— Артур Олегович! Артур Олегович, машина подана!
К неприметному входу подъехала служебная машина, которая привезла нас в ресторан, и он быстро погрузил меня на заднее сидение.
Только сейчас я заметила у него в руках пистолет. Где-то совсем рядом раздался взрыв, и к машине полетели осколки.
— Поезжай! — не своим голосом заорал Артур на опешившего водителя и запрыгнул в машину следом за мной.
Автомобиль сорвался с места, оставляя позади развороченный ресторан и клубы черного дыма вокруг.
Меня затошнило от страха. Предплечье противно ныло, на руке остались царапины от мелких осколков. Все тело дрожало, а я не могла выдавить из себя ни слова.
Машина привезла нас в тихий жилой район с добротными многоэтажками. Артур вышел первым и бережно взял меня за руку.
— Испугалась, да, малышка? — криво усмехнулся он. — Все будет хорошо, не переживай. Сейчас донесу тебя до квартиры, а там уже ждет доктор. Мы живо тебя заштопаем.
Я сглотнула противную тягучую слюну и с ужасом посмотрела на своего «рыцаря». Вместо того, чтобы отвязаться от его назойливого внимания на пороге ресторана, я попала прямиком в его логово. А там же, наверное, тысяча шифров и кодов на замках.
Артур подхватил меня на руки и внес в подъезд. За ним неотступно следовали те двое в черных костюмах, которых я заметила еще в ресторане у нашего столика.
У входа стоял мужчина с чемоданчиком в руке. Почему-то я сразу поняла: это и есть доктор.
Кроме доктора по холлу перед входом в квартиру сновало несколько вооруженных мужчин.
«Охрана…» — промелькнула мысль.
Как я могла накануне отъезда из страны вляпаться в такое?! Ведь осталось совсем немного — получить нужные документы и купить билеты на самолет для меня и дочки.
«Жадность… меня сгубила жадность! Надо было еще в обед положить Артуру на стол заявление об уходе. И черт с ней, с зарплатой!» — мысленно сокрушалась я, пока Артур открывал замок.
Его двухуровневая квартира выглядела, как красивый дизайнерский проект из модного журнала.
Меня усадили на стильный диван серого цвета, и доктор, щедро протерев руки антисептиком, принялся осматривать мой порез.
— В ране застряли два осколка. Придется потерпеть, милая моя, — нахмурился он и ловко открыл свой чемодан. — Артур Олегович, включите яркий свет и принесите полотенце!
Доктор вытаскивал два осколка из предплечья, а я стонала и всхлипывала — новокаиновая блокада помогала плохо, рана была глубокая, а я совсем не привыкла терпеть боль.
Артур стоял тут же, ласково уговаривал меня потерпеть и смешивал коктейль из виски и льда. Но мне было не до виски. Перед глазами все плыло от боли и пережитого шока.
Все смешалось — изумление на знакомом до боли лице Влада, грохот от стрельбы, боль от летящих осколков…
После болезненной процедуры извлечения осколков стекла мне было больно даже шевелиться.
Артур довел меня до ванной, помог избавиться от испорченного платья и выдал взамен длинный махровый халат.
— Мне надо домой, — собрав остатки сил, запротестовала я.
— Ни в коем случае! — покачал головой Козырев. — Здесь ты в безопасности.
— Но я должна позвонить дочке!
— Не стоит, Кать. До выяснения обстоятельств происшествия в ресторане лучше никому не звонить. С дочкой все в порядке, с ней Таня. Свяжешься завтра. А пока отдыхай.
Угрюмо взглянув на него, я принялась переодеваться в халат. Я была настолько шокирована произошедшим, что меня не волновало его присутствие в ванной комнате.
Но его взгляд, полный желания обладать мной, никуда не делся. Даже сейчас, с потекшим макияжем и перебинтованной рукой, я будоражила его непомерный аппетит.
— Выйди, пожалуйста. Мне нужна ванна, — попросила я.
Артур кивнул.
— Если закружится голова, позови, — обернулся он уже у двери.
Я промолчала. Дождалась, когда он покинет ванну и заперлась на замок.
