Я подпрыгнула, насколько позволили его руки, от неожиданности и одновременно от щекочущего захватывающего чувства.
– Ой! Вы укусили меня за ногу! Вы выпили мою кровь! Я невкусная!!!
Ты очень аппетитная. Ты просто банкет из двенадцати блюд.
– Прекратите! Немедленно прекратите! – закричала я, уткнувшись в его спину. – Хватит шептать у меня в голове! И хватит кусать меня за ногу! Отпустите меня.
– Нет.
И он побежал дальше вниз по ступеням, совершенно не задумываясь о моем комфорте. Но даже когда лестница кончилась, он не остановился, а побежал в глубь бездны необъятного подвала. Я посмотрела вверх, в колодец лестничного проема, откуда лился слабый свет, и увидела каменные статуи, которые казались удивительно живыми в неровной игре теней.
Я начала беспокоиться. Одно дело – флиртовать с вампиром, и совсем другое – провести с ним вечность в склепе, если у него на меня есть планы… У меня в горле пересохло от перспективы быть похороненной заживо. Это было моим самым страшным ночным кошмаром.
– Вы мне живот сжали! Меня стошнит, если вы меня не отпустите.
Это сработало. Он остановился, поставил меня на ноги, его пальцы крепко держали меня за запястье, пока я пыталась отдышаться.
– Уф, так-то лучше. Так вот…
– У нас нет времени на разговоры. Солнце поднимается. Идем.
– Знаете, я одновременно могу идти и говорить. Уверена, если вы постараетесь, то у вас тоже получится, хоть вы и вампир. Я уже поняла, что у вас в – невероятно привлекательной – попе шило, но я не могу бросить Мелиссанду, не сказав ей о племяннике. Так что, если мы не поставим ее в известность, то я и с места не сдвинусь. Она же беспокоится о нем.
– Ничего не знаю, ты туда не вернешься, – мрачно сказал он и потащил меня за собой по узкому каменному проходу. Раздался металлический щелчок, это он включил зажигалку, взметнулся язычок синего пламени. Впрочем, он мало чем помог, света сильно не прибавилось. Я лично видела только то, что проход сырой и бесконечный. Пахло землей. Пока меня тащили по этому коридору, пол под ногами менялся с каменного на песчаный, а затем и вовсе на земляной с торчащими корнями.
Мое беспокойство сменялось злостью по мере того, как он тащил меня по этому кишечнику замка. Как он может бросить бедную Мелиссанду в ее горе! Ведь единственное его слово может помочь.
– Ты бессердечный кровосос! Как ты можешь быть таким эгоистичным? Ничего, что я на ты?
– Эгоистичным? – Вампир бросил на меня презрительный взгляд.
– Да, эгоистичным. Я не дурочка, знаешь ли. Я видела, как ты навострил уши, когда понял, что я волшебница. Ты же хочешь, чтобы я сняла проклятие, которое наложили на тебя, так? – спросила я и споткнулась о корень дерева, торчавший из земли. Он подхватил меня за талию. Я не стала обращать внимания на внутренний голос, который советовал мне насладиться сполна этим кратким объятием, ибо я понимала, что он лишь пытался мне помочь. – Думаешь, сможешь использовать мои способности, чтобы избавиться от своих проблем?
– Да.
Он произнес это с таким холодком, что меня бросило в дрожь.
– Да? Ну тогда лучше тебе подумать еще раз. Я ничего не могу расколдовать. Я здесь только для того, чтобы помочь Мелиссанде… тебе тоже, кстати, не помешает помочь ей. На кону жизнь мальчика, и даже если ты не из тех, кто задумывается о вежливости, то ты все равно не такой монстр, чтобы тебе было все равно.
– Откуда ты знаешь, что я не такой монстр?
Что-то вспыхнуло в его глазах, и я снова почувствовала его зов.
– Не говори ерунды. Если бы ты был монстром, ты бы перегрыз мне глотку, или сразу же сделал меня своей царицей ночи, или что-нибудь в том же духе. Ты всего лишь человек, а вовсе не монстр. Да, мужчина с острыми клыками и руками, словно стальные капканы, но ты все равно человек, а посему ты связан нормами гуманности и морали и просто обязан помочь Мелиссанде.
Он продолжал идти вперед.
– Она не примет мою помощь.
– Но…
– Нет! – сказал он, словно камень раздробил.
Я посмотрела на него и решила, что при первой же возможности вытяну из него информацию и передам ее Мелиссанде.
– Сюда. – Он свернул в темный проход и отпустил меня, чтобы навалиться на каменную дверь, оплетенную корнями. Она хрустнула протестующе, когда подалась, открываясь. Проход наполнился треском и скрежетом. Я попятилась назад, пока не наткнулась на скалистую стену. Свет от зажигалки ничего толком не освещал.
– Кто ты? – спросила я, и дверь закрылась с ужасным грохотом. – Кто ты, где мы, и зачем именно меня ты похитил?
Вампир пошарил по полу и вскоре поднял кусок дерева размером с руку. Кусок этот, судя по всему, был сухим, потому что загорелся почти сразу, как только вампир поднес к нему зажигалку. Он высоко поднял импровизированный факел, который осветил комнату, разметав наши тени по грубо отесанным каменным стенам.
– Меня зовут Адриан Томас, а это маленькая комната, вытесанная в чреве туннеля, который ведет за стены замка. Я привел тебя сюда, чтобы ты сняла проклятие, которое наложил на меня Повелитель демонов – Асмодей.
– Адриан? – прошептала я, мой мозг лихорадочно работал. – Адриан-Предатель? Тот, кто отдавал своих собратьев в лапы Асмодея на бесконечные пытки и ужасную смерть? Тот самый Адриан?
– Да, – ответил вампир. Свет от факела сверкнул на его клыках, когда он улыбнулся невеселой улыбкой. – Я Предатель, а ты, волшебница, моя пленница.
Глава 4
– Ты собираешься меня убить, да?
– Что? – Адриан держал горящий корень высоко над головой и обходил влажную дыру, куда он меня затащил, по периметру. Помещение по размеру напоминало мою спальню, две стены были каменные, две земляные, потолок подпирали древнего вида деревянные стропила. Судя по остаткам бочек в углу, эту комнату в былые времена использовали как склад. – Зачем мне тебя убивать?
Корень прогорел почти до его руки. Адриан остановился передо мной, удовлетворенный, видимо, тем, что свет не проникает в комнату.
– Зачем? Я загнана в ловушку, один на один с матерым вампиром, который в свободное время сдает своих приятелей Повелителю демонов. И как мне не думать, что я сейчас стану обедом?
Он швырнул факел на грязный пол, где тот зашипел, последние сантиметры корня продолжали догорать.
– Я же сказал, что мне нужна твоя помощь. А я обычно не ем людей, которые мне нужны.
– Да? Звучало бы убедительнее, если бы ты не облизывал клыки, пока говоришь это. – Свет от догоревшего факела померк. Я прижалась спиной к каменной стене и скрестила руки на груди, пытаясь обнять себя. Ненавижу темноту. Ненавижу, когда меня запирают в замкнутом пространстве. С той самой ночи десять лет назад…
