Читаем без скачивания Парацельс Маггроу и торговец драконами - Джон Котлинг

Люциферус начал лихорадочно думать. Наступила гробовая тишина. Он дал команду, чтобы представление продолжалось, а сам сидел не шевелясь, размышляя о том, что же только что произошло.

Тут же было объявлено о начинающейся схватке. В ней участвовали два дракона породы церберус. Эти сильные драконы должны были драться до конца, пока один из них не погибнет. Каждого дракона представлял его владелец. Одного дракона звали Огненный Бич, имя другого – Жерло Вулкана. Хозяева животных вышли на середину арены. Им обязательно надо было перед началом боя поклониться повелителю, его могуществу Люциферусу. Они сделали это чрезвычайно подобострастно, хотя верховный колдун даже не взглянул в их сторону.

Хозяин арены Гаавин Болванс приказал своему помощнику зомби взять колотушку, подойти к огромному гонгу и ждать его команды. Удар в гонг означал начало боя.

– Видишь, – сказал Ицебальс Парацельсу, указав в сторону Люциферуса, – тиран не может понять, что произошло.

В это время верховный колдун лихорадочно думал. Он приказал, чтобы к нему немедленно вызвали главного начальника тайной стражи.

– Как ты думаешь, что сейчас будет? – спросил Ицебальс.

– Скоро увидим, – тихо произнёс Парацельс.

В это время драконы вышли из ворот, находящихся в разных сторонах арены. Синие ворота были по правую сторону от ложи правителя, красные – по левую. Свирепые драконы приготовились к битве. Единственными существами, которым они подчинялись, были их владельцы. Сами же хозяева огромных зверюг выглядели не краше своих питомцев. Их злобные лица были перекошены от ярости друг к другу. Огромные руки сжимали волшебные палочки, из острия которых вылетали плазменные заряды. Этими зарядами хозяева подгоняли своих воспитанников. Было видно, что их драконы уже не первый раз участвуют в боях. Шрамы на их телах говорили об этом. У каждого дракона была не одна победа в схватках с подобными себе созданиями. Драконы извергали языки пламени. Они колотили своими хвостами по каменным плитам. Эти кровожадные звери готовы были немедленно вцепиться друг другу в горло.

Гаавин Болванс кивнул зомби. Прозвучал удар гонга.

– Хайя! – закричали хозяева, и бой начался. «Хайя» – команда, после которой один из драконов должен был погибнуть.

Жерло Вулкана первым делом ударил своего соперника хвостом. Раздался громкий треск. Хвост рассёк второму дракону кожу на груди под шеей, из раны хлынула кровь. Обезумев от боли, раненый дракон вцепился зубами в горло своему обидчику. Но тот стал ожесточённо бить в тело уже раненного дракона своими задними когтистыми лапами, причиняя острую боль Огненному Бичу, который, хотя и держал свою жертву за горло, также стал отбиваться своими задними лапами, а вдобавок свои шипы пытался вонзить противнику в глаза. Шипы находились на изгибах костей, которые были частью крыльев. Огненный Бич, превозмогая боль, держал свою жертву за горло, из его раны вытекала кровь, что с каждой минутой делало его слабее, он терял силы. Жерло Вулкана задыхался – мёртвая хватка Огненного Бича не давала ему дышать. Крыльями он пытался защитить глаза, не давал противнику выколоть их. «Хайя, хайя!» – слышалось с той и с другой стороны. Каким-то образом Жерло Вулкана задними лапами сумел подцепить нижнюю челюсть Огненного Бича. Это удалось ему, вероятно, потому, что тот, потеряв много крови, ослаб и не мог уже достойно противостоять, силы его были на исходе. Высвободив горло из пасти противника, Жерло Вулкана, сделав пару глотков свежего воздуха, пришёл в себя. Этого было достаточно, чтобы укрепить силы. Огненный Бич послал в голову соперника столб огня, но было уже поздно. Жерло Вулкана вновь готов был с новой силой броситься на врага. Его хвост стал наносить противнику удар за ударом. И несмотря на то что они уже не были настолько сильны, как его первый удар, всё же были очень болезненны, и Огненный Бич стал терять последние силы. Было видно, что он проигрывает. Жерло Вулкана продолжал непрерывно хлестать хвостом своего врага, а изловчившись, направил в Огненного Бича столб пламени.

Пока шёл бой, Парацельс и Ицебальс наблюдали за ложей верховного колдуна. Они видели, что тот не смотрел на арену. К нему то вбегали, то выбегали разные люди. По всему было видно: его могущество был в ярости.

– Гляди, – сказал Ицебальс, – это главный начальник тайной стражи.

