходило.
— Даже та-аак… И правда. Ты все-таки не Айлари.
Тяжело вздохнув, мужчина оторваля от своего увлекательнейшего пристального изучения моих глаз и посмотрел на меня уже обычными, но ставшими какими-то невероятно усталыми, сразу же потускневшими глазами. — Ну что же, хочу тебя огорчить… Анна. У тебя появились проблемы. Большие такие проблемы.
— Да поняла уже. Не дура… — зло фыркнула я и выжидающе уставилась на своего блондинистого надсмотрщика в ожидании продолжения этого полностью бредового разговора.
— Хорошо, что поняла. И то что ты не дура уже легче. Значит теперь мы можем поговорить и серьезно.
— Только об этом и мечтаю… — буркнула я и, под шумок все же распутав стягивающее меня одеяло, устроилась на подушках как можно удобнее.
— Я так полагаю, что жить ты хочешь… Анна? — Смотря на меня в упор, чересчур серьезным для шутки тоном поинтересовался у меня этот сумасшедший ролевик.
— Глупый вопрос. Конечно хочу. — отвечаю настороженно, а в голове тут же вихрем промчалась стая очень даже пессимистичных мыслей, основные из которых заключались в том, что дело начинает приобретать для меня весьма печальный поворот. Неужели меня все-таки похитили? Для чего? Если ради выкупа-то это вообще полнейшая ерунда. Папочка меня действительно любит просто до безумия, так что раскошелится ради спасения единственной дочери даже не задумываясь. И значит, не все так страшно, как я боялась изначально. Как действовать в подобных обстоятельствах меня неоднократно инструктировали начиная еще с самого раннего детства. А именно: при похищении сидеть тихо, не делать глупостей и терпеливо ждать, пока папочка разберется со всеми “плохими дядями”, посмевшими обитеть его маленькую “принцессу”, и не спасет меня сам. Ну или, скорее всего не сам, а при помощи людей, специально обученных для решения подобных проблем. Но все это было уже не столь важно. Основным моментом всех этих лекций являлось то, что мне ни в коем случае не советовалось злить своих вероятных похитителей и незамедлительно соглашаться на все их требования, что я теперь и собиралась сделать. Тем более, что похитители мне достались довольно странные…
Только вот я все равно не понимала, к чему тогда был затеян весь этот глупый маскарад? Ведь даже не смотря на парики и нарощенные уши, лица похитителей я смогла бы узнать довольно легко. Потому что никакого особо толстого слоя грима на них я не увидела, хотя имела возможность рассмотреть их физиономии с довольно близкого расстояния. И это внушало определенные опасения… Поскольку то обстоятельство, что впоследствии, после моего освобождения, я смогла бы довольно легко опознать всех этих длинноухих неадекватов, навевало очень нехорошие перспективы…. А именно такие, при которых оставлять в живых вполне реальную угрозу для их дальнейшей безбедной жизни, моим похитителям было совсем не с руки. И это означало, что следовать инструкциям о том, что нужно сидеть молча и не дергаться, в данном случае было бы просто глупо.
— А если хочешь жить, то сейчас, Анна, ты выслушаешь все, что я тебе расскажу. Очень внимательно выслушаешь и постараешься все это как можно быстрее осознать и тщательно запомнить.
