Читаем без скачивания Кошмар Гримстоунских болот - Бэзил Коппер

Мой компаньон бросил на меня одобрительный взгляд:

— Или, выражаясь проще, правда глазами Тобиаса Джессела против диагноза доктора — белая горячка.

— Вы, возможно, правы, Понс, — заметил я. — Но признайтесь, вся эта история выглядит довольно фантастической. Если бы слова Джессела не подкрепляло свидетельство Гримстоуна и его племянницы, вы бы его даже и слушать не стали.

— Очень может быть, Паркер, очень может быть, — с улыбкой согласился Понс.

И потом вплоть до самого отхода ко сну он уже более не возвращался к предмету нашего разговора.

VII

На следующее утро я проснулся довольно рано, чувствуя себя бодрым и отдохнувшим, и обнаружил, что за окном стоит густой белый туман. Я быстро оделся и спустился в обеденный зал гостиницы, где было тепло и уютно. Несмотря на ранний час, Понс уже сидел за столом. Вид у него был весьма энергичный. Сердечно поприветствовав меня, Понс сказал:

— У нас впереди много дел, Паркер, поэтому я посоветовал бы вам хорошенько подкрепиться.

Он уже почти расправился с внушительной порцией бекона, почек и яиц. И я, не теряя времени, к нему присоединился. Я с удовольствием прихлебывал обжигающий кофе, как вдруг неожиданно заметил молодого Найта, сидевшего неподалеку. В зале, кроме нас, были еще постояльцы, уже полностью одетые и явно собиравшиеся уходить.

— Какой-то странный наплыв посетителей, Понс, — заметил я, не скрывая удивления.

— А почему бы и нет, Паркер. С вашего позволения, ежегодный групповой поход по болотам. Я просто восхищен смелостью своих соотечественников, — усмехнулся Солар Понс.

— А как нога нашего друга, Понс? — поинтересовался я.

— Все еще его беспокоит, хотя стало намного легче.

Я с удовольствием взял горячий тост с маслом, который нам подал пожилой официант, обслуживавший нас накануне, и заказал еще кофе в кофейнике.

— Какие у вас планы на сегодня, Понс?

— Горю желанием еще раз побывать на болотах, Паркер. Нет ничего лучше проникновения в суть нашего таинственного дела.

— Все это очень хорошо, Понс, — пробормотал я с набитым ртом, — но разве местные не говорили вам, что болота чрезвычайно опасны.

— Именно поэтому я и хочу туда пойти, — ответил Понс. — Здравомыслящий человек всегда принимает необходимые меры предосторожности, и я уже приобрел у нашего милейшего хозяина крупномасштабную карту местности.

— Понимаю, Понс. Надеюсь, вы знаете, что делаете.

Солар Понс загадочно улыбнулся:

— Думаю, с картой я как-нибудь разберусь. А ваши отличное зрение и армейский опыт будут просто незаменимы. Вы захватили с собой револьвер?

Я удивленно посмотрел на Понса:

— Он в моем чемодане наверху.

— Предлагаю сходить за ним сразу после завтрака, мой дорогой друг.

— Вы ведь на самом деле не думаете, что днем нам что-то угрожает, Понс? Насколько я понимаю, этот призрак появляется исключительно по ночам.

— В Библии что-то сказано об ужасах, творящихся при свете дня. Так что мне будет гораздо спокойнее во время нашей экспедиции на болота, если у вас будет при себе револьвер.

— Ну, в таком случае обязательно его захвачу, Понс.

— Отлично, — заявил Солар Понс, не переставая наблюдать за жизнерадостными любителями пеших походов, расположившимися за соседними столами.

— На карте я нашел тропу, ведущую прямо в сердце Гримстоунских болот и начинающуюся недалеко от дороги на насыпи к дому старого Гримстоуна. Предлагаю начать наши изыскания именно с этого места, а попозднее, может, и заглянуть к Гримстоунам. Вдруг случится невероятное, и он угостит нас ланчем!

При этих словах я слегка помрачнел, что не ускользнуло от внимания Понса, который лукаво улыбнулся и добавил:

— Пошли, Паркер! Все не так плохо. В любом случае это нам по пути и мы всегда можем, если понадобится, вернуться сюда.

— Как пожелаете, Понс. Я в вашем распоряжении.

— Тогда допивайте свой кофе, и вперед! — скомандовал Солар Понс.

Выходя из обеденного зала, мы прошли совсем близко от молодого Найта, который уже вставал из-за стола. Я поднялся в свою комнату, тепло оделся и, ощущая успокаивающую тяжесть револьвера под мышкой, спустился в холл гостиницы, где меня уже ждал Понс.