Того втащили в ложу два огромных воина из охраны правителя тёмных сил. Главный начальник тайной стражи стоял на коленях перед своим повелителем и просил о пощаде. В этот момент Люциферус вскочил с кресла и выбежал из ложи. Главного начальника тайной стражи поволокли следом за Люциферусом. За ними понесли и носилки с массивным креслом. Этого никто не мог ожидать. Драконы были ещё живы, а верховный колдун покинул ложу, что означало окончание боя.

Бой драконов тут же был остановлен. Хозяева драконов были так напуганы происходящим, что немедленно приказали драконам прекратить схватку. Ударами огненных плазменных потоков, вылетающих из волшебных палочек, они растащили их в разные стороны. Владельцы драконов, вероятно, испугались за свою жизнь. Его могущество покинул бой, а это значило, что бой не должен продолжаться.

Жерло Вулкана сидел на задних лапах, грозно урчал и слизывал с себя кровь противника. Огненный Бич еле дышал, но, к радости своего хозяина, остался жив. Он потерял много крови, но всё же стоял на лапах. Если дракон не упал после боя, это было признаком того, что он выживет.

Публика на трибунах находилась в оцепенении. Никто не знал, что им делать: ликовать или яростно и возмущённо кричать. Протрубили трубы, извещая об окончании боя, и впервые за всё существование боёв драконы, несмотря на свои раны, хромая и повизгивая, живыми покидали арену. Сейчас они направлялись в лечебный загон, в котором им предстоит восстанавливать свои силы не один месяц. В бою драконов важно то, кто первый нанесёт решающий удар, который достигнет цели. Это может сделать только тот дракон, который будет лучше подготовлен. В этот раз Жерло Вулкана превосходил своего противника силой и опытом в несколько раз. И победа осталась бы за ним, если бы верховный колдун не покинул свою ложу.

Парацельс уже не в первый раз присутствовал на боях драконов. Его поражало всё, что происходило, но он сохранял присутствие духа. Ицебальс, который хоть и был старшекурсником, только недавно стал посещать эти ужасные представления и подолгу не мог прийти в себя. В этот раз его поразила жестокость не только самого зрелища, но и то, насколько чудовищно оно начинается. Скармливание одного из зрителей – это безумие. Но в этот раз Люциферус превзошёл самого себя. Вряд ли он не знал, кого отправляет в пасть огромного огнедышащего Перлиота. Наверняка ему было хорошо известно, кем был человек, не успевший занять своё место. Да и уж слишком неожиданно и неправдоподобно офицеры тайной стражи оказались рядом с жертвой, которая должна была стать предметом развлечения толпы. Но разве до этого есть кому-то дело? Главное – всё идёт по правилам, существующим много сотен лет. Парацельс сидел на своём месте, не желая вставать. Народ стал покидать Амфитеатр.

Парацельс взглянул на своего спутника.

– Как ты думаешь, – спросил он, – почему Люциферус хотел казнить одного из своих лучших учёных?

Ицебальс, немного подумав, ответил:

– Он мог это сделать только по одной причине – верховный колдун боялся Мергеруса, он боится всех, кто может неординарно думать.

– Вот именно, – согласился Парацельс. – И ещё. Тёмный правитель не знает о том, что у нас есть производство сверхбыстрых мётел, – добавил он. – Вероятно, до сегодняшнего дня правитель сам не верил в возможность летать на метле во много раз быстрее, чем это делается в Горгуландии сейчас. Верховный колдун думал, что сверхбыстрая метла – это миф, утопия. Скорее всего, этот несчастный учёный, доказывая ему обратное, допустил одну роковую ошибку. Он мог слишком эмоционально говорить Люциферусу о преимуществах сверхбыстрой метлы, что могло показаться тому очень подозрительным. И, возможно, из-за этого он и отдал приказ уничтожить своего лучшего учёного. Что, впрочем, часто происходит здесь, в тёмной части нашего мира. Страшно даже думать об этом, – сказал Парацельс. – Зло, оно и есть зло. Его никак, ничем не измеришь. Зло отвратительно, оно ужасно, ему нет оправданий.

– Пойдём отсюда, – предложил Ицебальс. – Нам ещё необходимо зайти в таверну, послушать, о чём будут говорить её посетители. Узнаем свежие новости после этого боя.

Слухи в Горгуландии быстро разносятся. Перед тем как зайти в таверну, друзья долго бродили по тёмным улицам, запутывая следы. Они делали это на тот случай, если бы за ними действительно велась слежка, угрожающая их жизням. Но тайная стража в этот вечер была занята другими делами, а полная фигура человека, следившего за ними, не представляла никакой угрозы, поэтому после долгих блужданий они позволили ей продолжать их преследование до таверны под жутковатым названием «Ядовитое зелье».