слизняков. Потом у них выросли крылышки, как у бабочек. Они взлетели, принялись кружиться вокруг меня, и я поспешил убраться оттуда. Пока убирался, у слизняков выросли птичьи клювы, насекомьи лапки и рыбьи хвостики. А, и блестящая чешуя. Они увеличились в размерах и принялись гоняться друг за дружкой. Кто-то кого-то, догоняя, жрал, кто-то, судя по всему, трахал. Были и те, кто просто кружился, сцепившись лапками. А были и те, кто опустился на землю и принялся натурально танцевать. Время шло, число существ уменьшилось за счет пожирателей – те, сожрав своих первых жертв, принялись кушать друг дружку и остался один главный хищник, заметно вымахавший в размерах. Он тоже опустился на землю, и все остальные ринулись к нему. Те, которые трахались, принялись откладывать на него икру, а те, которые танцевали, принялись втаптывать ее внутрь кожи. После, когда завершилось и это, все мелкие мутантики скрылись в пасти у той, которую топтали. Эта тварь в результате раздулась, став похожей на большую бочку, рыгнула, широко разинула пасть и… Вывернулась через нее наизнанку! Превратившись при этом в красивую голую сисястую кошкодевку. Кошкодевка подмигнула, послала нам воздушный поцелуй и растаяла в воздухе легким сизым дымком. Больше ничего не происходило. Судя по всему, это было окончание этой хуйни.
В третий раз вокруг меня затрещал воздух. Ну, как сказать, затрещал… Так жопа еще трещит после горошницы с капустой, запитой прокисшим кефиром. Запахло, к слову, также. Ну, как запахло… Воздух на три метра превратился в этот смрад. На этом все и закончилось, и никаких больше кошкодевок не было. Но после этого раза мы закончили рассказывать, кто из нас откуда, куда, зачем и почему, и Ник (он сам предложил его так называть) решил, что пора уже приступить к моим квестам, после чего активировал у себя предложение стать мне наставником и по призывательскому, и по друидскому квестам, и включил режим преподавателя.
- Короче, такая херня. Траву растить и зверушек вызывать может любой долбоеб, особенно ты. – начал он лекцию. – А я тебя научу куда более крутой штуке! Есть и в этом, и во многих других мирах существа, которые сочетают в себе черты и той херни, и другой ёбани.
- Хищные растения? – предположил я.
- Ха! Хуй тебе с телячьим жиром на гарнир! – огрызнулся отшельник. – Хуй, если че, тоже телячий. Все эти росянки, это трава травой, там даже зверонавыков не надо, чисто ботанской магией овладеть. Не-е-е-ет, дружище. Я буду учить тебя призывать ГРИБЫ.
Глава 6
- Ща, погоди, от лишних буков только избавлюсь. – жестом остановил я наставника и нажал на «принять награду».
Сразу две награды. В целом, ничем от шаманского начало не отличалось. Система уведомила, что бла-бла-бла, молодец, вот тебе базовые плюшки, и теперь я из личинки перехожу с статус ученика. И кнопка «принять награду» в конце каждого уведомления. От шаманского, правда, отличалось получение этих самых наград. Никакие сундуки из пространственных карманов не падали. Вместо этого они появились из земли, и сундуками ни разу не были. Травяной лут я нашел почти в капусте. Прямо передо мной из земли выросло какое-то растение с широкими полуметровыми округлыми листьями, растущими почти из одной точки. Выросло оно меньше, чем за десять секунд, из мелкого ростка развившись в большой и взрослый экземпляр. После чего из середины проклюнулся крупный темно-красный бутон, распустился в нечто, похожее на розу размером с тарелку, и уже там, в середине, лежал крупный перстень-печатка. Стоило эту печатку взять в руки, как растение за три секунды завяло, засохло, рассыпалось и, обратившись в пыль, впиталось в землю.
А второй сундук был, как даже можно догадаться, живым. Земля мелко, а затем ощутимо задрожала, после чего из нее выкопалось существо, похожее на метрового крота с чемоданом вместо головы. Покрутив слепой головой и понюхав воздух, существо повернулось ко мне и разинуло пасть. На языке лежало кольцо, почти копия первого. Ожидая подвоха, я осторожно потянулся за лутом, а когда схватил, быстро выдернул руку. Но кротомодан не стал даже пытаться меня укусить. Вместо этого он спокойно закрыл рот, развернулся и скрылся в норе. При этом он умудрился так тщательно закопать проход, что поверхность стала ровно такой же, как и до его прихода. Системная магия!
Два кольца-близнеца. Разница только в магических узорах на печатке, и чуть-чуть в названии. Кольцо ученика-друида, и кольцо ученика-призывателя, оба обычные. Друидское дает возможность призвать растение, минуя перезарядку, один раз. То есть, могу даже одновременно два удара плетью нанести. Перезарядка кольца – один час. С животным же совсем другое. Там кольцо позволяет передавать питомцу очки. Жизнь, мана, выносливость. Один к шести. Шесть берется у меня, одно передается питомцу. Перезарядки нет – умение пассивное, выключателя тоже нет – активация путем надевания, деактивация – сниманием.
- Хуета. – посмотрев свойства первого кольца, Ник перевел взгляд на второе, и тоже вынес свое экспертное заключение. – Поебень.
- Что, прям настолько все плохо? – я с сомнением посмотрел на артефакты. – Ну так это ж обычки простые. Легендарки наверняка круче будут.
- Запомни, ученик! – резко подняв указательный палец вверх в наставническом жесте, химероид покачнулся, но продолжил. – Почти все в мире – хуета и поебень! Это два камня под фундаментом мироздания. Там еще дохуя камней, на самом деле, но эти прям основные.
- А сам ты по этой систематике, хуета, или поебень? – поинтересовался я.
- Ты что, блять, охуел? – возмутился Ник. – Ты, блять, в глаза ебешься? Я – хуёбань! Я из хуеты и поебени слеплен!
- Так это че получается, ты – фундамент мироздания? – удивился я. – Раз ты собой два основных камня соединяешь.
- Бля, выходит, что так. – эльф такой постановкой вопроса явно озадачился. – А ну нах отставить! Мозги вон… Системе еби. Так, на чем мы остановились?
- Грибы. – напомнил я.
- А, да, точно. – кивнул химероид. – Грибы бывают съедобные, несъедобные, ядовитые, шаманские и священные. И все это разделение нахуй ненужно, потому что можно и ядовитые сожрать и выжить, и обычными травануться, если приготовить через жопу. А шаманские ядовиты почти каждый.
- А священные? – поинтересовался я незнакомой для меня частью классификации. – Шаманские видал, а эти?
- А священные тебя с творцом могут познакомить. – Ник перешел на полушепот. – Но там как
