– Но ведь на это может уйти вся жизнь. Эля, неужели тебе не хочется женского счастья?..
– Стас, оно у меня уже было. Когда-то счастьем для меня была жизнь с любимым мужчиной, а теперь – дело, которое осталось после него. Я потеряла всё что могла. У меня убили мужа, собаку, больше мне терять нечего. Теперь меня ждут большие дела. Чем ты можешь удивить меня в самое ближайшее время?
– Нападением на инкассаторскую машину. – Стас научился говоришь то, что я хотела от него слышать.
– Другой разговор! Завтра обязательно об этом поговорим.
На следующий день я собрала небольшой совет из верных ребят, и мы принялись обсуждать тактическую силовую схему нападения на инкассаторскую машину и захвата денег.
– Я хочу знать детали нападения, – обратилась я к Стасу. – Откуда мы можем знать сумму перевозимых денег? Оправдан ли этот риск и стоит ли игра свеч?
– Наводчик надежный, один из ответственных работников центрального денежного хранилища, – поспешил ответить Стас.
– Ты в нём уверен?
– Уверен. Он игрок. У него солидный карточный долг перед нашими людьми. Он наводит нас на хороший груз, и мы списываем его долг. Эля, у меня сразу вопрос: что делать с этим игроком после того, как налёт будет завершён? Ты же понимаешь, он – нежелательный свидетель.
– Пока не трогать. Об этом подумаем позже. Избавиться от него всегда успеем. Может быть, понадобится использовать его повторно. Старайся меньше «светить» наших людей. Его контакты с нашими сведи до минимума.
– Он общается только с Гвоздём.
– Вот пусть только с Гвоздём и общается. Изложи план налёта.
– Состав активной группы – шесть человек. В прикрытии двое. Вооружены пистолетами, карабинами «сайга» и гранатами. Схема упрощённая. Двумя машинами блокируем инкассаторский броневик. Двое наших с кувалдами выбивают лобовые стёкла. Двое с карабинами ведут огонь на поражение внутри инкассаторского броневика. Связкой гранат подрываем замки хранилища, изымаем деньги. Один из членов группы взрывает у машины газовые дымовые гранаты. Возникает паника, отрываемся и уходим.
– Сколько времени потребуется на выполнение задания?
– Не болеет трёх минут.
– Ты уверен, что можно уложиться в такой короткий срок? Ребята готовы?
– Должны. Готовы.
– Стас, я люблю конкретику. Должны или уложатся?
– Уложатся, – чуть сомневаясь, всё же ответил Стас. – Сейчас отрабатываем действия на макете броневика в тихом месте недалеко от города.
– Откуда точное время – три минуты?
– Всё, что свыше трёх минут, – фактор риска. Если ребята не укладываются, бросаем дело и отрываемся налегке.
– Сколько будет жмуриков?
– Ты должна понимать: каждый оставшийся в живых – потенциальный свидетель. Свидетелей быть не должно.
– В машине будут одни покойники. Понятно. Где планируется нападение?
– На светофорном перекрёстке. Думаю, никто не посмеет вмешаться. Самоубийц за рулём сейчас мало. На нашей стороне факторы внезапности и решимости. «Бараны» в проезжающих машинах просто откроют рты, затрясутся от страха и будут делать вид, что ничего не случилось. Для большего успеха переоденем наших людей в камуфляж ОМОНа. Пусть окружающие лохи думают, что идёт спецоперация МВД. Пока сообразят что к чему, мы будем далеко.
– Тут же начнутся ментовские планы «Перехват» и «Кольцо». Как будете отрываться?
– В зоне отрыва я приготовил несколько сменных машин. Ребята сбросят с себя камуфляж. Это дело нескольких секунд. От оружия избавляться не будем. Стволы нам ещё понадобятся. Мой верный человек перевезёт их отдельно.
– Тогда с богом.
