— Прогуливал? — весело усмехнулась Дарина, она взяла со скамьи бутылку с водой и сделала пару глотков.
— Вроде того. — кивнул Барс.
— Великий и ужасный Барс не разу не перезагружал источник? Не порядок. — погрозила пальчиком Дарина, взяла в руки музыкальный артефакт и сменила композицию.
— Нет, ты же не собираешься… — Думов даже назад шагнул от удивления.
— Ты ничего не теряешь. — сказала она улыбаясь. — Не переживай, мы же не в Тенеуре, за отсутствие прогресса кнутом бить не стану.
— Дарина, ты с ума сошла… — Барс сделал ещё один шаг назад.
— Что в этом такого? — Дарина нахмурилась и опустила протянутую к нему руку. — Или тебе не нравится, когда тебя чему-то учат?
— Я привык быть лучшим во всём. — согласно кивнул Барс.
— Вот видишь? Будет ещё один плюсик в копилку навыков. Давай, Барс, я хочу с тобой станцевать.
Дарина, как бы не покраснели её щёки, оставалась Пламеневой, а это значит: хитрой, изворотливой. Она знала куда давить, и как никто другой замечала главное. Она нравилась Барсу и знала, как им манипулировать.
Конечно, Барс повёлся на уловку и закатив глаза, протянул ей руку.
— Я обещаю, что тебе понравится. Просто верь мне.
И Барс поверил. А в следующий раз уже сам пригласил её на танец.
****
Дарина совершенно не выспалась. И дело было даже не в том, что она слишком поздно вернулась домой. Дело было в том, что всю ночь ей снился какой-то странный сон. Она трижды просыпалась долго глядела в потолок, а когда засыпала сон повторялся. Не выдержав, она поднялась на ноги и отправилась на пробежку. Утро было влажным и прохладным, но огненной ведьме было сложно простудится. Температура тела у неё была на несколько градусов выше нормальной человеческой.
Сон отпечатался в голове так хорошо, что она могла даже сказать сколько граней было у того стакана, из которого пил высокий широкоплечий мужчина, который через несколько мгновений после этого умер.
Дарина знала, что это не её воспоминания, а Думова.
Иногда глядя на этого парня, всегда одетого с иголочки, с прямой спиной, вежливого и галантного, Дарина забывала, что внутри у Барса жил зверь. Самый настоящий зверь, который жаждал крови и мог сорваться с цепи в любой момент времени. Именно такой момент Дарина и увидела в своём сне.
И всё это перед грядущей встречей с ним… Встречей, которая произойдёт на глазах Совета Правды, Купола Мира и придворных Цеты. Впрочем… Она с этим справится. Если будет нужно, то она всем напомнит, что Хранительницу злить нельзя.
Когда она вернулась домой родители уже во всю готовились к торжеству. Точнее готовился отец, а Елена лишь довольно над ним посмеивалась.
Мама Дарины от чего-то не сильно жаждала возвращения в Замок. Впрочем, у неё и здесь на Земле было много дел. Её восстановили в должности, и она вливалась в работу на факультете проклятий. И если раньше ученики Старофинна пищали от ужаса при упоминании Александра Пламенева, то когда слышали о его жене и вовсе падали в обморок. А если в библиотеку Старофинна ещё и Дарина заглядывала, то весь университет вытягивался по стойке смирно, читал заклинания невидимости, а некоторые и вовсе мимикрировали под цвет стен, чтобы их не приведи Тьма не заметили. Алова пошучивала, что Пламеневы оккупировали её учебное заведение.
— Ты так рано встала? — удивилась Елена и прошла вслед за Дариной на кухню. Девушка налила кофе из кофеварки и хмуро на неё посмотрев опустилась на стул.
— Сон дурацкий. — ответила девушка.
— Ты вчера поздно вернулась. Отмечала первый рабочий день? — подмигнула ей Елена и поставила перед носом тарелку с домашними вафлями.
— Нет, мы работали.
— Портал был открыт из «Вереска». — как бы невзначай заметила Елена. — Я с утра посмотрела координаты.
— Класс… Ты за мной следишь. — хмыкнула Дарина и тут же резко подняла на неё взгляд. — Я в чём-то провинилась?
