–Давайте, умники, валите отсюда. - Пробурчал Горгулья, поднося к глазам портативный армейский бинокль, реквизированный у одного из вояк на КПП. - Если бы этот полудурок не стал махать руками, всё было бы в порядке.
Он зажмурился, вновь открыл глаза, и присвистнул. Со стороны блокпоста двигалась колонна из двух КАМАЗов. Прикрываясь машинами, к позиции мародёра приближалось ещё не меньше трёх десятков солдат.
–Мама дорогая, это ж сколько вас, зеленозадых, сюда припёрлось? - Горгулья поднял с земли винтовку Гаусса, и, переведя переключатель мощности на максимум, нажал на спуск.
Голубоватый луч пронзил прохладный ночной воздух, и вонзился в кабину первого КАМАЗа чуть ниже лобового стекла. Машину тут же опрокинуло назад, на второй КАМАЗ, водитель которого, увернулся от падающей машины в последний момент.
Зря он это сделал. Тем самым он просто открыл пехоту для залёгшего в засаде стрелка. Горгулья мешкать не стал. Он выстрелил во второй грузовик. Луч винтовки распорол бензобак, и столб пламени окутал дорогу.
Несколько мгновений горящие фигуры ещё метались из стороны в сторону, как колыхаемое ветром пламя свечи, после чего всё стихло.
–Шашлык из десанта. Гарнир - жареный КАМАЗ. - Прошептал Горгулья, и сменил позицию.
Он, конечно, не считал, что его удачный выстрел уничтожил три десятка солдат, и, поэтому, приготовился к бою.
Солдаты появились через несколько минут, пытаясь обойти его прежнюю позицию с тыла. Вот только кабанья лежка уже была пуста, а мародёр, с калашом наперевес, перемещался по сухой траве, пытаясь понять, как бы интереснее закончить схватку.
Взрыв прогремел, когда он достиг проволочного заграждения зоны радиации, и счётчик Гейгера, вшитый в костюм, заверещал об опасности. Это взорвалась поставленная им около лежки растяжка. Вот и здорово. Теперь он знал, где враг.
Достав из рюкзака бутылку с горючей смесью, Горгулья прицелился, и разжал руку, выпуская "снаряд" в суетящихся вокруг раненого растяжкой солдат. Как только бутылка коснулась земли, и на фоне пожарища замелькали вояки, пришло время автомата. Горгулья вскинул короткоствольный калаш, и выпустил в убегающих солдат длинную очередь.
Нет, конечно, он не стремился попасть в них. Мародёр лишь хотел обозначить своё местонахождение. И вояки клюнули. Он насчитал семерых солдат, вошедших в густую траву. Ничего не подозревая, бойцы бежали к нему. Глупцы, они ведь и не подозревали, какой хитрый враг поджидал их. Они и не подозревали, что, загоняя одинокого сталкера с никнеймом ПДА "Горгулья", они шли в лапы убийцы.
Они бежали всё быстрее, а вот мародёр не торопился. Он поглядел на колышущееся поле, определяя направление ветра, удовлетворённо хмыкнул, и приготовил к бою огнемёт. Вот такие ночи ему особо нравились - тишина, лёгкий ветерок, и крики умирающих врагов.
Горгулья поднял ствол огнемёта, и нажал на спуск. Струя пламени уткнулась в заросли сухой травы, высотой в полтора человеческих роста. Мародёр переместил огнемёт правее, и уже через десять секунд беснующийся ветер погнал пламя по полю со скоростью истребителя.
Солдаты не успели ничего понять, когда через них переметнулся поток огня. Их судьба была решена. Это поле часто называли "горелкой", потому что даже после дождя трава на нём была абсолютно сухой, и загоралась от поднесенной спички, будто заблаговременно была облита бензином. После нового выброса трава вновь была на месте, будто её никто и не жег. Многие сталкеры обходят это место стороной. Многие, но не Горгулья.
Говорили, что если задержаться на этом поле слишком долго, можно навсегда остаться на нём. При этом, рассказчики никогда не уточняли, каким образом это случится, но предостерегали, что поле не простое, а живое, как мутант, который съедает зазевавшихся сталкеров. Проверять эту легенду на себе Горгулья не хотел.
Он обогнул поле, и вышел к дороге. За его спиной что-то кричали обожженные солдаты, ползая среди тлеющей травы. Внезапно их голоса затихли, и все до единого огни пропали. Заинтересовавшийся феноменом, Горгулья поднял бинокль, и перевёл его в режим ночного видения. Поле было абсолютно чистым, Тоесть, вообще. Не было ни раненых солдат, ни их оружие, ни обугленных стволов деревьев - ничего.
–Ангел… - Прошептал Горгулья, пятясь назад. - Чёрный… ангел…
Вот это был поворот - самая коварная аномалия зоны на Кордоне. Бред. Если кому сказать, обсмеют, но это правда. Перед мародёром была огромная аномалия в форме поля, пожирающая души, и превращающая в пепел тела беспечных ходоков.
О "Чёрном ангеле" ходило множество историй, никак не меньше, чем о Монолите. Аномалия эта возникла сравнительно недавно, и, как и водится в зоне, приняла имя исчезнувшего вида аномалий. Тоесть, когда-то так называли совсем другую аномалию, но, время идёт, а красивые названия сами собой не рождаются. Похожая история была и с аномалией "мясорубка". Но что "Чёрный ангел" делает на Кордоне, где единственными аномалиями до последнего момента были: "змейка", "жадинка", и несколько "гравитационных плешей"? Даже "каруселей" здесь никогда не было. Можно было прокладывать туристические маршруты, и не бояться, что налетишь на аномалию, а тут такое.
Горгулья немного поразмыслил, и кинул в центр "Ангела" почти опустевший баллон огнемёта. Аномалия заволновалась, но огнемёт так и остался лежать нетронутым. Мародёр прицелился, и выстрелил в баллон. Огнемёт ухнул, и по полю поползли огненные плети.
Ничего. Аномалия даже не попыталась потушить пожар. Похоже, она уже насытилась военными, и опасаться было нечего. Горгулья пересек поле по диагонали, и вышел к догорающему грузовику. Около КАМАЗа лежало с дюжину сильно обгорелых тел. Но здесь были не все. По меньшей мере, пятеро бойцов значились ещё в списке живых. Мародёр закинул автомат за плечо, и вытащил оба пистолета. Такая арифметика ему не нравилось.
Ошибиться Горгулья не мог. Он ведь не простой мародёр. За плечами ведь не средняя школа, а престижный ВУЗ, математический факультет, золотая медаль, и год стажировки в Великобритании. Поэтому считать он умел отлично.
Мельком взглянув на закреплённый в районе запястья ПДА, он в этом убедился. Шестеро солдат приближались к нему со стороны поля, и ещё как минимум два десятка со стороны блокпоста. Такой расклад мародёра не радовал. Он резко развернулся, выпуская две пули в бегущего к нему бойца. Солдат пробежал ещё несколько метров, и рухнул на землю. Пятеро остальных открыли шквальный огонь, и Горгулье пришлось перебежками отступать к месту, где он сбросил пояс с гранатами и винтовку Гаусса. А ведь как здорово было бы сейчас выстрелить в баллон огнемёта, и поджарить всех пятерых. А-н, нет, не терпелось ему пострелять. Ну, зачем он взорвал баллон?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
