Шоппинг доставлял ей массу удовольствия. Они с мамой обожали ходить по магазинам и тратить деньги на всякие приятные мелочи. Но сегодняшний визит в «Арт-Галерею» истрепал Анечке все нервы. Она хотела одеть Андрея стильно, дорого и красиво. Он же, наоборот, выбирал вещи максимально простые, совершенно не ориентируясь в ценах и модных тенденциях. Анечка пыталась объяснить ему, что классические брюки и простой свитер сейчас не носят. Он наотрез отказывался от навороченных джинсов и крутой толстовки. В обувном отделе они почти разругались. Анечка хотела, чтобы он ходил в классных тяжелых ботинках с тупыми носами. Андрей померил их, нашел слишком неудобными и громоздкими, а потом выбрал обычные зимние ботинки без «изюминки». Такого оскорбления своему замечательному вкусу она вынести не смогла.
— Ты хочешь, чтобы надо мной все друзья смеялись? — недовольно воскликнула Анечка на весь отдел. — Такое чувство, что ты приехал из глухой деревни, ничего не понимаешь!
— Я выбираю одежду по удобству, а не по красоте, — Андрей говорил спокойно, но твердо. Поняв, что девочка обиделась, он объяснил: — Аня, те джинсы на мне не держались, болтались где-то на бедрах, я не могу в таком ходить. А эти ботинки? Они не гнутся и тяжелые.
— Но это крутая фирма! Сейчас все в таких ходят!
— Ну и на здоровье! Моим ногам обувь этой фирмы не подходит, — отрезал парень.
Пришлось звать на помощь консультанта. Задачу поставили трудную: стильно, красиво и удобно. Перемерив едва ли не всю обувь, Андрей остановился на относительно симпатичных ботинках. В любом случае они были лучше предыдущих. Анечка вздохнула с облегчением. Теперь нужна куртка…
Через несколько часов они разбирали дома покупки. Анечка осталась довольна приобретениями, чего нельзя сказать об Андрее. Он считал, что куплено слишком много ненужного. Разложив вещи, девочка с удивлением отметила, что у парня неплохой вкус, все в единой цветовой гамме и одного стиля — спортивная классика. Нет, пожалуй, друзья смеяться не будут.
Она заметила, что гость держится очень скованно. Девочка рассмеялась:
— Ну что ты как не родной? Не стесняйся. Теперь ты будешь жить с нами. Вот увидишь, у меня замечательные родители. Вы обязательно подружитесь. Пойдем, я покажу тебе свой дом. — Она потащила его за руку по квартире: — Вот смотри, это моя комната. Я сама придумала, как она будет выглядеть. Всё-всё-всё от цвета обоев и занавесок, до кровати и стола. Это самая большая комната в квартире, самая светлая и теплая. Рядом со мной спальня родителей. Мама любит минимализм и много воздуха, поэтому тут почти нет мебели, кроме кровати, пуфиков и трюмо, и постоянно приоткрыто окно, чтобы было прохладно. А занавески сшиты по моему эскизу. Вон туда, по коридору вперед, папин кабинет и библиотека. Там очень приятно читать. Папа специально купил удобные кресла, в которых можно проводить целые дни. А какой там диванчик дивный! Ну в зале ты уже был. Вон там гардеробная, она же кладовка, тут всякий хлам хранится и одежда. В другом конце кухня, столовая и ванна с туалетом. Вот так я и живу, — скромно остановилась она в коридоре.
— Ничего себе! — восхищенно сказал Андрей, про себя отметив, что огромная квартира кажется ему маленькой. Тесно ему тут. — А кем работают твои родители?
— Мама — директор рекламного отдела у папы. А папа — хозяин огромного издательского холдинга. Он раньше работал главным редактором в очень известной газете, а потом поругался с хозяевами, уволился и решил начать свое дело. Сейчас у него самая крупная компания в Москве, — не без гордости сказала Анечка.
— А они точно ругаться не будут? Не хотелось бы ночевать на улице в такой холод.
— Расслабься! Никто тебя не выгонит. Я уже все придумала.
Парень лишь удрученно вздохнул. Авантюра с побегом нравилась ему все меньше. Если бы он знал, что Анечка из обеспеченной семьи, то никогда бы в жизни не согласился на ее предложение. Богатым людям все время мерещатся враги. И если его сегодня отсюда выгонят, он не сильно удивится. Но в настоящий момент Андрея занимало только одно — куда пойти? У него нет ни друзей, ни знакомых, никого, кто мог бы приютить его хотя бы на несколько первых дней.
— Уверена, ты мечтаешь о нормальном душе! Ванная комната туда. Я буду рядом, на кухне. Приготовлю обед. Идет? — Анечка протянула гостю чистое полотенце, зубную щетку (пожалуй, это был единственный предмет, который они купили не ссорясь) и домашнюю одежду.
Пока Андрей мылся, она разогрела обед. За столом ее ждал новый сюрприз. Мама с детства приучила ее есть при помощи ножа и вилки. Поэтому, выкладывая на стол приборы, Анечка долго колебалась — умеет ли гость ими пользоваться, не будет ли ему неловко. Но он не только умел ими пользоваться, он делал это совершенно естественно, как будто по-другому никогда и не ел.
В джинсах и футболке Андрей выглядел гораздо симпатичнее, чем в больничной одежде. Анечка еще в магазине, пока он мерил свитера и брюки, начала заглядываться на спортивную фигуру и мускулистые руки. А сейчас, когда он сидел перед ней весь такой домашний, с мокрыми волосами и розовыми после душа щеками, когда во взгляде больше не было тоски и настороженности, когда он искренне улыбался и много шутил, Анечка вдруг поняла, что поступила совершенно правильно, не дав увезти его в интернат. Мальчишка хороший, замечательно воспитан и, главное, не глуп, что обязательно должно понравится родителям.
***
За окном совсем стемнело. Скоро придет мама. Еще ночью Анечка придумала, что именно скажет родителям. Но чем ближе маленькая стрелочка подбиралась к цифре семь, тем больше она нервничала, прокручивала в голове предстоящий разговор, подбирала выгодные аргументы в защиту парня.
Час икс настал ровно в половине восьмого. Татьяна Ивановна пришла вовремя. Анечка накормила ее ужином, потому что знала, что с сытой мамой договориться проще, чем с голодной. Они немного пообщались на посторонние темы, и девочка осторожно начала готовить ее к главной новости.
Татьяна Ивановна молча выслушала дочку. Появление в их доме нового жильца неизвестного происхождения совершенно не порадовало женщину. Более того, перспектива жить, пусть даже временно, под одной крышей с сомнительным молодым человеком привела ее в недоумение, а потом и вовсе в гнев. Все Анечкины аргументы не произвели на Татьяну Ивановну совершенно никакого впечатления. Она не кричала, не топала ногами, но по суровому выражению лица стало понятно, что, возможно, Андрею придется искать новое место для ночлега. Анечка приготовилась к худшему: пустить в ход тяжелую артиллерию — слезы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