Включив воду, забралась под теплые струи. Старалась не намочить бинт и осторожно смывала запекшуюся кровь. Я вдруг поняла, что единственное платье, которое у меня было, безнадежно испорчено, кардиган остался в ресторане, и я оказалась без одежды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Во что я вляпалась?! Не хотела же с ним идти никуда! Как чувствовала…»
«Утром я обязательно придумаю, как избавиться от Артура! Только найду одежду…».
Мысли кружились, путались и никак не оформлялись в четкий план действий. Видимо, доктор вместе с блокадой ввел мне какое-то успокоительное лекарство.
Я выбралась из душевой, вытерлась полотенцем и облачилась в длинный халат.
Когда я появилась в гостиной, Артур хлопотал над журнальным столиком у дивана. Стол был сервирован по высшему разряду: красивая нарезка из фруктов, ароматные булочки с кремом, белый и темный шоколад, апельсиновый сок.
— Ты как? — обеспокоенно поинтересовался он и тут же вручил мне стакан с терпко пахнущей жидкостью и плавающими на дне кубиками льда.
— Не очень.
— Прости за то, что втянул тебя в это. Я даже представить себе не мог, что они такое устроят.
— Что это за люди? Почему они устроили облаву на ресторан?
Артур сел рядом со мной и сжал в крепких руках свой стакан с напитком.
— Я не думал, что Залесский настолько упрям.
— Ты ведь говорил про Марата? Кто такой этот Залесский? — насторожилась я.
— Второй владелец клуба и вечная угроза нашему благополучию, — поморщился Козырев. — Когда-то он начинал с предпринимательской деятельности, потом контролировал поставки бензина и нефти в округе. Сейчас компания, контрольным пакетом акций которой он владеет на двоих с партнером Андреем Гордеевым, управляет сетью автозаправочных станций по всему югу. Цены на бензин растут, как на дрожжах, и его доходы тоже. Одно время Влада считали погибшим: он пропал в охваченной пламенем приграничной зоне, где проворачивал свои дела с топливом. Его Гордеев полуживым из горящего джипа вытащил… В общем, мутный тип этот Залесский. Сейчас ведет замкнутый образ жизни и никого не пускает на свою территорию. Живет в огромном доме, больше похожем на замок, и говорят, у него очень красивая любовница.
Артур посмотрел на меня и усмехнулся.
— Но ты у меня красивее.
Я сжала стакан дрожащими пальцами, да так сильно, что они побелели. Сердце болезненно сжалось. Значит, выжил. И любовница у него очень красивая, как же иначе! В глазах против воли защипало от обиды. Я одна все пять лет бьюсь, пытаясь свести концы с концами, воспитываю его дочь, а он живет в замке, заводит красивых любовниц и в ус не дует!
— Катюш, тебе плохо, да? Ты бледная что-то… — засуетился вокруг меня Артур.
— Да, плоховато… Прости, Артур Олегович, сегодня из меня не получится собеседницы!
Артур потянулся ко мне и поцеловал меня в лоб.
— Поспишь, а завтра станет лучше… — ободряюще улыбнулся он. — Давай, поешь, и в спальню.
— А можно, я здесь посплю? Мне на диване будет удобнее. И ванная комната рядом, если что…
Он испытующе посмотрел на меня и усмехнулся.
— Боишься меня, да, малышка? Ладно, оставайся в гостиной, мне будет меньше соблазна. Все равно любовницы из тебя сегодня не получится. Я принесу подушки.
И протянул мне тарелку с ароматной булочкой, щедро политой кремом.
— Спасибо за понимание, — выдохнула я.
Мне кусок в горло не шел, но я упорно жевала булочку и наблюдала за тем, как Артур возится с постельными принадлежностями.
Он принес из спальни теплый плед и подушки. Помог мне устроиться на диване и погасил яркий свет.
Я благодарно улыбнулась и натянула на себя плед. Но глаза жгло от невыплаканных слез.
«Любовница у него очень красивая! Надо же! И что на меня нашло пять лет назад?! Зачем только жизнь ему спасла?! Надо было оставить там, на снегу!»
«К черту такого папу! У нас с Владой будет другой папа! Настоящий! Который будет нас любить! И жить мы будем не здесь, а в Италии!»
«Осталось совсем немного. А там мы с Владюшей быстро улетим из страны. Никто и не вспомнит, что здесь когда-то жили Катерина Смирнова и ее дочь. Даже мама с Аришей не вспомнят. Никому мы с Владюшей здесь не нужны…»