Через несколько дней по всем телеканалам прошла информация о том, что вечером на одном из перекрестков города, прямо возле светофора совершено дерзкое нападение на инкассаторскую машину. Погибли два человека, один госпитализирован с ранением в грудь. Состояние раненого тяжёлое, большая кровопотеря. В городе объявлен план «Перехват». Позже сообщили, что раненый инкассатор скончался. По факту нападения возбуждено уголовное дело по трём статьям: убийство, разбой и незаконное использование оружия. Задержать нападавших по горячим следам не удалось. В результате ограбления были похищены двести миллионов рублей.
Буквально через пару дней в одном из городов Подмосковья неизвестные совершили вооружённое нападение на сотрудников ЧОПа, которые забирали деньги из банкоматов крупного торгового центра. При выходе сотрудники ЧОПа обнаружили, что колёса их автомобиля проколоты. Через несколько секунд к ним подъехала тонированная чёрная иномарка, из неё выскочили четверо мужчин в шапках с прорезями для глаз. Угрожая пистолетами, грабители отобрали у охранников пакеты с наличностью, после чего сели в машину и скрылись. Похищено полтора миллиона рублей.
Ещё через несколько дней было совершено нападение на инкассатора у входа в филиал банка в Клину. Злоумышленник подошёл к инкассатору, выстрелил в голову, забрал сумку, в которой находилось около пяти миллионов рублей, и скрылся. Инкассатор от полученного ранения скончался.
Ещё через неделю два частных охранника, которые перевозили банковские деньги, были застрелены неизвестными на востоке Москвы. Тела двух охранников, которые собирали деньги в терминалах оплаты за мобильные услуги, были обнаружены в автомобиле. Смерть мужчин наступила в результате огнестрельных ранений. По финансовой документации, которую нашли при них, охранники забрали из терминалов оплаты девятьсот тысяч рублей.
После этого случая в Тверской области было совершено нападение на водителя и кассира коммерческого банка. Грабители отобрали около пятидесяти миллионов рублей. Неизвестные в форме инспекторов ДПС на двух машинах блокировали автомобиль инкассаторов. Угрожая оружием, надели наручники водителю и кассиру, отобрали сумки с деньгами и исчезли.
Мои люди действовали наверняка и без потерь. Чем больше происходило подобных акций, тем сильнее я чувствовала азарт.
– Эля, пора остановиться, – пытался призвать меня к благоразумию Стас. – Хватит. Мы взяли много, пора завязывать. Предлагаю закрыть тему. Мы всех ментов поставили на уши.
– Согласна, – кивнула я и поехала с ребятами в ресторан справить удачное завершение дел.
В ресторане громко играла музыка, звучали тосты, спиртное текло рекой. Мои ребята гуляли на полную катушку. Я натянуто улыбалась, смаковала вино и думала о своём покойном муже, которого безмерно любила… Мне почему-то не было весело. Скорее, наоборот. Я глотала вместе с вином свои отрицательные эмоции и ощущала дикую душевную боль. Собирала по крупицам воспоминания.
Жестокая реальность поставила точку в моих мечтаниях. Я живу надеждой только непонятно на что… Любящему сердцу не запретишь молчать. Когда я поднимаю голову к небу, постоянно вижу имя любимого и чувствую, как он даёт мне силы жить дальше. Осталось столько недосказанных мыслей и фраз… Я, наверное, уже никогда не буду жить так, как жила с ним. Я жила мечтами, возвышенными идеями, тонула в ласке и нежности и наслаждалась в этом водовороте чувств. Остались кровоточащие раны, и я знаю, бессмысленно накладывать на них швы. Мою любовь нельзя измерить в денежном эквиваленте, объяснить на пальцах… Она просто есть. Я всё ещё готова поделиться с ним воздухом, только бы он дышал, могу отдать свои сны и мысли. Мы теперь живём в разных мирах. В моём мире живем я и нестерпимая боль. Живут воспоминания. Иногда хочется закричать от боли, захлебнуться в слезах и шептать имя того, кого потеряла…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
