Иван Иванович сомневался всего лишь пару секунд и тоже побежал за мной. Так мы и бегали – Сергей, за ним я, а за мной Иван Иванович. Судорожными движениями мы поочередно заглядывали под-в-на-за предметы интерьера. Через пару минут меня остановил Иван Иванович, развернул к себе лицом и очень настойчиво и умышленно разделяя слова произнес: «Машенька, душа моя, кого или что ищем?» Путаясь в пояснениях, я все-таки смогла рассказать Ивану Ивановичу о происшествии. В глазах эксперта мелькнула легкая озадаченность, а потом появился огонь азарта, что меня очень удивило и даже смутило. Не предполагала я, что в таком деликатном и сдержанном человеке может жить такая стихия, как азарт. Поиски возобновились. Но уже более решительные и дотошные. Длинный дверной звонок и еще парочка серий коротких звонков опять заставили меня бежать открывать дверь. На пороге стоял Венечка и с нескрываемым любопытством смотрел мне через плечо в сторону рыщущих Сергея и Ивана Ивановича. «Чё ищем? Не сокровища ли нации?» Знал бы Венечка насколько был близок к правде его каламбур. «Пошли, по дороге расскажу». Введя в курс дела и Веню, я опять присоединилась к поискам. Мы переходили из комнаты в комнату, но пока что без положительных результатов. Из отрицательных был беспорядок, который из легкой формы постепенно переходил в рамки катастрофы. При чем сказать точно кто больше всех разбросал вещей было невозможно, так как три мужчины мотались по моей квартире с удивительной скоростью и хаотичностью. «Сколько же тут комнат. И что за чертовщина с планировкой?!» Комнат действительно было много, так как квартира состояла из двух объединенных квартир – 2-х и 3-х комнатных. Плюс задублированные кухни, коридоры и ванно-туалетные комнаты. В общем, помещений хватало с лихвой. Я пояснила про происхождение квартиры «поисковой» команде, и, устало вздохнув, побрела на кухню. Зайдя на кухню, я окинула взглядом поле нашей деятельности с Сергеем – надо бы еды какой-нибудь сделать и чаю. Повозившись с опостылевшими бутербродами и чаем, я решила немного передохнуть на подоконнике. Да и во двор я сегодня даже не выглядывала. Удобно умостившись, я подвинула кота, который лежал на подушках. Он лениво зевнул и устроился у меня на коленках. Так мы вдвоем и задремали на подоконнике. Кошачье мурлыканье, скажу я вам, самое отличное снотворное.
«Нет! Этого просто не может быть! Вы только посмотрите!»
«Офигеть кричали гости!!!»
«Мы тут ищем этого Бегемота, как три идиота, а она его пригрела и молчит. Где бриллианты, шкура!»
Может бессонная ночь подействовала, а может напряженное утро, а может обидное словечко «шкура», но слезы брызнули из моих глаз моментально после Сережиного возмущения.
«Ну, вот. Опять виноват. Эх, Серега, Серега…не стой теперь у порога», – хохотнул Венечка. Иван Иванович только сокрушенно качал головой. Сережа спокойно и деловито достал из кармана брюк огромный носовой платок, подошел ко мне и жестом профессиональной нянечки вытер мне слезы, высморкал нос, аккуратно свернул платок содержимым вовнутрь, спрятал его опять в недра кармана и как-то по-особенному нежно поцеловал меня сначала в нос, а потом в лоб.
Иван Иванович перестал качать головой и, не смотря на свою врожденную воспитанность, так и замер с приоткрытым от удивления ртом. Венечка верный своему естеству схохмил сразу, как увидел поцелуй в лоб: «И контрольный в голову.» Не зря видать занимал Венечка свою должность на службе – выбить его из колеи или как минимум удивить чем-то было очень сложно или даже невозможно. Тем временем Сергей взял кота за шкирку, чем морально добил меня и полностью подчинил себе кота. Кот неподвижной тряпкой свисал в его руке. «О, прям как пальто, даже не шелохнётся», – Вениамин опять был верен себе и пытался шутить. Оглядев кошачью тушку со всех сторон, Сергей убедился, что бриллианты у кота отсутствуют. «Скинул по ходу», – резюмировал Венечка. Иван Иванович к тому моменту уже отмер, тяжко вздохнул, а скорее выдохнул вместе со словами: «Надо искать куда определил сокровище этот паразит. И не стыдно тебе, морда ты вороватая!» Сначала Иван Иванович обращался к нам, а потом, судя по всему, к коту, который будто бы все понял и забился в угол подоконника, зарывшись в подушки, после того как Сергей его выпустил.
Искали на этот раз медленно и тщательно. На нашу беду, кот Бегемот пакет для улик мало того, что порвал, так еще и изрядно потаскал по квартире. И содержимое пакета мы находили в разных непредвиденных местах квартиры. Они были небольшие, даже маленькие, но было их много – шестьдесят семь. Вы и сами поняли уже – искали мы их долго. Но нашли. Сначала мы радовались находке каждого камешка. Но потом просто под общие одобрительные взгляды аккуратно укладывали их в новый пакет для улик. Одобрительное молчание продолжалось до последнего камушка, потом переложили, не касаясь руками, мешочек со свастикой в новый пакет, запечатали, прикрепили бирку и определили в саквояж Ивана Ивановича для надежности. В очередной раз простившись с экспертами, мы с Сережей одновременно глянули на часы, которые отбили 18.00. Это было неожиданно. Время пролетело настолько незаметно, что даже мой внутренний будильник испарился куда-то, надеюсь, что на время, а не навсегда (простите за каламбур). «Надо было может порванный пакет для улик тоже отдать Ивану Ивановичу.»
«На кой он ему нужен?»
«Для отчетности…»
«Для отчетности…», – эхом отозвался ворчливо Сергей. Потом подошел ко мне, поцеловал, взял меня на руки и унес в спальню. Кот с понимающим прищуром посмотрел ему в спину и замурлыкал.
Утро было неожиданно хмурым. Серое небо обросло тяжелыми облаками. Где-то в недрах квартиры протяжно орал кот. Я встала неохотно с кровати на поиски орущего. Ну что за животное такое, вечно его искать надо. Кот сидел перед зарытой дверью ванной комнаты и орал. Увидев меня, он усилил ор. Так и не поняв сразу зачем ему ванная комната (видать со сна я всегда такая не совсем сообразительная), я открыла ему дверь и пошла на кухню. Включила чайник, чтобы заварить чай. Бутербродов как-то уже не хотелось. Решила сварить овсянку. Люблю я овсяную кашу, сваренную на молоке из отрубей овсяных.
«Йошкин кот! Не может быть!»
А и правда. Ну, не может этого быть. Ну, сколько можно удивляться в моей квартире и в моем парадном!?
Что еще могло произойти, чтобы так удивить! Потоп уже был, убийство уже было, клад нашли, и не просто нашли, а нашли, потеряли и опять нашли. Кот приблудился, мы с Сергеем нашли друг друга, при этом до