— Нет, просто мне было интересно, почему ты не отвечаешь на послание вестника. — пожала плечами женщина. — Встала не с той ноги? Может тебе отвар оборотень-травы? Меня успокаивает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мам, всё хорошо. Я работала. Допоздна. В «Вереске» был свидетель, которого мы опрашивали. — ответила девушка и тут же поёрничала. — Так же как ты сейчас допрашиваешь меня.
— «Вереск» ведь Барсу принадлежит… — заметила Елена. — Вот я и подумала, что быть может…
— Нет, не может. — отрезала Дарина, прерывая новую мамину тираду на тему того, какой Барс плохой и как сильно ей нужно поскорее наладить свою личную жизнь и желательно чтобы в этой самой жизни не было одного светлоголового кота.
— Ладно, прости, что я за тебя переживаю.
— Не надо за меня переживать, мам. — закатила глаза Дарина. Даже есть расхотелось, хотя вафли и пахли очень вкусно. — Я взрослая девочка.
— Да-да, я знаю, но в городе убивают сильных неинициированных ведьм, а ты мало того, что ввязалась в это расследование, так ещё и на сообщения не отвечаешь. — Елена говорила спокойно, но только дурак бы не услышал недовольство и возмущение в её голосе. — Я волновалась!
— Мама! У тебя есть клевер. Если бы со мной что-то случилось, то ты бы первая узнала. — резко поднялась из-за стола Дарина. — А если за мной придёт этот псих, то я устрою ему такой приём, что даже его демон от страха в Бездну уползёт, поджав хвост! И ты это знаешь! Поэтому не притворяйся. Ты переживала, не встречаюсь ли я с Барсом.
— В твоём случае, встреча с этим кошаком куда страшнее, чем встреча с демоном. — пояснила Елена, тоже повышая голос. — Демона ты хотя бы можешь нейтрализовать, а убить Барса — нет.
— Если бы мы снова были вместе, то я бы тебе сказала. — возмутилась Дарина. — И если бы мы снова были вместе, то я бы не стала слушать твои бредовые доводы.
— Ну знаешь ли…
— Так, девочки, стоп… — в кухню вошёл отец и осторожно прижал к своему боку Елену и выразительно посмотрел дочери в глаза. — Давайте вы не будете ссориться из-за того, что обе себе напридумывали, ладно? У нас сегодня очень сложный день, а про вечер и говорить не стоит.
Дарина усмехнулась. Она-то знала одну прописную истину, которую до сих пор не понимала её мама. Дело было в том, что Александр, при всей его любви к собственной дочери, на Барса был вовсе не в обиде. Александру от чего-то всегда нравился Думов, поэтому он не оставлял надежды, что Дарина и Никита вскоре помирятся. Слушать доводы жены и дочери он даже не пытался, лишь хитро поглядывал на них. Словно за спиной у него был какой-то план. Хотя почему это «словно»? Наверняка ведь был. У Александра не бывает легко и просто.
И если Елену это раздражало до такой степени, что она однажды чуть не сожгла ельник за домом. Дарина же не обращала внимание.
В общем, мнения на счёт Барса в семье разделились. И если мама читала лекции о том, что в жизни Дарины белого кота больше быть не должно, а встречаться им стоит не больше одного раза в год, лишь для исполнений обязанностей Хранителей, то Александр читал лекции о том, что Барс — самая лучшая для неё партия и им просто необходимо помириться. Александр даже был готов в этом посодействовать.
В общем, если твои родители профессора, то это диагноз. Поскольку ораторы из них были что надо, и они оба были уверенны в своей правоте, то предпочитали эту тему между собой не обсуждать, а давить на Дарину, каждый со своей стороны.
Но у Дарины была третья версия, которая обоих Пламеневых не устраивала. Дарина их обоих не слушала. А вместо того, чтобы налаживать свою личную жизнь она принялась налаживать карьеру. И в такой ситуации и Александр, и Елена были готовы пойти друг другу на уступки, лишь бы их дочь оторвалась от своих книжек. Поэтому у родителей было перемирие, но иногда они так или иначе намекали девушке на свои мысли.
— Да, верно. Именно поэтому я пойду готовиться. — хмыкнула Дарина. — Надену красивую мантию-доспех и наточу саи… Вдруг нужно будет вогнать их в чью-то наглую кошачью рожу.
