Бет нерешительно пожала плечами. Для нее все это было слишком неожиданным. Она только-только привыкла к роли хозяйки их маленькой квартиры, и сейчас ей не хотелось ничего менять. Так она и сказала Дереку. Тот понимающе кивнул и предложил ничего не менять в их жизни, пока он не допишет книгу. Ему осталось немного до завершения работы.
Она перевела взгляд на документ, забытый из-за ожерелья, и взяла его в руки. Это было завещание, согласно которому Элизабет Кэпшоу, в девичестве Мэдиган, признавалась единственной и неоспоримой наследницей всего движимого и недвижимого имущества Дерека Кэпшоу. В случае смерти Бет все переходило к ее детям в равных долях.
Она отметила, что в документе было написано «ее детям», а не «их детям», то есть Ник признавался наследником наравне с детьми, которые могли родиться от их брака. Бет была тронута до глубины души, но в то же время суеверно подумала, что не стоило этого делать. Как бы не накликать беду! Прогнав тревожные мысли, она поблагодарила мужа за его заботу о ней и Нике.
– Я хочу открыть для нас общий счет, чтобы ты могла ни в чем не зависеть от меня. Да и мало ли что может случиться в жизни… Тихо, не возмущайся! Я не говорю о чем-то страшном. Просто я могу уехать, а тебе вдруг понадобятся деньги. А этот документ и еще кое-какие бумаги я положу в банковский сейф.
Бет поняла, что Дерек все хорошенько продумал, и не стала спорить. Несмотря на то что они были одногодками, муж был значительно опытнее в житейских делах. Да и как могло быть иначе, ведь он вырос в семье, где умели обращаться с деньгами. Ей нужно прислушиваться к его словам и учиться уму-разуму. Мягкий и терпеливый супруг, как оказалось, был способен в нужный момент и приструнить ее. Удивительно, но Бет это нравилось.
Время шло. Дерек дописал книгу, и его детективный роман получил широкое признание, даже некоторое время был в списке бестселлеров. Он обзавелся собственным литературным агентом. Точнее, бойкая дамочка сама нашла его и убедила воспользоваться ее услугами.
Прочитав заготовленный контракт, Дерек не нашел в нем никаких подвохов, но, верный себе, попросил время на размышление. После консультации с опытным юристом он подписал контракт и теперь периодически общался с литагентом – без особого удовольствия, но с явной пользой для дела.
За первым романом последовал второй, за тем третий. Как раз сейчас Дерек решал, о чем написать следующую книгу и каким образом потратить деньги, полученные за только что сданную в печать.
Через два года после рождения Ника семья Кэпшоу переехала. Современный двухэтажный коттедж в пригороде Лондона выглядел весьма солидно. А внутри было уютно благодаря деревянным панелям стен и множеству светильников, льющих мягкий свет.
У Дерека был любимый уголок. В его кабинет Бет старалась не заходить лишний раз, чтобы не отвлекать мужа от работы. Детскую заполняли игрушки и книги. Но Бет больше всего нравилась спальня. Каждый вечер, уложив сына, супруги оставались в ней наедине и дарили друг другу свою любовь и нежность.
Чувства их оставались неизменными. Счастье, которое испытывал Дерек, давало ему силы для творчества. Бет гордилась литературными успехами мужа, но еще больше радовалась успехам сына. Мальчик рос крепким и не по годам смышленым.
Его темноволосая головка часто склонялась над книгами с цветными иллюстрациями, хотя он еще не умел читать. Через пару месяцев ему должно было исполниться четыре года. Бет старалась воспитывать его в строгости. Но когда малыш смотрел на нее своими синими глазами, не могла удержаться от слез умиления. Ей казалось, что она видит себя в детстве.
Бет, как и собиралась, перекрасила волосы и стала брюнеткой. Дерек поахал, но потом привык к новому облику жены. Ник же и не помнил, как она выглядела раньше, поэтому не задавал лишних вопросов. Но все, кто общался с семьей Кэпшоу, единогласно утверждали, что мальчику на редкость повезло: внешностью он пошел в маму. А она такая хорошенькая!
После родов грудь Бет несколько увеличилась, талия осталась прежней, а бедра округлились. Все это делало ее просто неотразимой для Дерека. И в результате Бет находилась сейчас на втором месяце беременности.
Дерек ходил хмельной от счастья и, разумеется, тут же сообщил обо всем дяде Майклу, который так до сих пор и не собрался навестить племянника. Но, услышав радостную новость, сказал, что соберется с силами и вылетит в Лондон на днях. Чета Кэпшоу готовилась к встрече дорогого гостя. Бет сбилась с ног, приводя в порядок комнату для гостей и непрестанно терзая мужа вопросами о том, что любит и чего не любит его единственный родственник…
И вот в одно прекрасное апрельское утро звонок телефона положил конец ожиданию. Экономка Майкла Кэпшоу сообщила по его просьбе, что Дерек должен встретить дядю в аэропорту Хитроу в двенадцать часов дня. Обрадованный племянник быстро собрался в дорогу. Он хотел взять с собой Ника, чтобы тот не мешал матери. Но Бет отговорила мужа. Мальчик мог устать в дороге и раскапризничаться. Вряд ли дяде Майклу приятно будет слушать детский плач после утомительного перелета.
Дерек согласился, поцеловал Бет на прощание и, погладив еще плоский живот жены, сел в машину. Старую колымагу они давно уже сменили на более современную и дорогую модель. Дерек не был прирожденным водителем, но статус главы семьи просто обязывал его садиться за руль. Бет помахала рукой вслед машине, Ник повторил ее движение…
Прошло несколько часов, а от Дерека не было никаких известий. Возможно, самолет задержался с прибытием, но в этом случае муж обязательно позвонил бы ей. Бет начала тревожиться, а еще через час в волнении стала ходить из угла в угол. Чтобы отвлечься, она включила телевизор и рассеянно уставилась на экран.
Внезапно ее внимание привлек резкий голос диктора, сообщающего об автомобильной аварии. Сначала место происшествия показывали издалека. Затем на экране возникла машина, которая врезалась в бетонный столб дорожного ограждения. Передняя ее часть со стороны пассажира была буквально смята в гармошку. Вокруг машины суетились люди в форме спасателей и полицейские.
Диктор сообщил, что в машине находились двое мужчин. Один скончался на месте, другого в крайне тяжелом состоянии отвезли в больницу. Бет продолжала смотреть на экран, не сознавая, что судорожно сцепила пальцы, а когда в кадр попал номер пострадавшей машины, вскрикнула и потеряла сознание.
На шум из детской прибежала няня Ника, Дороти Чандлер. Увидев свою хозяйку лежащей на ковре без признаков жизни, она принялась приводить ее в чувство. Спустя какое-то время Бет застонала, открыла глаза и растерянно оглянулась, не понимая, почему сидит на полу и отчего Дороти смотрит на нее с сочувствием и болью. Наконец она все вспомнила и залилась слезами.