И рассказал же! И по мере этого его рассказа глаза мои становились все больше, а челюсть все ближе к полу, на который вот-вот грозила упасть, отвалившись окончательно. Образно говоря…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Да лучше бы меня и на самом деле ради выкупа похитили… Чем вот ЭТО все выслушивать! Может быть, мне все-таки устроить истерику с битьем посуды? Все-таки не каждый день мне рассказывают абсолютно нереальные сказки о том, что непонятно каким образом ты вдруг оказываешься в совершенно чужом мире, в чужом теле, и по самые уши в неприятностях этого самого тела. К тому же тела самого что ни на есть эльфийского происхождения. Ну, почти что эльфийского…
Ведь Айлари, чье тело помимо воли я заняла, как оказалось из дальнейшего бредового рассказа длинноухого мужчины, была не чистокровная светлая, а всего лишь никому особенно не нужный, презренный смесок. И за это нужно было сказать спасибо безвременно почившей маман этого тела, которая легкомысленно нагуляла меня вне брака от какого-то залетного демона, прибывшего в Светлый Лес с составе очередной дипломатической миссии. И еще…
ТА-ДА-ДАМ! Моя местная мамочка, как следовало из рассказа этого невозмутимого, вполне натурально играющего свою роль сказочника, являлась местной эльфийской принцесской, родной сестрой моего самого последнего из посетителей. Того самого, чьи ярко полыхавшие белым пламенем глаза, ввергли меня в состояние самого настоящего культурного шока. Ну и, честно говоря, довольно сильно напугали.
В общем говоря, выслушала я весь этот дикий бред молча. И только лишь в самом конце этого короткого, но весьма впечатляющего своей бурной фантазией рассказа, я задушевно посоветовала мужчине обратиться в ближайшую местную психушку, причем, немедленно. И со всеми своими псевдо "эльфийскими" друзьями в придачу.
Хорошо, что я барышня не особо впечатлительная. Потому что при виде моего собственного, извивающегося в пальцах "лекаря" хвоста, который он подсунул мне под самый нос в качестве доказательства правдивости этого дикого рассказа, в обморок я не упала. Хотя и очень хотелось это сделать… А вместо этого, я всего лишь с горестным стоном уткнулась носом в колени и тихонечко завыла. Только вот почти сразу же замолчала, с большущим недоумением рассматривая открывшееся моим глазам зрелище.
— Это еще что такое за хрень? — как-то истерично взвизгнула я, недоуменно подцепив двумя пальцами лежащие на моих бедрах волосы. Длинные, шелковистые, слегка вьющиеся и… БЛОНДИНИСТЫЕ! Мои собственные. Не нарощенные. И это я поняла сразу же, как только со всей силы нервно дернула за прядь сжатую в своей ладони. Больно-о-оо! С тихим стоном пытаюсь потереть кожу над виском, огнем горящую от моего непродуманного действия, и натыкаюсь….
— Какого хрена?! Уберите это от меня! Немедленно-оо! — переводя отчаянный взгляд на вытаращившегося на меня белобрысого, и осторожно, недоверчиво ощупывая свое собственное ухо…. Или же… Не свое? Нет, оно явно не мое! У меня такого безобразия никогда раньше не было! Тяну за него, за самый его кончик… Гадство!!! За очень длинный для нормального уха кончик, и окончательно понимаю, что я конкретно встряла. НО КАК, МАТЬ ВАШУ, ЭТО ВСЕ СО МНОЙ ПРОИЗОШЛО?! ПО-ЧЕ-МУ?!
Да я уже готова была поверить не только в другой мир, но даже в зеленых человечков с Марса, лишь бы все это нереальное безумие прекратилось, и я стала точно такой же, как и была. Где ключевые слова из всего этого были бы "ТОЧНО ТАКОЙ ЖЕ". Пускай даже опять лежащей с окровавленной головой на капоте отцовской машины и… Умирающей? Ну уж, нетушки! Повторно умирать я не хочу. Один раз уже пробовала и мне это дело совершенно не понравилось. Я жить хочу, пускай даже и с этими… Ушами и волосами. БЛОНДИНИСТЫМИ! НЕНАВИЖУ ЭТОТ ЦВЕТ! Остригу и окрашу при первой же подвернувшейся возможности.
Не зря же я почти всю сознательную жизнь, чуть ли не под " ноль" состригала свою собственную белокурую шевелюру, и окрашивала ее во все возможные и даже не очень цвета. Лишь бы меня с мамочкой моей любимой но, весьма недалекой блондинисто-гламурной штучкой, каждую секунду все кому не лень не сравнивали и не считали меня точно такой же, как и она. Красивой, но совершенно безмозглой куклой…
