В отношении личной известности существует ограничение доступа к вниманию людей и к возможности влиять на них, особенно через средства массовой коммуникации. Как ты можешь стать известным, если о тебе не пишут газеты, не говорят по телевизору? Но с какой стати они начнут тобой интересоваться? Возникает заколдованный круг: чтобы о тебе говорили, нужно уже быть известным, иначе ты никому неинтересен. Но чтобы стать известным, нужно, чтобы о тебе говорили.
Люди известности, однако, имеют доступ к средствам информации и вниманию аудитории как бы по естественному праву, поскольку профессия большинства из них — общаться с публикой. Кроме того, современные СМИ не способны и дня обойтись без известных личностей. Ведь, чтобы привлечь внимание аудитории к передачам и газетам, нужно, чтобы у нее был интерес к материалу. Вот участие известных людей как раз и создает такой интерес. Подробнее обо всем этом пойдет речь в следующих главах.
В завершение же этой главы стоит задержаться на вопросе о том, являются ли великие люди частью людей известности. Вопрос этот совсем не простой и не праздный. С одной стороны, если человек признан великим, он, конечно, не может не быть известным. Но с другой — все ли великие люди получили такое признание при жизни? Отнюдь. Более того, многие из тех, кого сегодня называют великими, при жизни были малоизвестны, или их знал узкий круг людей.
Возьмите, например, Баха или Менделя, открывшего законы наследственности. Их провозгласили великими много лет спустя после смерти. Другие, как, например, М. Ю. Лермонтов, рано погибли, не успев стать широко известными. А сколько людей получило посмертную славу на войне, хотя их, разумеется, и нельзя назвать великими. Самые выдающиеся герои Великой Отечественной войны: Николай Гастелло, направивший в 1941 году свой подбитый самолет на колонну вражеских танков и грузовиков; Александр Матросов, в 1943 году грудью закрывший вражеский дзот; Зоя Космодемьянская, юная партизанка, замученная фашистами; подпольщики-комсомольцы из Краснодона, описанные в романе Александра Фадеева «Молодая гвардия», и многие другие — стали героями посмертно. Посмертная слава — запоздалая слава!
Великих людей мало, хотя роль их огромна. И вслед за писателем можно было бы воскликнуть: «Мало их, но ими расцветает жизнь всех; без них она заглохла бы, прокисла бы; мало их, но они дают всем людям дышать, без них люди задохнулись бы. Велика масса честных и добрых людей, а таких людей мало; но они в ней — теин в чаю, букет в благородном вине; от них ее сила и аромат; это цвет лучших людей; это двигатели двигателей, это соль соли земли»[22]. Тема эта очень мне близка, и я бы рад задержаться на ней. Но сейчас речь о другом.
Бесспорно, некоторые (хотя далеко не все) великие люди входят в слой людей известности. Но в любом случае не они составляют его основу. Ведь великих людей — единицы, а людей известности — многие тысячи. Поэтому отнесение к разряду людей известности вовсе не связано с истинным величием человека, его гениальностью или величиной таланта. Здесь самое главное:
а) что человек становится известным, имя его на слуху, о нем то и дело говорят, его узнают и т. п.; б) что он может использовать свою известность для получения денег просто путем ее эксплуатации через кино, шоу, спортивный или другой соответствующий бизнес (плюс реклама; или его известность помогает ему получить доходное и почетное место в государственной или частной службе; или же он может благодаря этому сам заняться бизнесом и т. д.). Вознаграждение же великих людей далеко не всегда связано с широтой их известности; в) кроме того, как мы говорили в предыдущей главе, известность может создаваться искусственно. «Сегодня человека, добившегося всемирной славы, необязательно уважают, ему скорее завидуют, а иногда тайно презирают: «Он такая же посредственность, как и я, но у него есть деньги, чтобы купить себе славу» [11]. Великим же человека делают только истинные заслуги.
Глава 4
Люди известности — новая элита современного общества
У французского поэта П.-Ж. Беранже есть сатирическое стихотворение, в котором он высмеивает преклонение человека простого звания перед дворянским титулом. Граф ходит к нему, чтобы пофлиртовать с его женой. А он млеет от восторга, что с ним общается такая важная персона. «Какое счастье! Честь какая! Ведь я червяк в сравненье с ним! В сравненье с ним, с лицом таким — с его сиятельством самим!»
Такое раболепие в XIX веке, когда дворянство и богатство еще оставались главными в социальном положении людей, было вполне понятным. Но в том же XIX веке уже не были редкостью и высокооплачиваемые писатели, певцы и артисты. Некоторые знаменитые писатели имели такие гонорары, что могли соперничать в роскоши и богатстве с высшей аристократией или финансистами. Говорят, Александр Дюма получал за каждое слово по 10 франков, то есть намного больше дневного заработка среднего чиновника.
Все большую роль играли газеты. Стало даже распространенным мнение, согласно которому в странах, где есть парламент, правительство нередко действует под их воздействием. Таким образом, в число тех, кто мог оказывать на события большое влияние, стали включать и журналистов. Естественно, что такие журналисты высоко оплачивались. Политологи того времени уже различали три современных вида (ветви) власти: законодательную (парламент), исполнительную (правительство) и судебную. Это были власти, закрепленные законом и конституцией. Поскольку и газеты обладали большим влиянием, их все чаще стали называть четвертой властью.
Можно считать, что с этого времени и стал формироваться слой людей известности в том понимании, о котором говорилось выше, — людей, не просто живущих своим ремеслом (искусством) и не просто известных благодаря ему, а получающих большие (порой огромные) доходы благодаря своей известности, популярности, славе.
Такие перемены в XIX в. объяснялись тем, что издание книг, газет и журналов становилось все более крупным и прибыльным бизнесом. Ведь число образованных и просто грамотных людей росло с каждым годом. Погоня за сенсацией также стала бизнесом. Некоторые газеты позволяли себе финансировать очень дорогостоящие проекты (от которых отказывались порой и правительства), например, экспедиции в Африку, в то время совершенно неизведанный и опасный материк. Так, американский журналист Стэнли был отправлен туда своей газетой на поиски пропавшего путешественника Ливингстона. При этом уже тогда погоня за сенсациями все заметнее стала превращаться в поиск «жареных» фактов, в подглядывание в замочную скважину, в передачу сплетен и слухов. Недаром один писатель назвал газеты самым сильно действующим ядом, дающим при этом наибольшие доходы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
