Читаем без скачивания Сезон охоты - Светлана Алешина

ГДО, как сокращенно именовался Гарнизонный Дом офицеров, главным фасадом выходил на довольно узкую улицу, по противоположной стороне которой тянулась выкрашенная в черный цвет металлическая ограда парка Липки. Другим своим фасадом ГДО смотрел на еще менее широкую улицу, которая упиралась в эту самую ограду. Остановить машину там можно только на стоянке, перед главным фасадом.

Мы подъехали, когда до назначенной встречи оставалось еще десять минут. Единственное свободное место, где можно запарковать машину, оставалось только в самом конце стоянки. Я не помнила, знает ли Рома мою машину, а так как стекла в моей «Ладе» тонированные и снаружи через них ничего не видно, мне пришлось выйти. Да я и не могла спокойно сидеть на одном месте. Сначала походила туда-сюда вдоль главного фасада, а потом свернула на примыкающую улицу. Там стояли три мусорных бака, в которых ковырялся палкой бомж в старом пальто с поднятым воротником. Видно, он заметил, что я на него смотрю, потому что повернул голову в мою сторону. Его морщинистое лицо показалось мне знакомым, но бомж тут же отвернулся и продолжил свое занятие.

Я закурила и снова принялась гулять вдоль главного фасада. Уже пять минут прошло после назначенного времени, а Лютиков все не появлялся. Нервно вертя в руках сигарету, я снова дошла до угла ГДО, где почти носом к носу столкнулась с бомжем — тот закончил шерудить на помойке и направлялся по своим делам. Я сделала шаг в сторону, пропуская его, потому что он, как я поняла, сворачивать не собирался. Но он шагнул в ту же строну, преграждая мне дорогу.

Вот еще, только этого мне не хватало! Я сделала еще шаг влево. То же движение повторил бомж.

— Это я, — сказал он, — не удивляйся.

— Господи, Рома! — вскрикнула я обрадованно, но вовремя перешла на шепот. — Какого черта ты так вырядился?

— Для конспирации, — негромко произнес он, — кажется, за мной следят. Вернее, не кажется, я в этом уверен, но сейчас как будто удалось от них ускользнуть.

— От кого — от них? — недоуменно спросила я, оглядываясь по сторонам.

— Не верти головой, — прошипел Рома, — лучше слушай. Есть материал. Если его опубликовать, кое-кто из областного начальства вылетит из своих кресел без выходного пособия. Когда мне его предложили, я сразу понял, это не для моей газетенки. А у тебя тираж, и ты ни от кого не зависишь. Все остальные наши фуфелы просто не решатся дать его в печать. Я сразу подумал про «Свидетель», но когда попытался выйти из дома, чтобы предложить тебе эту «бомбу», понял, что меня «пасут»: афганская школа еще сохранилась. Пришлось немного отсидеться. — Рома слабо улыбнулся.

— Мог бы пригласить меня к себе, — хмыкнула я.

— Чтобы тебя нашли в ванной с перерезанным горлом? — невесело ухмыльнулся Лютиков.

— Ты знаешь?

— Слушаю новости. Иногда.

— Егорова сбили машиной, — сказала я, — он тоже звонил мне перед этим. Ты можешь хотя бы сказать, что за материал?

— Для этого я и пришел. — Рома все поглядывал в сторону дороги. — Мужик, который мне его предложил, сбежал с зоны. Его вроде бы подставили, но это в принципе неважно. Он тоже сейчас мертв — убит при задержании. Вся проблема в том, что я не знаю, где теперь искать этот материал. Мужик сказал, что все хранится у него в надежном месте. Ты должна мне помочь. Они теперь думают, что я все знаю, как Миша или Паша. Но не могу же я им сказать: «Ребята, отстаньте от меня, у меня ничего нет». Теперь или я найду эти проклятые бумажки, или меня найдут где-нибудь на помойке с дыркой в голове.

— А если ты их найдешь? — сгорая от любопытства и холодея от страха, спросила я.

— Тогда ты их опубликуешь, — злорадно усмехнулся Лютиков, — и такое закрутится! Им тогда не до меня будет и не до тебя, им придется свои задницы спасать.

— Ты хоть намекни, что за бумажки-то.

— Лет пять-шесть назад на захоронение радиоактивных отходов выделили огромные деньги, что-то порядка двадцати миллионов долларов. Наверняка ты слышала про этот поселок Шитово у нас в области, где находится склад оружия. Сейчас-то это не секрет, а тогда еще об этом мало кто знал. Погоди-ка, — Роман внезапно умолк, пристально глядя в конец улицы, где из-за поворота показалась неказистая серая «копейка» и медленно начала приближаться к нам. — Черт, — выругался Лютиков. — Ты на машине?

— Да, — только и смогла ответить я.

— Спокойно иди к своей тачке и не оборачивайся, — быстро проговорил Рома и, наклонившись, стал ковырять палкой у себя под ногами.

