– Начинаем снижение, сир, - прошептал барон Спранг.
Герцог дю Люка открыл глаза. Далеко внизу был виден маленький силуэт "Меча Ислама". Неужели это тот самый огромный Небесный Властелин? Его охватил страх. Он привык, что Небесный Властелин - это целый мир, в котором можно прожить всю жизнь, ни разу не покинув его, что Небесный Властелин - это твердая опора под ногами, надежная и послушная воле капитана. Но, всякий раз взглянув со стороны, он понимал, что корабль - это ничтожная песчинка, особенно на фоне волн бескрайнего моря.
Пилот глайдера и в самом деле начал снижаться по пологой посадочной спирали. Герцог, борясь с тошнотой, с трудом заставил себя посмотреть вниз. От страха у него засосало под ложечкой. Глайдер подозрительно
скрипел, и сердце герцога замирало в предчувствии, что он вот-вот развалится на куски.
"Меч Ислама" быстро рос и вскоре занял собой все пространство. Герцог перевел дух, ибо все возвращалось на свои места: не было ничего в мире более величественного, чем Небесный Властелин. Кроме того, даже ему, неискушенному в управлении глайдером, стало ясно, что за пультом сидит настоящий ас.
Через минуту глайдер делал заключительный круг над "Мечом Ислама", который приостановился, повернув хвост по ветру, чтобы помочь приземлению. Явно желая продемонстрировать свою лихость, пилот сел точно на начало взлетно-посадочной полосы. У герцога снова перехватило дыхание, когда глайдер подпрыгивая понесся по палубе, но пилот и из этой ситуации вышел с честью: он быстро и резко затормозил, так быстро, что остановился в двадцати ярдах от страховочной сетки, поставленной, чтобы менее умелые летчики не свалились в море. Невдалеке стояли еще три глайдера других типов.
– Чистая работа! - с чувством похвалил пилота герцог. - Если назад отвезешь так же, будешь получать двойной паек в течение месяца. - Техняги (или как они здесь называются) "Меча Ислама" спешили к глайдеру. За ними шел почетный караул в черных мундирах с красными разводами. Первыми из глайдера вылезли рыцари охраны герцога, тоже весьма внушительные на вид: в серебряных кольчугах, каждый с двумя пистолетами сорок пятого калибра в наплечных кобурах. За рыцарями выкарабкался барон Спранг, который помог вылезти герцогу. Один из исламских гвардейцев вышел вперед и склонил голову перед герцогом. Его лицо закрывал, как и у всей гвардии, черный шлем, оставлявший незащищенными только глаза.
– От имени моего повелителя, Эль Рашада, приветствую вас на борту "Меча Ислама", - произнес гвардеец с легким акцентом. - С вашего разрешения, я провожу вас.
Герцог кивнул. Почетный караул выстроился ровными колоннами справа и слева от высоких гостей и церемониальным маршем двинулся вперед по проходу, ограниченному с двух сторон поручнями, по направлению к ближайшему люку.
Сначала они спускались в лифте между двумя огромными газовыми накопителями, затем мимо улиц, заполненных людьми и животными. Герцог скривился: как все-таки смердит от здешних обитателей. Но больше запаха его поражало количество пожилых людей. Жители "Меча Ислама", будучи последователями одной из самых суровых сект, не признавали Первичный Стандарт, в частности, они сознательно не вмешивались в "естественный" процесс старения, хотя герцог дю Люка никогда не понимал, о какой "естественности" может идти речь, когда люди спокойно наблюдают за ухудшением собственного физического состояния, и даже угроза отвратительной смерти от старческих немощей не подвигает их на сопротивление времени.
Некоторые лица в толпе, несомненно, принадлежали очень старым людям, и он пытался не думать о том, какие безобразные тела скрываются под их одеждами. Наверное, женщины у них тоже достигают столь же преклонного возраста, но они, слава Аллаху, не показывают своих лиц. Он поспешно отогнал от себя кошмарные видения увядших женских тел.
Процессия плавно втекла в богато украшенные ворота, мимо вооруженных до зубов стражников, и очутилась во внутренних владениях Эль Рашада. Герцог уже бывал здесь, но так и не освоился во всех этих бесконечных коридорах, поворотах и занавешенных коврами потайных дверцах, ведущих в резиденцию повелителя мусульман. Когда герцог вошел, все остальные уже сидели на пуфах, скрестив ноги, за низким овальным столиком посередине огромной залы, искусно драпированной коврами так, чтобы создавалось впечатление, что они находятся внутри огромного арабского шатра. За спинами Небесных Властелинов застыли их советники.
Все присутствующие повернули головы в сторону вошедших. Эль Рашад сидел во главе стола, он первым приветствовал герцога.
– Ага, вот и наш христианский друг пожаловал. А то мы уже начали опасаться, что вы, к нашему великому сожалению, попали в катастрофу.
"К нашему великому сожалению? Так я и поверил", - подумал про себя герцог, неуклюже садясь за низкий столик. Эль Рашад не считался с обычаями своих гостей и заставлял всех сидеть по мусульманскому обычаю. Герцог предполагал, что он делал это не без задней мысли, лишний раз подчеркивая свое доминирующее положение в их противоречивом альянсе. Барон Спранг занял место за спиной герцога.
Герцог старательно улыбнулся хозяину "Меча Ислама", который, как всегда, был с большим вкусом одет. На этот раз он был в черной, с кроваво-красными разводами мантии.
– Благодарю вас за любезное приглашение. Глубоко тронут оказанной честью.
Он говорил на американо, общеупотребительном языке, представлявшем собой смесь английского и испанского.
По ястребиному лицу Эль Рашада пробежала тень - так много сарказма вложил герцог в сухие протокольные слова. Затем Эль Рашад хлопнул в ладоши. Слуга, а может быть и раб, мгновенно выскочил из щели между настенными коврами. Он поставил перед герцогом поднос с чашкой темной жидкости и тарелкой с белыми квадратиками, приторно-сладкий вкус которых герцог запомнил по прежним визитам. Перед всеми остальными уже стояли такие же подносы.
Подчеркнуто не замечая угощения, герцог еще раз постарался улыбнуться Эль Рашаду и заговорил:
– Дорогие союзники, я глубоко убежден, что наше совещание вызвано самыми вескими причинами. Как я ни рад любой возможности видеть вас, к сожалению, мне приходится заниматься еще и своими внутренними делами, и, признаюсь вам, приглашение пришло в очень неудобный для меня момент.
Эль Рашад резко бросил:
– Все ваши проблемы - ничто по сравнению с целью нашей экспедиции!
Герцог пожал плечами.
– Конечно, такому могущественному сеньору трудно понять проблемы ничтожного капитана "Властелина Мордреда", корабля, который не совсем исправен… - "точнее говоря, который разваливается на куски", - подумал он с горечью, - и условия жизни на котором, мягко говоря, оставляют желать лучшего. Мои люди, беззаветно преданные мне и даже, не побоюсь этого слова, любящие меня, начинают - как бы мне поточнее выразиться - уставать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
