Зеленый загорелся. Машинка осталась стоять, а в ту же секунду на капот этой малышки упало что-то тяжелое, похожее на человеческое тело. И тени какие-то метнулись в кустарник… А дальше сработала его многолетняя выучка и мгновенная инстинктивная животная реакция. Он выскочил из машины и ринулся на помощь, плохо представляя, кому и в чем придется сейчас помогать.
Так они с Майкой, что была за рулем своей букашки, спасли жизнь человеку! И так Иван нашел друга! Майка оказалась другом редким и удивительным. Потом он думал, что, если б не эта его катастрофа с разводом и если б они встретились до его женитьбы, он вполне мог бы в нее влюбиться. Запросто. Но не в этот период, когда он сам чудом держался на плаву. Да и в ее жизни все было непросто.
И все же – судьба бросила их навстречу друг другу не случайно! Именно благодаря Майке, жившей в том самом соседнем доме, владельцем которого, как считал Иван, был будущий муж его прошлой жены, узнал он о том, как на самом деле обстоят дела, и получил мощное оружие воздействия на сладкую парочку, ожидавшую прибавления семейства вдалеке от «этой страны с ее грязью и быдлом».
Вот как получилось: ехал совершенно опустошенный, ограбленный, лишенный света жизни человек в свою (и даже фактически не свою уже) берлогу, а через кратчайшее время все перевернулось, переломилось в его пользу! Вот это и есть рука судьбы, протянутая именно в самый подходящий момент. Благодаря встрече с Майкой, их обоюдной откровенности и дружеской помощи, Иван сумел оставить за собой все то, на что женщина, так подло предавшая его, не имела никакого человеческого права. Он не оставлял ее без крыши над головой, без куска хлеба, ее новый партнер был действительно богат и, судя по всему, так же подл, как Алина. Хорошая пара сложилась.
Алина вынуждена была подписать полный отказ от каких бы то ни было имущественных претензий, все решилось, к изумлению адвокатов обеих сторон, мгновенно и окончательно. Адвокат Ивана долго просил поделиться рецептом произошедшего на его глазах волшебного превращения алчной экс-супруги в кроткого агнца. Иван скромно молчал. Не его это была заслуга. Так сложилось.
И вот прошло время. Кончилось лето. Осень наступила. Пришла пора осенних обострений. Теперь, когда, казалось бы, их пути разошлись навсегда, бывшая периодически звонит, изрыгая самые несусветные проклятья. Ну да, она привыкла побеждать. А тут – серьезный облом! И так неожиданно! Трудно ей с этим смириться. Вот и приходится вымещать свое зло на Иване. И ведь сколько раз говорил себе: смотри, кто звонит, прежде чем отвечать! Ладно. Когда-нибудь она успокоится. Родит и угомонится…
* * *
– Счастья бояться не надо, его нет! – громко сказал Иван зеркалу, в котором отражался почти незнакомый ему человек с потерянным лицом.
Он, не разуваясь, пошел в ванную, умылся холодной водой, прополоскал рот. Полегчало или нет?
На этот раз зеркальный двойник все больше походил на Ивана. Ладно. Живем дальше.
– Господи! – попросил Иван, открывая входную дверь. – Лишь бы эта жизнь оказалась последней!
Сердце красавицы
Вечером перед сном дети дико бесились. Что на них находит? Вот только что за ужином ныли, что не могут доесть от усталости, что спать пора, что сил нет даже прожевать то, что в рот затолкали. А вышли из-за стола, и понеслось. Беготня, хохот, прыжки на втором ярусе двухэтажной кровати. Сначала, конечно, смешно смотреть, как гномики бушуют, а потом накопившаяся за день усталость переходит в раздражение. Ну как их остановить?
– Все! Прыгайте хоть до утра. Я ухожу спать. Чтение сегодня отменяется.
Не слышат. Хохот, визг, полная анархия. Что делать? Свет им потушить? Испугаются. Упадут с высоты. Нет. Мать на такое не пойдет. Ей за своих маленьких страшно. А им ничего не страшно.
– Я ухожу! Слышите?
А теперь надо действительно выйти и энергично закрыть за собой дверь. Чтоб поняли: мама не шутит.
Какое-то время визг не прекращается. Ну и пусть. Надо просто лечь и постараться заснуть. И пусть солнышки делают, что хотят. Их дела.
– Мам! Ма-ам! Ты где? Ты чего ушла?
Интересный вопрос. На голубом глазу! «Ты чего ушла»! Повсюду «спать пора, уснул бычок», а эти сходят с ума да еще требуют, чтобы мама ими любовалась.
– Ты что? Ты спишь, мам? А книжка? Ма-ам!
– А книжка спать легла. Ждала вас и уснула.
– Ну, мам! Ну, почитай!
– Хорошо. Я зайду к вам через две минуты. Если будете мирно лежать в пижамках, умытые, с почищенными зубами, почитаю. А нет – значит нет.
Брат с сестрой стремительно бросились в ванную.
Придется читать, куда денешься. С другой стороны, сегодня они довольно быстро образумились. Надо поощрить. Люша встала с кровати и отправилась к заветному шкафу, где стройными рядами стояли ее собственные милые сердцу книжки, сохранившиеся стараниями ее мамы в очень приличном виде, хотя и читаны были по многу раз: каждую свою детскую болезнь Люша заново встречалась с любимыми книжными персонажами, ставшими самыми близкими родственниками. Лет до четырнадцати так и читала при высокой температуре про Винни Пуха, Карлсона, Баранкина, которому полагалось стать человеком. Сколько их, утешителей, друзей, уводивших за собой в яркие, радужные, теплые миры, которые потом ищешь всю оставшуюся взрослую жизнь и не находишь никак.
Глаза разбегались. Что же выбрать? О! Вот, как раз подходящая: «Шалунья-сестричка». Пусть радуются. Люша, вытаскивая книгу, задела что-то, и в руки ей упала толстая, красиво переплетенная тетрадь. Ее дневник. Вот он где оказался! Сколько лет она уже не ведет дневник! Уже почти семь. Ровно столько, сколько ее сыну. Родился ее мальчик, стало не до дневника. А когда-то было время! Столько доверяла она своим тетрадкам. Ей захотелось перелистать странички своей прошлой жизни, сравнить себя нынешнюю с той, прежней. Много тогда происходило всего – прекрасного, мучительного, странного, непонятного. И до сих пор не понятого.
«Вот и хорошо, уложу свою банду и почитаю перед сном про собственные приключения, – подумала она. – Что ж, дневник кладем под одеяло и идем смотреть, что там делают разбойники».
Разбойники лежали в своих постельках, умытые, полные ожидания и восторга: они успели! И теперь начнется сказка! Все по-честному, по справедливости.
Люша читала, сама наслаждаясь книгой, изредка поглядывая, не уснули ли уже ее слушатели. И вот наконец – ровное дыхание, глазки закрыты, веки не подрагивают. Спят маленькие. Честно спят.
Она тихонько закрыла дверь детской, миновала холл и на цыпочках прошла к спальне. Спать расхотелось совершенно.
– Ничего, захочется, – утешила себя Люша, ныряя под одеяло. Она совсем забыла про найденный в шкафу дневник, но он напомнил о себе, уткнувшись ей в бок твердым уголком.