Я послушно двинулась вдоль улицы и, дойдя до угла, бросила незаметный взгляд через плечо. Лютиков шел следом. Дойдя до главного входа в ГДО, я сделала вид, что собираюсь войти внутрь, и снова обернулась. Ромка двигался следом, и если бы я не знала, что это он, никогда бы не смогла узнать его. Тут я вспомнила, что у Ромы жена была актриса, она работала в театре драмы. Видимо, Рома научился у нее искусству перевоплощения. В это время серая «копейка» тоже свернула в нашу сторону, и когда поравнялась с Лютиковым, водитель — темноволосый мужчина лет тридцати пяти — высунул в открытое окно пистолет с длинным глушителем, какие бывают обычно в фильмах про шпионов. Я услышала сухой щелчок… Серая «копейка» резко прибавила скорость.

Сначала я даже не поняла, что произошло; все мое внимание было приковано к серому автомобилю. Но когда перевела взгляд на Рому — а он уже не шел и не стоял, а лежал на тротуаре, — меня словно током ударило. Это же в него стреляли из этой чертовой машины! Забыв об осторожности, я бросилась на помощь Роману. Едва не растянувшись на утоптанном снегу, который еще вдобавок раскатали в одном месте до льда, я подлетела к Лютикову. Он лежал на боку со скрюченными ногами, поджав одну руку под себя. Рядом валялась палка, которой он копался в мусорных ящиках.

Нагнувшись над ним, я взяла его за подбородок и повернула его лицо вверх. Глаза были закрыты.

— Рома, Рома, — потрясла я его за плечо, — ты жив?

Он открыл на мгновенье глаза и тихо прошептал:

— Уходи немедленно, дура.

После этого закрыл глаза и замолчал.

Уйти?! Как бы не так! Я кинулась к машине, чтобы позвать Виктора, но он и сам, поняв, что творится что-то неладное, уже торопливо шел навстречу. Вместе с ним мы подбежали к недвижимому Лютикову.

— В машину его, быстро, — скомандовала я.

Виктор сначала недоверчиво посмотрел на меня, но увидев, что я не шучу, принялся за дело. В тот момент, когда мужчина из «копейки» выстрелил в Лютикова, на улице рядом с Домом офицеров никого не было, не считая двух-трех водителей, поджидавших на стоянке своих хозяев. Но они сидели в машинах лицом к фасаду и не могли видеть, как стреляли в Романа. И уж точно они ничего не слышали. Хотя падение Романа могло быть ими замечено.

Со стороны это выглядело примерно так: шел себе бомж, наверняка пьяный, да и свалился неожиданно посреди улицы. Тут к нему подбегает сначала девушка, то есть я, потом прилично одетый молодой человек — Виктор, и начинают этому бомжу помощь оказывать. Окно стоявшего неподалеку «мерина» опустилось, оттуда выглянула толстая рожа. Ухмыляясь и глядя на нас, как на дураков, браток сплюнул и произнес:

— Да вы че, в натуре, мараетесь? Проспится — сам уйдет.

— Сам проспись, — бросила я со злости и поторопилась следом за Виктором, он тащил Рому на себе.

Я перегнала его, подбежала к машине и, открыв заднюю дверь, помогла Виктору затащить Романа внутрь. Сделать это оказалось не так-то просто. Виктору пришлось прислонить его сначала к машине.

— Держи, — сказал он мне.

Я пыталась держать Лютикова, прижимая к боку «Лады», но он был без чувств, ноги его не держали, и как я ни пыжилась, он выскользнул и почти сполз на землю. К счастью, Виктор к этому времени уже залез в машину с обратной стороны и подхватил его из моих рук. Он усадил Ромку на сиденье. Я поместилась рядом и рукой обхватила Лютикова за плечи. Виктор захлопнул дверь, занял место водителя и, обернувшись, выразительно посмотрел на меня.

— Куда?

Куда, куда?.. Если бы я знала. Точно я знала только одно — в больницу Романа вести нельзя.

Я приложила пальцы к шее Лютикова под подбородком, потом чуть сместила ладонь вправо. Пульс был слабым и неровным, но главное, был!

— Витя, — тяжело перевела я дыхание, — это мой приятель, журналист. В него стреляли. Он владеет очень важной информацией. В больнице его могут найти.

Может быть, предположение, что Романа нельзя везти в больницу, было не совсем обоснованным, но именно так я в тот момент думала. Если кто-то за ним следит и не уверен, что до конца с ним разделался, то наверняка попытается это выяснить. А когда узнает, что Лютиков жив (господи, хоть бы он в самом деле остался жив!), то постарается исправить свою ошибку.

Но без медицинской помощи ему нельзя. Надо что-то придумать, и чем скорее, тем лучше. Я даже не знала, куда он ранен и как много мы имеем времени в запасе.