Найт как раз направлялся в свою комнату. Он все еще хромал, хотя и не слишком сильно. И я даже поймал сочувствующий взгляд Понса, когда молодой человек наконец одолел лестницу. А пару минут спустя мы уже вышли на улицу, в холодное промозглое утро. Туман слегка рассеялся, но все же стелился вдоль одинокой дороги, которая вела через болота в сторону поместья Гримстоунов. Мы шли в полном молчании. Каждый был занят собственными мыслями. Наши шаги эхом отдавались от скованной льдом дороги. И снова при виде этих безрадостных равнин на меня накатил острый приступ уныния. Даже Понс казался непривычно задумчивым. Он сосредоточенно шел вперед, оставляя за собой клубы сизого дыма.

Мы уже прошли полпути до насыпи, соединяющей дом Сайласа Гримстоуна с проселочной дорогой, когда услышали впереди стук копыт и едва различимые голоса. Понс взял меня за руку, заставив остановиться; его тонкое суровое лицо застыло в напряженном внимании.

— Постойте, Паркер! Лошадь и телега. Судя по звукам, пять человек.

И действительно, уже две минуты спустя из тумана материализовались призрачные фигуры, совсем как негативы, преображающиеся в ванночке фотографа. Гнедая лошадь, пробиравшаяся сквозь белую мглу, везла простую телегу. Обитые железом колеса громыхали по обледеневшей дороге. Мужчины, с которыми мы столкнулись, были без головных уборов, и мы сразу поняли почему: жесткие контуры грубой парусины на телеге говорили сами за себя.

Я взглянул на Понса, мысленно отметив, что и на сей раз он оказался совершенно прав: телегу сопровождали пять человек. Из-под заиндевевшей парусины торчали тяжелые башмаки.

— Доброе утро, мистер Понс! Боюсь, начало дня у нас не слишком веселое.

Мы увидели массивную фигуру доктора Стренджвейза, который, отделившись от остальных, подошел к нам.

— Да уж, действительно, — ответил Солар Понс, приблизившись к телеге, чтобы взглянуть на мрачный груз. — Утопленник?

— Определенно утопленник, — отрывисто произнес Стренджвейз. — Хотя отправился он на болота по своей воле или нет — это другой вопрос. Хотелось бы услышать ваше мнение, доктор Паркер.

Стренджвейз наклонился над телегой и откинул с мертвого лица парусину. Седые космы были покрыты льдом, а посиневшее лицо так обезображено, что я с трудом узнал Тобиаса Джессела. Понс встал рядом со мной, бесстрастно попыхивая трубкой.

— Боюсь, ваши деньги не пошли ему на пользу, Понс, — сказал я.

— Очень может быть, Паркер, очень может быть, — рассеянно ответил мой компаньон, обратив на доктора пронизывающий взгляд. — Так что вы имели в виду, доктор, когда говорили, что Джессел мог отправиться на болота не по своей воле?

Доктор переминался с ноги на ногу, на его лице застыло тревожное выражение.

— Только то, что люди болтают, — огрызнулся он. — Его пьянство не всем было по нутру, да и врагов на болотах у него хватало.

— Слишком уж высокая цена, доктор, — сказал Солар Понс. — Давайте посмотрим, есть ли тому подтверждения.

Он стянул парусину, открыв взору окоченевшее тело старика.

— На руках имеются порезы, Понс, — констатировал я. — Как будто он оборонялся.

— Я их, естественно, тоже заметил, Паркер, — лениво бросил Солар Понс.

Он уже рассматривал что-то через лупу, а четверо местных жителей неуклюже топтались возле телеги. Больше всего они походили на плакальщиков на похоронах.

— Где его нашли? — отрывисто спросил Понс.

— У подножия вон той насыпи, примерно в полумиле отсюда, сэр, — сказал один из мужчин, ткнув пальцем куда-то в густой туман. — Джетро Тернер как раз шел на работу. Туман чуть рассеялся, и он увидел обледеневшее тело на краю болота.

— Это правда, сэр, — мрачно подтвердил тот, кого назвали Тернером. — Я уж ничем не мог ему помочь, сэр, так что прямиком отправился в деревню за доктором Стренджвейзом.

— Вы сделали все совершенно правильно, Тернер.

Понс повернулся к Стренджвейзу:

— Вы, конечно, сообщили коронеру?

Стренджвейз покраснел и явно приготовился защищаться.

— Мой помощник уже туда отправился, мистер Понс. Пока не проведу вскрытия, больше ничего сделать не могу.

— Естественно, нет, — откликнулся Понс. — Я был бы рад получить копию вашего отчета.

— Никогда не забуду выражение его лица, сэр, — произнес человек по имени Тернер, демонстрируя нам свою скорбь.

— Смерть — это всегда потрясение, — бросил Стренджвейз и, кивнув в нашу сторону, добавил: — Нам пора. Приятной прогулки, джентльмены!

Человек, ведущий лошадь под уздцы, направил животное вперед, и печальный кортеж исчез в тумане. Какое-то время мы с Понсом шли молча. Мой компаньон, нахмурившись, яростно пыхтел трубкой.